Обрученная с врагом - Ольга Дмитриева

— Тебе переодевала Маргарет. Прости, ты очень долго не приходила в себя.

Вылезать из ванны совершенно не хотелось, и я попросила:

— Не поворачивайся, хорошо?

После этого я кое-как содрала с себя мокрую сорочку и забралась в воду по шею. Ару старательно смотрел в стену, и я поспешила разрядить неловкую ситуацию вопросами:

— Что произошло после экзамена? Я снова потеряла сознание?

— Это было ожидаемо, — ответил учитель. — Ты стала самой молодой бессмертной в истории. Твоему телу было нужно время на перестройку. Но я думал, что ты очнешься быстрее…

— Сколько дней прошло? — обеспокоенно спросила я.

— Я сбился со счета, — признался он. — Но сегодня вечером нас ждут на приеме в доме Ару.

Какое-то время я переваривала эту мысль. Праздник в доме будущих родственников. С корабля на бал, так сказать. Из Пещеры Испытаний мне предстоит сразу отправиться в змеюшник. А я все еще чувствовала слабость.

Рой словно прочитал мои мысли и сказал:

— Там будет весь цвет аристократии Эйенкаджа. В том числе Элоиза Хейг. Твое платье уже готово как и колье с голубыми бриллиантами. С ним будет отлично смотреться помолвочное кольцо.

Я обреченно вздохнула и потянулась за мылом. Что ж, посмотрим, какой прием меня ждет в доме Ару на этот раз.

Дом Ару сиял теплыми огнями. На этот раз меня встретило не смертельное заклинание, а подобострастные улыбки слуг. Вместо комнаты-склепа на втором этаже нас проводили в бальный зал.

Стоило герольду объявить наши имена, как головы присутствующих начали поворачиваться в нашу сторону. Пока Рой вел меня через разряженную толпу, я то и дело ловила на себе взгляды. Первый раз в жизни этих людей интересовали не мои розовые волосы и не мое лицо. И даже больше, чем прекраснейшее колье с голубыми алмазами, местную аристократию занимал медальон. Плоский блестящий круг сегодня висел поверх других украшений и затмевал их своей простой и значимостью.

Зависть во встречных взглядах цвела пышным цветом. За нашими спинами раздавались шепотки:

— Равные…

— Полный круг…

— Оба бессмертные…

— Они слишком молоды…

— Наместник недоволен…

Мои пальцы подрагивали в ладони Роя, но я старалась держать голову прямо и смотреть только вперед. Толпа осталась за спиной, и рука об руку мы приблизились к хозяину дома.

Юлиус Ару восседал на богато украшенном кресле в дальнем конце зала. Возле него стояли дети. Элизабет и Эйден. Ждали нас. Сестрица Роя презрительно сморщилась. А брата сегодня интересовали не мы. Эйден внимательно разглядывал людей за нашими спинами.

Мы остановились в нескольких шагах от кресла и отвесили подобающие поклоны. Подчеркнуто вежливые, но не подобострастные. Я снова почувствовала слабость, но деваться было некуда. Рой сжал мою руку, и я решительно вскинула голову. Мы оба теперь бессмертные. Даже не верится, что я получила полный круг.

Юлиус Ару словно прочитал мои мысли и скривился:

— Считаешь себя равной нам?

Я удивленно хлопнула ресницами, услышав это “нам”. И только потом сообразила, что сравнялась не только с Роем. Ару-старший, Эйден, Шендан, Лукиан и Никодемус Хейги… Наместник и его супруга. Я вошла в высший круг. Конечно, мне еще предстоит научиться пользоваться своей силой. Но обрести равный с ними потенциал уже было невероятно. И теперь, хотят эти люди или нет, им придется со мной считаться.

Элизабет открыла рот, чтобы выдать очередную порцию гадостей, но Рой процедил:

— Приятного вечера.

А затем он развернулся и повел меня прочь.

Я обеспокоенно сказала:

— Они нам не рады.

— Само собой. Рассчитывали на твою смерть.

В глазах учителя плясали злые огоньки. Мне стало не по себе, и я тихо попросила:

— Так может, уйдем?

— Нет, — ответил Рой. — Не дождутся. Ты моя будущая супруга и имеешь столько же прав находиться здесь, сколько и любой из них.

Заиграла музыка, и он добавил:

— Расслабься и получай удовольствие. На стихийный танец не пойдем, если не захочешь.

А затем увлек меня за собой в толпу танцующих. На какое-то время толпа для меня перестала существовать. Первый раз он кружил меня в танце с тех пор, как сделал предложение. Теперь наши чувства можно было не скрывать. Ни чувства, ни взгляды. Кажется, в этот момент друг для друга существовали только мы. Ару смотрел на меня неотрывно, смотрел так горячо, что мои щеки неумолимо начали пылать. Но отвести взгляд я тоже не могла. Мысли улетучились, и на какое-то время я забыла обо всем.

Но музыка кончилась, мы отошли в сторону, чтобы перевести дух. И пришлось вспомнить, что нас все еще окружают враждебно настроенные родственники. И не только они. Неподалеку мелькнула рыжая шевелюра Никодемуса Хейга. Я напряглась, но в тот же миг из толпы вынырнул Эйден. Он с улыбкой протянул мне руку и обратился к брату:

— Разреши украсть твою даму на один танец?

Я сразу поняла, что Рой откажет, поэтому сжала его ладонь и обезоруживающе улыбнулась:

— Пожалуйста.

По дороге я успела рассказать ему о том, что произошло на экзамене. Эйден не вмешался и, наверное, только поэтому Рой скрипнул зубами и вложил мою ладонь в руку брата.

Как только заиграла музыка, краем глаза я заметила, что к моему учителю тут же подошел отец. Я устремила возмущенный взгляд на своего спутника и произнесла:

— Ты это специально сделал, да?

— Ну-ну, не злись, — примирительно сказал он, продолжая вести меня в танце. — не съест его отец. Поругает и вернет тебе. Это день твоего триумфа, так что стоит его отпраздновать как следует. Здесь ждали безутешного Роя, готовили вино и объятия другой девушки, а тут ты…

Я заметила, что Элоиза Хейг маячит неподалеку от увлеченных разговором отца и сына. Внутри меня всколыхнулась жгучая ревность.

— О-о-о, — протянул Эйден.

Я мрачно буркнула:

— Что?

— Да вы ревнуете, леди.

— И что?

Я ждала грубостей и насмешек, но Эйден внезапно посерьезнел:

— Она теперь тебе не ровня. Настоящей парой бессмертному может быть только равная.

Он выразительно посмотрел на мой медальон и добавил:

— Эта игрушка дала тебе очень много. Ты еще не представляешь насколько.

— Твоему отцу на это плевать, — ответила я.

— Это не так. Но пока он этого не покажет. Будь умницей, ничего не бойся. И улыбайся в лицо тем, кто попытается тебя сожрать. Иначе среди бессмертных не выжить.

Какое-то время мы кружились в танце молча, а затем я нашла в себе силы выдавить:

— Спасибо.

Эйден снисходительно ответил:

— Знаешь, я постепенно начинаю понимать, чем ты зацепила Роя.

Затем он резко притянул меня к себе и прошептал на ухо:

— Но многому тебе еще учиться и учиться.

Это