Баронесса-попаданка - Надежда Игоревна Соколова

— Куда ж тут приглашать, — всплеснула руками мать. — Тут же ни мебели нормальной, ни посуды. Опозоримся же.

— Будет, — важно кивнул прадед. — И то, и другое будет. Слуги принесут. Я и своих служанок вам отряжу. Ваши совсем неотесанные. Не смогут угодить господам.

«Где угодить? — так и вертелся у меня на языке пошлый вопрос. — В постели?»

Нынешняя реальность отвратительно действовала на меня. Раньше, на Земле, я была намного спокойней, скромней и тише.

Между тем обед закончился. Мы переместились в гостиную — пить чай. Все, кроме прадеда, расселись в креслах. Он же сначала подошел к Эдику, зачем-то взял его ладонь, прикрыл глаза и удовлетворенно улыбнулся. Отпустил руку, пошел к Маринке. С ней повторил тот же фокус. В конце была я. Прадед взял мою ладонь, прикрыл глаза… Но улыбки не последовало. Вместо этого прадед нахмурился.

— Когда ты успела обручиться?! — раздраженно посмотрел он на меня.

Я что? Да о чем вообще речь?! С кем и когда я обручилась?!

Глава 38

— Ни с кем я не обручалась, — передернула я плечами. — Не хочу я замуж. Нет здесь никого, кто мне понравился бы.

Прадед внимательно на меня посмотрел, как будто оценивая мое психическое здоровье (как же так, девушка замуж не хочет!), затем открыл портал.

— Вставай и давай мне руку, — приказал он бескомпромиссным тоном.

Уже догадываясь, куда мы идем, я повиновалась.

И, конечно же, не ошиблась. Несколько секунд, и мы оказались в знакомом жилище первопредка. На этот раз и он, и его супруга пили чай в обеденном зале. У меня все никак не получалось считать их своими родственниками. Да я и прадеда таковым не считала. Все эти существа были для меня кем-то далеким, незнакомым, неродным. А потому, едва зайдя в обеденный зал, я сразу же приготовилась к неприятностям.

— Ромир? — вопросительно поднял брови Арисириус, едва мы перешагнули порог обеденного зала. — Что-то случилось?

— Виктория помолвлена, с кем, не знает, — последовал ответ.

Судя по тону, прадед был очень недоволен сложившимися обстоятельствами. У него явно были на меня другие планы.

Арисириус нахмурился и поднялся из кресла. Подойдя ко мне, он положил свою ладонь поверх моей. Уж не знаю, что именно он там «прочитал», но отнял руку и громко воскликнул:

— Ограниус! Это уже не смешно!

Какое-то время ничего не происходило. Затем в зале показался высокий худой брюнет, одетый в наряд серых тонов. Смотрел он надменно и с презрением. А еще от него веяло прям-таки могильным холодом.

Один взгляд в мою сторону, и губы незнакомца кривит снисходительная ухмылка.

— Мог бы и посимпатичней найти.

И Арисириусу:

— Скажи спасибо, что он вообще обратил на нее свое внимание. Такая…

Договорить он не успел: первопредок взмахнул руками, и в сторону незнакомца полетели молнии. Впрочем, полететь-то полетели, а вот самого незнакомца не задели — он вовремя исчез.

— Я правильно понял? — подал голос прадед.

— Увы, — кивнул первопредок. — Виктория теперь невеста Алекса Норганарского, лорда Шартонского и Органского.

Я вздрогнула. В каком смысле невеста?! То есть вот что означают его слова о привязке?! Да я его убью! Прикопаю с помощью того самого скелета! Вот уж за кого точно я замуж не собиралась!

Говорят, от стресса в человеке просыпаются скрытые силы. Не знаю, как в человеке, а во мне, потомке божества, проснулась неконтролируемая злость. Причем настолько неконтролируемая, что из моих пальцев полетели в разные стороны искры.

— Детка, не расстраивайся, — покачала головой Дарая. — Ограниус никогда не отличался хорошим воспитанием.

«Как и его подопечный!» — так и вертелось у меня на языке. Но вместо этого я произнесла другое:

— Ему повезло, что я сейчас не рядом с ним. Иначе он давно уже валялся бы мертвым.

— Ограниус? — хмыкнул Аоисириус.

Да что у них всех только и мысли, что о боге смерти?!

— Лорд! — отрезала я. — Появись я там, в его доме, убила бы!

Миг — и я перемещаюсь, даже без портала, в полутемную комнату, заставленную банками-склянками непонятного происхождения.

Что-то вроде лаборатории, видимо.

— Я же говорил меня не беспокоить! — раздался рядом знакомый голос.

Раздражение, гнев, обида, злость — все сплелось в один жуткий ком в моей груди. И я, слабо понимая, что делаю, выставила вперед руки. Из кончиков пальцев сразу же ударили огненные струи. Меня накрыло прозрачным куполом, о котором я часто читала в книгах замка. Мол, он защищает мага от нападения. И чем сильнее маг, тем прочнее купол.

Дальше все произошло чересчур быстро. Огненные струи били везде, я стояла, прикрыв глаза от напряжения. А затем вдруг наступила тишина, перестала биться посуда, взрываться — настойки в банках. И в этой тишине все тот же голос язвительно спросил:

— И чем вы, ринна, снова недовольны?

Жив! Этот … некромант жив! И судя по голосу, полностью здоров!

Я открыла глаза, уставилась на находившегося прямо передо мной лорда и почувствовала жгучее желание довершить разгром лаборатории. Украсив ее одной умертвленной тушей!

— Я убью вас, — пообещала я, жалея, что у лорда хватило ума закрыться куполом. — Сама убью. С огромным удовольствием.

Лорд ухмыльнулся. Как будто это не его комнату я только что разнесла. Нет, он явно был доволен. Чем только, непонятно.

— Не думаю, что у вас получится это сделать, — лорд предусмотрительно оставался под куполом. — Но я рад, что ваша сила наконец-то пробудилась. Думаю, нашим детям она пригодится.

— Детям?! — я с огромным трудом сдерживалась, чтобы не накинуться на этого гада с кулаками. Вот уж от чего его не спас бы ни один купол. — Каким детям?! Я не собираюсь иметь от вас детей! И не выйду за вас! Никогда!

Он стоял. Слушал меня. И ухмылялся. Он был уверен в обратном. И это меня бесило еще больше!

Глава 39

Когда-то давным-давно, в моем, считай, босоногом, детстве я хотела стать могущественной волшебницей. Может, и не злобной колдуньей, но уж явно магессой, с которой считались бы все вокруг. Закомплексованный ребенок, стремившийся хотя бы в воображении победить своих противников, — вот кем я была. Но ребенок вырос. И ему внезапно повезло — в нем «проснулась» магия.

И вот теперь я смотрела на лорда, тщетно боролась с непонятным желанием прибить его и осознавала, что с трудом контролирую свою силу.