#мечта - Елена Михайловна Аксенова

– Какого черта происходит? – за столом его отец попивал вино, пока Тео прилип к большим стеклянным дверям, выходящим во двор.

– Ну вот, сейчас что-то будет, – Жан Дюран дождался, пока сын спуститься.

– Папа, я же попросил ключи на все выходные! Почему вы здесь? Как вы… – в его голове всплыл утренний монолог Жасмин о ребенке, проникшем в их спальню. – Твою же мать!

– Мы разве говорили о целых выходных? Мне казалось, что в субботу мы договорились пересечься на обед. Что-то память подводит меня в последнее время, надо бы записаться к врачу, – он старался сохранять беспечный вид.

– Где она? – кажется, у Оскара легкие сузились до размера ореха. Она должно быть просто в панике от этой истории. Тео мог увидеть ее голой, какой ужас! И это он оставил ее сумку в кофейне и не позволил привести себя в приличный вид. Черт, черт, черт! – Ну почему ты всегда лезешь в мою личную жизнь? Все было идеально!

– Потому что я не хочу, чтобы ты мучился, как после Жюли. Если бы я увидел эту прохвостку сразу, я бы не позволил тебе к ней так привязаться, – слишком поздно отец влез в эту ситуацию. Нет, его сын не начал разгульный образ жизни, не спивался. Но его потухшие глаза выдавали отчаяние, с которым он боролся каждый день. – Эта девочка с достоинством, с характером. Поэтому беги в сад и не дай своей матери отвезти ее домой. Я подстраховался и выкрутил свечи в машине. Не благодари.

Оскар выбежал во двор, его брат последовал за ним. На нем все еще было банное полотенце и ничего более. Жасмин была мрачнее тучи, она сидела в машине, которую его мать пыталась завести. Не думая, он бросился на капот внедорожника.

– С ума сошел? Хоть штаны надень. Один хуже другого! – Лариса Валерьевна вышла из машины, оставив попытки уехать. – Руку на отсечение даю, Жан выкрутил что-то. Каждый раз одно и тоже!

Тео открыл дверцу машины, его мечта была совсем рядом. Девушка посмотрела на него с улыбкой.

– Прости, что напугала тебя утром, – она щелкнула его по носу, но его глаза остались серьезными. – Мой брат разочаровал тебя, но я другой. Не суди меня по родственникам…

– Тео! – женщина показала сыну на дом, тот обреченно поплелся по дорожке. Как только дверь за ними закрылась, Адам подскочил к Жасмин, которая все еще не решалась выйти наружу.

– Прости, прости, прости! – он попытался поцеловать ее, но девушка отвернулась. – Ну не делай так…

– А как делать? – обида, которая сжимала ее горло, вырвалась наружу, по ее щекам текли слезы стыда. – Может, пойдем и займемся любовью в гостиной, пока твои родители жарят мясо? Ты хоть представляешь, что я чувствую? Твой брат был в нашей спальне, он мог увидеть меня голой! Ты сказал, что мы одни на все выходные! Ты запретил мне надевать вещи! А потом Тео смотрит на меня, прикрытую простыней после страстной ночи. Это как? А если бы он зашел в процессе? Ты бросил меня со своими родственниками, которые теперь считают меня непонятно кем! Да как ты мог? – она колотила по его голой груди. Оскар знал, что она была права, что он должен был знать, что его отец соблазниться на такую перспективу. Он просто не смог бы остаться в стороне.

– Ну все, все, успокойся, – молодой человек пытался обнять ее, он не знал, как загладить свою вину, но был уверен, что если отпустит ее сейчас, вернуть будет сложно. – Я отвезу тебя домой, хорошо?

– Нет! Я поеду сама. Пешком пойду, если надо, – злость начинала утихать, но гордость не позволяла сложить оружие.

– Я не отпущу тебя. Ты же знаешь, – наконец, он смог прижать ее к себе и его сердце немного успокоилось. Минуту назад он думал, что она не простит ему такую оплошность. – Мне нужно пять минут, чтобы одеться, а потом мы поедем в город и больше никогда не будем говорить об этом, хорошо?

– Я никуда с тобой не поеду, – ее заикающийся голос был тихим, он уже укачал ее в своих руках, бежать расхотелось.

– Поедешь, куда ты денешься, – Оскар вытащил ее на руках из машины и отнес к своему мотоциклу. – Стой здесь и не шевелись. Я сейчас вернусь, – он зашел в дом, прошел мимо сидящих в столовой родственников и вбежал по ступеням наверх. Джинсы и майка лежали на кровати, его мама заботливо сложила вещи.

– Я спустил ему колеса, никуда они не уедут, не переживай, – Жан Дюран все еще вальяжно пил вино, уверенный в том, что делает.

– Ну все, теперь он точно разгромит весь дом, – Лариса Валерьевна глотнула из пыльной бутылки, ожидая невероятного разлада.

– Научись доверять мне, шерри, – мужчина направился к стеклянным дверям и вышел во двор.

Оскар спустился по лестнице, его мать пила вино, а брат лежал морской звездой на полу и разглядывал что-то на потолке. Он злился, поэтому просто прошел мимо, не прощаясь. На улице не оказалось Жасмин, более того, он заметил, что шины его байка потеряли прочность. Оскар сдерживал себя из последних сил, его отец в очередной раз засунул руки по самые локти в его личную жизнь, теперь Фоле точно оставить его в прошлом. Маленький Тео тоже был разочарован отсутствием гости, но свято верил в ее возвращение, раз уж папа так сказал.

– Где они? – парень навис над матерью, которая уже давно расслабилась под действием вина.

– Сынок, я понимаю твое возмущение, – женщина посадила его рядом с собой на диван и погладила по взъерошенным волосам. – Поверь мне, я ругалась с ним все утро, но ты же знаешь своего отца: с ним невозможно спорить, он все равно сделает так, как хочет, – Тео прислонился к матери с другой стороны. – В одном он прав: надо выпить вина. Тут уж ничего не поделаешь. Либо он загладит свою вину, либо у тебя больше нет девушки, – она наполнила бокал сына, он осушил его одним глотком. Лариса Валерьевна знала, что все ее мужчины были волевыми и характерными и давно научилась держать под контролем назревающий взрыв. Они включили музыку и откупорили еще одну бутылку вина, ожидание – было единственным доступным развлечением.

В это время Жан Дюран вел свою будущую невестку на мясной рынок, который оказался в пешей доступности от деревянного домика. Сказочные тропы и удивительные деревья заставили Жасмин расслабиться. Небольшое селение «Зорьки» было проникнуто духом старой деревни: тут все еще почти не