Забытый чародей. Авария, которой не было - Анна Бахтиярова

- Звоните в полицию! – скомандовала я, пока соседушки не опомнились и не предпочли ретироваться от проблемы.

- Тьфу! – выругался полуголый мужик и показательно хлопнул дверью, бормоча под нос нечто нелицеприятное о современной молодежи. Не смутило паразита, что стою со скрученными за спиной руками. Ну, погоди! И до тебя фирменная светловская месть доберется!

- Поругались, что ль? – вяло поинтересовалась вторая свидетельница подъездных разборок, готовясь повторить «подвиг» первого.

- Не мой это кавалер! – возмутилась я, пока Жозефина-Симона крыла дамочку мне одной понятным матом.

- А-а-а, Яськин! – красноречивый тон соседки стал отличным доказательством для захватчика, что, узнав правду, взъерошенная фурия ничего предпринимать не станет.

Но прежде чем Игорек дал утвердительный ответ, я решилась на ещё один финт.

- Нет, теть Клав! Он, паразит, к Ярику прикипел! Знаете ж, братец у меня жених завидный. И, оказывается, не только для девок. Вот, этот теперь и нарезает круги. В дверь ломится. Меня в заложницы взял!

Какое счастье, что опешивший Игорек ослабил хватку. Никогда бы не простила себе, что не увидела лица соседки. Она напомнила щелкунчика из советского мультика с вываливающейся челюстью.

- Вот, гад! – проревела Клавдия раненным гиппопотамом, когда нижняя часть лица вернулась на место. – Генка! Тащи телефон! – велела она муженьку, скрывающемуся от потенциальной опасности в глубине жилплощади.

Но хлипкая вторая половина не успела добраться с переговорным устройством до двери. Игорек горделиво передернул плечами, покосился на меня и показательно медленно зашагал вниз по лестнице. Заворачивая на следующий пролет, бросил в мою сторону ещё один красноречивый взгляд. Мол, не надейся, схватка с вашим семейством не закончилась. Но меня будущие разборки не слишком тревожили. Завтра, будет завтра. Сейчас следовало зайти в квартиру и позвонить Яське – пусть у Викуси переночует. Вдруг мерзавец будет караулить в подъезде до ночи.

- Может, вызовешь полицию? – предложила тетка Клава, пока я дрожащими пальцами пыталась вставить ключ в замок.

- Не стоит, - поморщилась я устало, - подумают о Ярике всякое.

А что ещё следовало сказать? Что не могу писать заявление, пока не выясню, что натворила сестренка? Вдруг вместо Игорька дело заведут на неё саму.

- Сумку-то забери, - подсказала соседка, кивая на переноску на коврике у порога.

Странно, что Жозефина-Симона промолчала. Видимо, и её добили события насыщенного дня. Только зеленые глазища укоризненно сверкнули через сетку.

А дальше…

Дальше сюрпризы продолжились. Пусть не столь сногсшибательные, зато не менее неожиданные и взрывоопасные, доводящие меня до белого каления. Едва я успела стянуть сапоги на шпильках, со стороны темной кухни раздался тревожный шепот:

- Ты в подъезде никого не встретила?

Хорошо, что я успела нажать в прихожей на выключатель. Иначе б точно Кондратий хватил.

- Яська! Блин! Точно зараза!

- Чего? – сестренка вынырнула из-за угла, щурясь на яркий после кромешной тьмы свет и тщетно пытаясь невинно улыбнуться.

- Не прикидывайся! Еле отбилась от твоего разлюбезного. Пришлось полподъезда поднять! А она сидит – в глубокой конспирации!

- А что было делать? – повела плечами Ярослава. – Игорь заявился в бешенстве, а Ярик отказался меня защищать. Заперся в зале и дрыхнет в наушниках.

Я хотела, было, сказать, что для начала стоило набрать мой номер и обозначить наличие неприятеля в засаде, а потом осознала конец Ясиной фразы. Показалось, дым из ушей повалил, упомянутая часть головы внезапно стала очень горячей. Не помню, как прошла по коридору. Зато момент, как с ноги открываю дверь в зал, запечатлелся в памяти отлично. Нет, братец и не думал спать. Лежал с закрытыми глазами. Слушал музыку, блаженно сплетя пальцы на животе, и мычал под нос.

- Не надо! – простонала Яська, поняв, что именно я вознамерилась предпринять.

Но было поздно – я решилась и не собиралась сворачивать на полпути. Схватила со стола вазу с ёлочными ветками и…. В общем, Ярику повезло, что между тем, как плеснуть водой и огреть колючими лапами, я сделала перерыв. Не успей он прикрыть руками лицо, пришлось бы худо.

- Ай! Ай-яй-яй! Ты чего творишь, а? – мокрый братец тщетно попытался вскочить с дивана, пока ёлки хлестали его, куда придется, не хуже банного березового веника.

- Нахал! Поросенок! Трус! – почти радостно приговаривала я, орудуя палками, в которые на глазах превращалось новогоднее украшение квартиры. – Не мог Игорька прогнать!

Сестренка в боевые действия не вмешиваясь. Решила, безопасней слиться с противоположной стеной.

- С какой стати я должен был с этим нарциссом воевать? – обиженно возмутился Ярослав, когда я выбилась из сил и «отступила» в кресло. – Яська, просила, конечно, помочь. Но после утреннего финта мне всё равно – пускай её хоть в плен берут, хоть на расстрел тащат. Ну, а что ты под горячую руку попадешь, я как-то не подумал…

- Какого финта? – переспросила я, чувствуя, что пропустила важное событие.

Часть стены по соседству испуганно крякнула, но объясняться не рискнула. Пришлось Ярику. Ему явно не терпелось посетить ванную, чтобы смыть с одежды и тела ёлочные иголки, но под моим гневным взглядом братец остался на месте. Презрительно покосился на вторую половину и устало выдохнул.

- Яська Мартыновне позвонила, едва я порог переступил. Доложила о возвращении.

- А она?

Ярик невесело рассмеялся, вытирая рукавом мокрое лицо.

- Явилась. Не поленилась.

Дальнейшее брат мог не объяснять. Я в деталях представляла, на что способна бабушка в моменты праведного гнева. А неправедного – тем более. Удивительно, что мебель цела. И всё остальное, на первый взгляд, на месте. Или близнецы навели порядок до моего прихода? Я почти готова была разделить негодование брата на сестру, если б не была зла на него самого.

- Мне кажется, или кто-то мяукает? – выдернул меня Ярослав из созерцания красочной картины, как Мартыновна летает по квартире в ступе и гоняет проштрафившегося внука метлой.

- Ой!

Я опять умудрилась забыть про Жозефину-Симону. Теперь точно надуется индюком.

- Умойся, а потом тут приберись, - велела я навострившему уши Ярику. - И кошку в коридоре из переноски выпусти. Но только попробуй тронуть! Голову откручу!

- Ага, а как узнаешь? – попытался осклабиться брат, почуяв, что основная волна гнева отступила.

- Кошь доложит. Серьезно. Только рискни прикоснуться! Ярослава, а тебя никто не отпускал! – прикрикнула я, заметив боковым зрением, как стена