Фомор - Зоряна Лемешенко

— Ладно. Пойду, поборю их… в чём-нибудь.

Оставшись наедине с подругой, Дарина начала распутывать её неуёмные огненные кудри, которые разметались по нежно-оливковому пальто.

— Тебе очень идёт этот цвет.

— Думаешь? Не слишком бледно?

— Нет, ты же сама по себе яркая. Как солнце.

— Как солнце… — повторила Катя и вздохнула.

— Если хочется что-то спросить или поделиться, я всегда рядом, — мягко улыбнулась Дарина.

— Хорошо, спасибо. Но у меня правда всё в порядке, — кудряшка попыталась улыбнуться, но глаза опасно заблестели, и она отвела взгляд.

— Я говорю на всякий случай, чтобы ты знала. А теперь давай расскажи мне, что из этого самое вкусное, чтоб я не разменивалась на остальное.

Катя спустя несколько минут заметно расслабилась и с упоением рассказывала Дарине, что из угощений стоит попробовать в первую очередь. А Вова пристально следил за рыжим красавцем Бресом, который бросал в сторону девушек взгляды, в которых было намешано много эмоций, которые Вова пока не мог распознать…

— Хм, тихо… — Балор стоял на возвышении, спрятав руки в карманы брюк, и всматривался вдаль. Возле него стоял плечистый и коренастый царь роанов.

— Может быть он не выжил? Насколько мне известно, фэйри с Лугом не в самых лучших отношениях.

— Нет, он жив. Я бы почувствовал его гибель, — король фоморов прикрыл глаза. Луг был такой же его болью, как и горячо любимая дочь.

Душа Балора разрывалась на две части: одна впитывала в себя каждую крупицу счастья, коим была небогата его долгая жизнь, ведь таких чувств ему ещё не доводилось испытывать, а вторая была терзаема предчувствием надвигающейся бури. Король не винил Бреса в том, что он не убил брата. Он тоже не смог это сделать во время той самой битвы…

Балор шумно выдохнул и повернулся с лёгкой улыбкой:

— Что же, пока мы живы, нет повода грустить. Идём же отпразднуем обретение королевы.

— Ваше Величество! — обратился Идбхард к фомору, — Вы не забыли о порядках?

— Забудешь с вами… Идём.

Венценосные особы в сопровождении Идбхарда появились в самый кульминационный момент, когда Володя соревновался в поедании на скорость колбасок с самым прожорливым из лепреконов.

— Да! Так тебе! — подскочил с лавки мужчина, победно подняв кулаки, как на ринге, — будешь теперь знать как вызывать на дуэль младшего из многодетной семьи!

Он не видел, как лепрекон скорчил ему рожу и удалился восвояси.

— Пиво победителю, — присела возле него с бокалом черноглазая роана, а Володя прошёлся по ней заинтересованным взглядом.

— Любовь моя, нам предстоит ещё одна церемония для соблюдения всех правил, — сказал Балор после того, как поцеловал руку своей супруги.

— Да, конечно. Веди, — Дарина решительно встала напротив мужа.

Они шли по направлению к комплексу достопримечательностей рука в руке, сцепив их в замок.

— Балор, я вот спросить хотела… а где туристы?

Фомор хитро улыбнулся, снова став непозволительно соблазнительным.

— А им сюда нельзя, тут кино снимают.

— Любимый, ты знаешь, что такое кино? — вздернула брови Дарина.

— Я, конечно, древняя руина, но хвала богам, у меня есть внучок, он меня просвещает. А теперь и жена молодая, — Балор притянул её к себе, глядя с неприкрытым обожанием, от чего у Дарины ёкнуло сердце.

— Ладно тебе, руина… Молодая жена еле идёт после первой брачной ночи, — заметила она, уткнувшись ему в плечо, а фомор довольно засиял улыбкой на всю округу.

Пара подошла к известному на весь мир камню Фаль.

— И что теперь? — оглянулась девушка.

— А теперь пора зачать следующего короля, — запросто ответил ей супруг.

Округлившиеся глаза Дарины явно дали понять, что не такую церемонию она ожидала.

— В смысле?.. Здесь? Так мы же в открытом поле можно сказать…

— Здесь особое место. Говорят, он кричит, если чувствует короля. Неееет, он поёт! А кричит он, если король поддельный, потому что сделан где-то в другом месте, — Балор шёл спиной вперёд и держал Дарину за руку, неотрывно глядя на неё.

Он упёрся спиной в камень, и вдруг отовсюду зазвучала мелодия, сначала тихая, но затем она словно начала играть в голове, заполняя собой сознание и затрагивая самые потаенные уголочки души.

— Милый, так нас же видно отовсюду… — неуверенно сказала Рина, оглядываясь по сторонам.

Её супруг прошептал что-то на неизвестном языке, и вокруг площадки заколосилась трава высотой с человеческий рост, а он обернулся к жене:

— Уже нет…

Глава 25

— Ты избегаешь меня? — резкий тон Бреса заставил кудряшку подпрыгнуть на месте, потому что она опять занималась самокопанием, глядя вдаль с высоты холма, и испугалась громкого голоса.

— Тебе показалось.

Катя была сама на себя не похожа — всё утро она была тише воды, ниже травы и необычайно холодна. Красавец-фомор едва сдерживался, чтоб не взорваться праведным гневом, из-за её такого поведения. Он нависал над ней мрачной тучей.

— Я чем-то тебя обидел? — вздохнул он, попутно выпуская из ноздрей пар. Немыслимые вещи происходили прямо сейчас: он заискивал перед человеческой женщиной, хотя вообще-то обычно бывало наоборот.

— Нет, что ты! Даже польстил.

Катя развернулась, оставив краснеющего от возмущения Бреса одного, и пошла в сторону от праздника. Ей действительно хотелось побыть наедине с собой и спрятаться ото всех. Но у судьбы были другие планы, и вскоре её догнал Вова.

— Адрес оставишь?

— Чего? — не поняла девушка.

— Куда направляешься?

— Подальше от вас хотелось бы, — сказала Катя и отвернулась, продолжив движение.

— От нас — это от кого?! — поднял брови Володя.

— От всех.

И тут путь опять преградила мощная фигура рыжеволосого Бреса.

— Туда лучше не ходить.

Катерина закатила глаза, но спросила.

— Это почему?

— Там занято, — кривая улыбка появилась на красивом лице.

— Туалет там что ли? — не понял Вова.

— Нет. Место для любви, — ответил фомор, и в этот момент Катя шумно выдохнула и развернулась, направившись в другую сторону от зарослей высокой травы.

Тем временем вблизи камня Фаль Балор снимал с себя одежду, пока Дарина завороженно смотрела как обнажается мощная грудь, затем рельефный пресс, рука с объемными мышцами с одной стороны и протез, который можно было назвать произведением искусства, с другой.

— Как прекрасно, что ты снимаешь носки, милый, — засмеялась Дарина, но вскоре снова потеряла способность к речи, когда её муж избавился от брюк и направился к ней.

Походка абсолютно не отражала того, что одна нога чуть ниже колена была тоже достижением науки. Все его движения были плавными и выверенными, будто он был на охоте. А жертва была совсем не против попасть в руки такому потрясающе соблазнительному охотнику, в котором соединился будоражащий кровь рельеф мышц и