Жена врага. Ты станешь моей - Мия Фальк

— Объяснишь? — Сафонов сдвигает брови, а я пытаюсь вглядеться в строчки.

Наконец маленькие черные буквы сливаются в предложение:

“Мне нужно, чтобы ты вывела мальчика за территорию особняка. Тогда возможен обмен”

Сафонов поднимается, расправляет плечи, а я чувствую себя так словно у меня из легких выбили весь воздух, теряю дар речи — интересно, Инга специально меня подставила или она что-то знает о моем ребенке?

Он смотрит на меня сверху вниз и я вспоминаю о том, что Сафонов только что задал вопрос.

— Я ведь не согласилась.

Он разминает кулаки, так, что я слышу как хрустят суставы. Чуть отодвигаюсь назад.

Неужели Сафонов собирается мне сейчас врезать?

Влад выскакивает вперед и встает между нами.

— Уходи!

— Уведите мальчика, — распоряжается Сафонов.

У меня сердце кровью обливается, когда двое амбалов оттаскивают от меня ребенка.

— Давай решим все это мирно, — умоляю, глядя Сафонову в глаза. — Чтобы никто не пострадал.

А потом сама начинаю сомневаться. Он вообще умеет не кулаками? Смотрит на меня сверху вниз.

— Поднимись!

А я указываю пальцем на Влада, пытающегося бороться с охранниками.

— Или единственный человек, которого ты ценишь так и останется тебе чужим…

Сафонов хватает меня под руку и разворачивает к дому.

— Мы просто будем разговаривать о том, — рычит, глядя на ребенка, — почему она хотела обменять тебя на собственного сына.

Я вздрагиваю, когда вижу глаза Влада.

Молодец, Сафонов, ты только что забрал у своего сына единственного друга в этом доме.

Влад затихает.

— Ведь ты, наверное, тоже хотел бы это знать.

Потом Сафонов выпускает мою руку и указывает в сторону дома.

— Ты же не откажешься составить мне компанию за ужином, правда?

Передергиваю плечами. Мне нравится, что Сафонов умеет вести себя по-человечески. По крайней мере, хоть для маленького сына он способен постараться. Поэтому у меня есть малая надежда на то, что в глубине души олигарха теплится что-то нормальное, адекватное.

Но я не знаю и не могу знать о том, что ждет меня за закрытыми дверями.

Компанию приходится составлять не только Сафонову, но и его охране. Два амбала стоят по стороны от меня, стискивая мои плечи руками.

Сафонов сидит во главе темного, сделанного видимо из какой-то дорогой породы дерева стола. За его спиной мирно плещется теперь уже темное море и поигрывает желваками.

Ужина у нас нет.

Я выдыхаю. Как будто я могла бы сбежать от него одного! Огромный, свирепый, необузданный.

Мне удалось это всего один раз и то по чистой случайности.

— Я жду, — чуть-чуть приподнимает подбородок. — Или тебя вынудить?

Поднимаю голову. Я так устала. Я уже ничего не боюсь. Даже этого голодного тигра.

Прикусываю губу. Он сглатывает. А мои пальцы холодеют.

“Эльвира, ты дура”, - стучит кровью в висках: “Как дурой была с Эдуардом, так и… не исправилась…”

В комнате горит приглушенный свет. Я смотрю прямо и вижу перед собой настоящего хищника, которого ловко вывела из себя Инга.

Все, чего я не учла, что в этом доме может быть два диких зверя: поменьше и покрупнее, один хитрее и другой агрессивнее.

Инга решила скормить меня своему… да кто он ей?

В комнате вроде бы работает климат контроль, но мне становится жарко.

Она ведь знала, что Сафонов никому не верит.