Николь. Часть 2 - Катрин Корр

получится. Мои мечты и желания не станут его итогом. Я заглушила двигатель, бросила щетку в багажник и включила сигнализацию. Абрам предложил мне руку, чтобы мне было проще залезть в его огромную машину, но я эту помощь проигнорировала. Я назвала ему адрес, он сообщил его голосовому помощнику и мы поехали согласно предложенному маршруту.

– Случилось что-то серьезное? – спросил он.

– Не знаю. София плакала и сказала, что только я смогу её понять.

Боковым зрением я увидела, что Абрам повернул ко мне голову.

– Ты переживаешь?

– Мне неспокойно.

Только вот я не понимала, что больше заставляло меня тревожиться: сестра с неожиданной просьбой и настроением или мужчина, которому я необдуманно призналась в любви, явно застав его врасплох. Но голова точно раскалывалась и от первого и от второго.

– Ты была права, – вдруг сказал он после продолжительного молчания. – Сегодня вашему отделу необязательно было присутствовать на собрании. Но вы были там, потому что я хотел видеть тебя. Персональное приглашение выглядело бы нелепо.

Я не стала комментировать его слова. Ехать до кофейни оставалось не больше минуты и развивать этот разговор было бессмысленно. Абрам заехал в свободный карман у дороги.

– Я не знаю, сколько это займет времени, Абрам.

– Неважно. Я буду ждать тебя здесь.

Я поспешила выйти, и ветер тут же приласкал мое лицо пушистыми хлопьями снега. Я не стала снимать пальто и сдавать его в гардероб. Может очень надеялась на скорейшее завершение этой странной встречи, а может просто не хотела терять потом ещё больше времени в ожидании своего пальто, ведь могла провести лишние пару минут с Абрамом. Боже мой… До чего же жалкое зрелище.

Заведение было небольшим и уютным. Все столики были заняты, у небольшой барной стойки сидели три подружки. София сидела за самым дальним столиком у окна и от белых огоньков гирлянды стразы на её белом свитере сверкали ярко, как на солнце. Чем ближе я подходила, тем отчетливее видела, как непривычно были опущены её узкие плечи. София всегда держала осанку и задирала острый подбородок, а теперь… Я ускорила шаг.

– София? – остановилась я и заглянула в её лицо. Её глаза были припухшими от слез и блестели так же, как стразы на одежде. – Что с тобой? Что случилось?

– Ты приехала, – произнесла она таким голосом, словно выпила. – Ты приехала… – Я села напротив, совершенно не зная, как себя вести. Хотя бы потому, что мы с сестрой вообще никогда не вели беседы, когда одна из нас едва-едва сдерживала слезы. – Ты ведь ненавидишь меня, да? Правда ведь, ненавидишь?

– София, ты что, выпила? – Она шмыгнула носом. – Ты беременна. Зачем ты это… Объясни мне, что случилось?

– Я не могу больше так, – улыбнулась она, с трудом пожав плечами. – Не могу больше жить так, как хотят родители. Я ведь… Я ведь не люблю его. Не люблю. Не люблю. Не люблю… – Поставив локти на стол, София спрятала лицо в ладонях. – Смотреть на него не могу. Видеть его не могу. Ничего не хочу. Ничего! Ты можешь позлорадствовать, я не обижусь. Прятаться за твоей спиной казалось мне забавным… И я думала, что у нас с ним всё получится. Папа был уверен, что мы созданы с Ильей друг для друга, но… Оказалось, что я его не выношу. Не хочу больше. Не люблю. Даже этот ребенок во мне сопротивляется. Я не могу больше так жить, Николь. И не могу никому признаться в этом, потому что… Потому что от меня отвернутся все так же, как… как от тебя. А я беременна. Отец заберет моего ребенка, и он будет воспитываться без меня… Без меня, потому что если я скажу… – София зарыдала, и я крепко взяла её руки в свои. Я по-настоящему испугалась и видела, что гости ресторана смотрели на нас. – Я не знаю, что мне делать. Не знаю… Не знаю.

– Для начала, постарайся успокоиться, – прошептала я, наклонившись к столу. – Я с тобой, я рядом и ничего не…

– Мне так больно, – всхлипнула она. – Я так устала от этой боли! – Она вырвала свои руки и опустила их на живот. – Ничего уже не помогает! Никакие таблетки не помогают!

– София? – спохватилась я и опустилась перед ней на колени. – София, посмотри на меня? Что ты выпила?

– Обезболивающее. У меня постоянно болит живот, болит спина, я не могу уже это терпеть!

Она вдруг вскрикнула и вцепилась в мою руку с такой силой, что даже мне стало больно. Я достала из кармана пальто телефон и набрала Свету. Найти её номер в списке контактов оказалось не так-то просто. От охватившего меня ужаса руки предательски затряслись.

– Что ты делаешь? Николь, не звони родителям! Не звони им!

– Я позвоню Свете! Она ведь наверняка твой врач, да?

Пошли гудки.

– Уже нет.

Я увидела, как задрожали её губы. Света как назло не отвечала, и я позвонила Абраму, попросила скорее зайти в кофейню.

– Нам нужно вызвать скорую, София, – сказала я, терпя боль от её сильной хватки.

– Вам плохо? – подбежала к нам администратор. – Мы можем чем-нибудь помочь?

– Да, пожалуйста, вызовите скорую помощь!

– Нет, Николь! – застонала София. – Пожалуйста, не надо! Я не хочу возвращаться к нему! Не хочу! Не хочу!

Абрам залетел в заведение, когда мой сотовый вдруг задребезжал. Это была Света, и я впервые была так рада слышать своего гинеколога. Пока я объясняла ей всю ситуацию, Абрам занял мое место, разговаривая с Софией, которая уже очевидно находилась в бреду.

– Везите её ко мне! Скорее, Николь! Я вас встречу у входа!

– Поехали! – скомандовала я, и Абрам с легкостью взял Софию на руки.

Она что-то лепетала, дрожала, а рыдания превратились в тихие стоны. Пока Абрам нес её к машине, я укрывала её шубой, опасаясь, что сестра могла замерзнуть. Мы уложили её на заднее сиденье и я села рядом. София опустила голову на мои колени и свернулась калачиком от боли. Я назвала Абраму адрес, и он выжал педаль газа.

– Николь, что случилось? – спросил он тихо. Даже отсюда я видела, как сильно были напряжены мышцы его красивого лица.

– Она сказала, что у нее болит живот. Выпила какие-то таблетки… Не знаю, – мой голос сорвался. София впивалась пальцами в мои ноги, и я не сомневалась, что под колготками останутся следы.

– Он всё время сопротивляется… – София бредила. Она то улыбалась, то прятала от боли лицо в моих коленях. – Ребенка не будет. Он не хочет сюда. Не хочет!

– Тише, милая, тише. Всё будет хорошо.

– Зачем ему сюда, если