Его нареченная - Виктория Дмитриевна Свободина

Вообще-то можно было хотя бы предупредить.

– Спасибо, магистр, – вместо меня чинно склонившись, отвечает Этер. – Я очень благодарен вам за помощь и неравнодушие к моей невесте. Я также попрошу свою семью выслать вам благодарное письмо и извинения за неучтивость моей невесты.

Щеки и уши опять начали сильно краснеть без каких-либо заклинаний. Я не учтивая! Обидела магистра! Так еще и Этер вовсю козыряет тем, что он мой жених. Так неловко. Прям выделяет каждый раз интонацией “моя невеста”.

Опустила взгляд вниз и не знаю куда деваться. Если я просто убегу, никого этим не оскорблю?

– Не стоит так усердствовать с извинениями из-за таких мелочей, иначе это уже будет похоже на унижение, – величественно-снисходительно ответил преподаватель и повелел. – Идите Кливендер, вам тоже не помешает сменить одежду и просушиться.

Этер берет меня за руку и собирается уйти, но…

– Аширо, задержитесь ненадолго. Есть пара вопросов к вам лично, – настигает меня голос магистра.

– Моя невеста не…

– Вашей невестой, в полном смысле этого слова, она будет, когда закончит академию, а пока она в первую очередь студентка.

Сама аккуратно высвобождаю свою руку из пальцев Этера.

– Мэй, я встречу тебя сегодня после последней лекции, – шепнул Кливендер мне на ухо и ушел.

Осталась почти наедине с преподавателем. Еще идет занятие, но близко к нам никто не подходит. Воцарившаяся между нами тишина давит на меня. Тишина эта затягивается и только усиливает мое смущение. Несмело поднимаю взор на Ардела.

Он так на меня смотрит, что у меня ноги невольно стали подкашиваться. Буравит изучающим взглядом.

– Магистр? – хрипло выдавила я из себя.

– Я видел начало вашего боя с Исаем Кливендером. Плохо. И дело не в том, что вы слабее или меньше знаете. Вам не хватает уверенности в себе и своих силах. Вы уже заранее проиграли ему бой. В своей голове. Но с этим можно и нужно работать. На этом сегодня все. Если хотите продолжить со мной занятия, вечером после первого отбоя подходите на стадион.

– Хорошо, спасибо.

Отступаю от Ардела на шаг.

– И еще, Аширо.

– Да, магистр?

– По поводу применения вами лечебных заклинаний. У вас нет права на врачебную практику. Без каких-либо сертификатов, дипломов или присутствия рядом профессионального лекаря, использовать лечебные заклинания на других людях запрещено. Наказание вплоть до исключения из академия. Я не говорю уже о других возможных последствиях, если ваше лечение вдруг навредит.

– Поняла, магистр, я больше не буду.

А, вот почему, оказывается, Ардел смотрел так недовольно, когда я лечила Этера.

Глава 18

Ухожу со стадиона в задумчивости. Больше всего меня волнует вопрос, почему я м таким удовольствием наваляла Исаю по приказу магистра. Понятно, что ответить обидчику всегда приятно. Но в тот момент во мне действительно проснулась удивительная для меня решимость, граничащая с безрассудством и даже кровожадность. При этом все это уснулос стоило Арделу отойти.

Я думаю, дело как раз в присутствии преподавателя. Его взгляде. Рядом с Арделои я чувствую, что могу побыть смелой и безрассудной, а он если что прикроет. А еще… мне кажется, я перед ним красовалась, если так можно выразиться. Мне хотелось, чтобы он мной гордился. То есть получается, он мне нравится. Впрочем, как и всем девушкам потока, а может и всей академии.

Да ну не-ет. Он же не в моем вкусе. Я не могу представить нас вместе. Просто я восхищаюсь им, как преподавателем и благодарна за его помощь.

Лекции пролетели незаметно. В столовой все только и обсуждают до сих пор ожившие статуи. Теперь еще и однокурсницу тогда закричавшую. Связали тот факт, что в ночь, после которой исчез памятник короля, она была в группе тех, кто этот памятник целовал. В шутку называют студентку нареченной из пророчества и допытываются, где она прячет ожившего древнего короля. Уж не у себя ли в комнате под кроватью? Довели бедняжку. Видела, как она со слезами выбегает из столовой. Жалко ее, но помимо этого, радуюсь тому, что на фоне этой сплетни, про меня и моих драчливых ухажеров подзабыли.

Как и обещал, Этер встретил меня после последней лекции. Поджидал в коридоре, когда я вышла.

Исай, проходя мимо нас, презрительно хмыкнул. Кажется, ректор во второй раз очень хорошо поговорил с одногруппником. За все время занятий Исай ко мне ни разу не подсел, не заговорил, и вообще держался подальше.

– Пойдем позанимаемся вместе у пруда? – предложил Этер самое живописное место академического парка, где часто проходят свидания всех парочек в академии. Вот и мой черед, похоже, настал там гулять. И мне это, кажется, нравится. А Этер еще и жених формально, не нужно смущаться, делая якобы что-то запретное.

– Хорошо, только у меня есть всего час до начала дополнительных занятий. Сначала у лекарей, затем боевая магия. И потом после ужина еще… – осеклась. Не хочется распространяться о том, что магистр дает мне частные уроки. Еще не так поймут. – Самоподготовка.

Однокурсник взял меня за руку и неспешно повел по коридору. На нас часто с любопытством оглядываются студенты.

– Непростое сейчас время. Мне кажется, самые трудные курсы в академии, это первый и последний. На первом приходится побороться за выбранную специализацию, а на последнем заслужить лучшее место для распределения на практику.

Дошли до пруда, заняли скамейку под сенью раскидистой ивы, в которой мило чирикают грифончики. Красота!

Я достала свои конспекты, Этер свои. Сначала, конечно, занимались, но потом разговорились. Интересно было слушать рассказы Этера. Его детство сильно отличалось от моего. Я росла как сорная трава, без особого наблюдения. Гуляла где хотела, дружила с кем хотела. Родителям было не до меня, в семье четверо братьев и сестра – скромная, пошедшая внешностью по папиной линии красавица с довольно экзотической для этих мест внешностью. Нет, я тоже ничего, но на нее возлагалось куда больше надежд в плане удачного брака. Меня тоже пытались воспитывать, но не так активно, да и попробуй воспитай того, кто постоянно где-то гуляет. Я, порой и домой-то не являлась, чтобы поесть. Всегда можно было что-то найти и на улице – фрукты, овощи, лесные дары всегда были доступны. Артефакты для разжигания костров были у каждого дворового ребенка.

А вот Этер – да. Наследник, будущий