Теперь командовать буду я - Татьяна Семакова

Не выдержала и заплакала.

«Чертов ублюдок» – прорычала про себя.

– Лиза! – услышала позади себя, – черт, да остановись ты, нельзя туда возвращаться, – догнал меня и перегородил собой дорогу. – Пять, – я задрала голову и сказала с чувством:

– Иди ты в жопу со своими проверками.

– Ты вообще замужем, – возмутился он.

– И ты об этом знал. Отойди, не хочу даже рядом с тобой находиться.

– Врешь, – заявил уверенно.

– Неужели? И как ты это проверишь? – ответила ехидно, а он присел и закинул меня на плечо.

– Как взрослая поедешь или в багажнике? – уточнил, подходя к машине, я ничего не ответила, но была опущена на землю. – Выбирай сама, – я села на переднее сиденье. Как он водит, я доеду с фингалом под глазом… Хлопнула дверцей и демонстративно отвернулась.

– Прости, я перегнул, – сказал тихо, минут через двадцать пути, а я снова промолчала, уже из вредности.

В доме я сразу же потащила Пал Палычу образцы, среди которых он без труда нашел нужный. Я посмотрела, каким об был подписан поставщиком, и скинула Маме с нового телефона информацию в смс, чтобы она поискала по накладным, и попросила передать название Коле для проверки.

– Ты чего такая злющая? – спросил Пронька, когда мы начали прощаться. – А, хотя, не говори, не хочу драться с боевым товарищем.

– Трус, – прошипела я, крепко обняла «брата» и пошла в машину, устроившись на заднем сиденье.

Мужчины тихо переговаривались дорогой, я смотрела в окно, а Стеша раз пятьдесят повернул голову, посмотреть, что со мной произошло. Домик оказался точной копией предыдущего, только выкрашен в другой цвет, и я сразу же прошла в комнату с тем же расположением, что и в прошлое похищение. Чисто технически, Сеня снова привез меня силком.

«Козел!» – отозвался внутренний голос, я с ним согласилась и спокойно уснула, забыв, что мы собирались звонить Виталию.

Спасайся, Спаситель

С утра по привычке поискала кого-то из мужчин глазами, чтобы сходить в туалет. Разозлилась сама на себя и пошла одна. Сразу после долго гуляла по лесу, собирая грибы и разглядывая красивые разноцветные листочки, чувствуя себя, как минимум, Белоснежкой.

Вернувшись, сделала кофе только для себя и ушла с ним в комнату. Когда принесла в раковину чашку, увидела только Стешу на диване, а Арсений отсутствовал, как и машина. Я нахмурилась, но промолчала.

– Поехал купить пожрать, – счел нужным сообщить Стеша.

– А тебя сторожить оставил? – съехидничала я.

– Не сторожить, а охранять, – уточнил он доброжелательно. Я нахмурилась еще больше и начала чистить грибы, потому что заняться было совершенно нечем. – Он мне рассказал, – осторожно начал он и если бы я могла нахмуриться еще сильнее, то непременно бы это сделала, – и я с тобой согласен, – неожиданно договорил он, а я замерла и посмотрела на него с изумлением. – Если ты и вправду что-то чувствуешь к нему, то это было слишком жестоко.

«Если» – хмыкнул внутренний голос, а я только головой покачала.

– И ты иди в жопу со своими «если», – сказала весело, дочистила грибы и закрылась в комнате.

Вышла только ближе к вечеру, когда ужасно захотелось есть.

– Я решил не звонить ему без тебя, – сказал Сеня, подойдя ближе, пока я рылась в холодильнике. – Степан мясо сделал, оно на столе, – и заискивающе добавил: – как ты делала, но получилось не так вкусно.

Я пропустила все мимо ушей, сделала пару бутербродов и снова ушла в комнату. Надо было выйти и позвонить Виталию, время близилось к девяти, но все внутри меня противилось этому. И не только потому, что просто слышать его голос было противно. Было что-то еще, простое и очевидное, но, из-за горевшей внутри обиды, не дающееся в руки.

Я села на пол в центре комнаты и огляделась.

«Дом бабки невесты» – фыркнула про себя и меня тут же прошибло холодным потом.

– Вот черт, – пробормотала растеряно, на четвереньках подползла к двери и выключила свет, а потом по стенке подошла к окну, всматриваясь в деревья. На лес уже опустились сумерки, хотя на открытой местности еще было довольно светло.

Мой муж идиот, он мог позвонить своему заказчику и потребовать объяснения, какого черта меня забрали, а его не поставили в известность. Мол, так дела не делаются и прочие глупости в киношном стиле. А кто у нас заказчик? Правильно, некто, кто хорошо знает двоих моих сопровождающих, а значит этот чудный домик вычислит без труда. Скорее всего, Виталий подождал вчера звонка, который я так и не удосужилась сделать, а утром набрал заказчику. К обеду тот уже знал, где мы, а сейчас просто ждет темноты.

Я потянулась к сумке, не отрывая взгляда от окна, и сунула пистолет за пояс джинсов, слегка прикрыв его футболкой ровно на столько, чтобы можно было быстро выхватить. Взяла еще пару для дорогих мужчин, понятия не имея, под рукой у них свое или нет, и продолжила стоять, стараясь не моргать. Поднялся ветер, наклоняя тонкие ветки влево, но некоторые сначала отклонялись вправо, а потом уже по ветру. Сердце забилось где-то в горле, я осторожно отлепилась от окна и неслышно вышла в коридор с двумя пистолетами в руках. Степа заметил меня первым, глаза расширились, но я сделала знак молчать и, не выходя из коридора, чтобы меня не увидели в окно, кивком указала на выключатель. Он поднялся и выключил свет, я слегка пригнулась, подошла к ним, протянула оружие и проделала с Сеней то же самое, что и со Смолиным: взяла его свободную руку и положила себе под шею, а он схватился покрепче, сразу поняв замысел. Уверена, он даже успел оценить всю иронию ситуации.

– Я идиот, – сказал он мне на ухо, а я не стала спорить. – Не думаю, что их слишком много, – продолжил он тихо, – чем больше людей, тем больше шансов быть обнаруженными.

Я молча согласилась, старательно вживаясь в роль похищенной. Степа направился во вторую комнату, в которой наверняка есть подпол: я видела позади дома люк, когда гуляла утром. Наверняка и в прошлом доме был такой же: ходить вокруг мне не разрешалось.

– Арсений, выходи, – крикнули из-за двери, – мы окружили дом, тебе