Полюби меня заново - Анна Шнайдер

Это случилось через пару лет после развода. Артур встретил в общей компании девушку, которая ему очень понравилась, если не сказать больше. Маленькая, рыженькая и очень весёлая, со звонким хрустальным смехом, услышав который Артуру и самому захотелось улыбнуться. Девушку звали Алиса, но все вокруг называли её Лиса. И Артур, начав встречаться с ней, даже не подумал, что это прозвище может быть неспроста.

У Алисы был ребёнок — пятилетняя девочка по имени Николь, такая же рыженькая, как и мать. Артура наличие Ники — именно так Алиса обычно называла дочь — не смущало. Даже наоборот: за то время, что он жил с ними, Артур успел искренне полюбить девочку. В первый класс её собирал, косички заплетать научился, бантики беленькие покупал, вместе с Никой смотрел мультфильмы.

А потом Алиса сказала, что хочет расстаться. Утверждала, что их отношения изжили себя. Артур предположил, что она просто хочет замуж официально — ему-то было нормально и в гражданском браке, — но Алиса решительно пресекла его попытки исправить ситуацию.

Николь ревела белугой, Артур тоже был расстроен. Он не понимал, что теперь делать — ведь у ребёнка, по сути, отнимали отца.

— Не выдумывай, — сказала тогда Алиса, махнув рукой. — Ника тебя даже папой не называла. Я же ей не разрешала. Переживёт, ничего страшного.

Через некоторое время после расставания с Алисой, когда Артура перестало колотить от боли и возмущения, он узнал, что бывшая девушка уехала за границу с каким-то мужчиной. Где сейчас Алиса и Николь, Артур даже не знал. Но та история до сих пор отзывалась в нём глухой болью в сердце.

Вот с тех пор он и не встречался с женщинами, у которых есть ребёнок, — наученный горьким опытом, Артур больше не желал привыкать к маленькому человеку, на которого у него изначально нет прав. Удивительно, но расставание с Никой ударило по нему гораздо сильнее, чем разрыв с Алисой.

Жестокая ирония судьбы была в том, что дочку Кати звали почти так же — правда, её полное имя было Вероника. И, возможно, Артуру следовало бы расстаться с Катей ещё в первое совместное утро, когда она озвучила то, что у неё есть дочь… Он даже собирался это сделать. Честно — собирался. Но не смог. Перед глазами всё время вставало улыбающееся Катино лицо, радостные серые глаза, полные и сладкие губы, а в ушах звучал её глубокий грудной голос.

И Артур сдался, решив: ну, вряд ли он и в этот раз наступит на те же грабли.

Однако… на этот раз грабли, кажется, были ещё хуже.

40

Артур

То, что Катя что-то недоговаривает, отвечая в тот вечер на его сообщения, Артур понял сразу. Как именно — бог знает. Но Артур действительно уже давно чувствовал, когда у Кати были неприятности, о которых она предпочитала не распространяться. Не врала, но и не откровенничала — держала Артура на расстоянии вытянутой руки.

И он во второй раз задумался: может, и правда нужно закончить эти отношения? Не хотелось, да. Но Катя ведь его не любит. И у неё ребёнок — девочка, которая за отца горой. И бывший муж объявился, вернуться хочет. Может, Кате и правда будет лучше со Стасом…

Артур не верил в счастье при таких исходных данных. Ему было бы проще поверить в Деда Мороза, чем представить, что можно быть счастливой с человеком, который, влюбившись в другую женщину, не предпочёл справиться с этой влюблённостью, не попытался оживить отношения в браке, а бодро поскакал строить новую семью в другом городе, кинув жену и дочь. Возможно, Стас сделал выводы и понял, что «такая корова нужна самому». Но как верить этому человеку? Как не вспоминать, что он просто плюнул на ваш брак с высокой колокольни? Как не думать о том, что он вполне способен сделать нечто подобное ещё раз?

Нет, Артур не верил, что Катя будет счастлива со Стасом. Она может смириться с его возвращением ради Ники — это да. Может попытаться не вспоминать. Но где-то внутри Катю всегда будет грызть червячок сомнений.

И посмотришь: вроде бы красивое яблоко, целое, блестящее, но внутри всё изъедено…

С другой стороны, Артуру-то какое дело? Если Катя захочет быть со Стасом — значит, она сама выбрала для себя эту судьбу. А с Артуром она вряд ли останется. И не только потому, что не любит, но и из-за дочери.

— Что ты вздыхаешь? — спросила Оля, которой Артур позвонил перед сном, чтобы узнать, как дела у сестры и племянницы. Карине Артур уже пару лет как заменял отца — Олин бывший муж, не добившись прощения, обиделся и перестал приезжать к ребёнку, оставаясь в жизни Кариши только в виде алиментов.

— Ничего особенного. Просто думаю, что делать, — вновь вздохнул Артур. И вкратце рассказал Оле о своих отношениях с Катей — о приезде Стаса, желании Ники вернуть отца в лоно семьи и нежелании Кати это делать. Впрочем, как и строить серьёзные отношения с Артуром.

— Ничего не делай, братец, — произнесла Оля, когда он закончил.

— Совсем ничего?

— Да. Просто будь рядом. Ты сам мне говорил, помнишь? Когда Витя ко мне вернуться пытался.

— Что я говорил? Не помню.

— Ты говорил, что грязь со временем засыхает. И тогда она сама отваливается…

41

Катя

Оставшиеся до субботы дни прошли относительно спокойно. Ника больше не бунтовала, удовлетворившись моим обещанием налаживать отношения с её отцом; этот самый отец тоже особо не проявлялся, разговаривая по вечерам только с Никой, но не со мной. Я же работала, по чуть-чуть помогала дочери с уроками, ну и, конечно, общалась с Артуром — куда же без него? Не было ни одного вечера, чтобы он не писал мне. Иногда и звонил, но реже — Ника, если я пыталась скрыться в своей комнате с телефоном в руке, смотрела на меня крайне обиженно, и желание болтать с Артуром сразу же почти проходило, а заодно и настроение портилось. И как сделать так, чтобы всё было по-прежнему — мы с Никой нормально общались и она не нервничала из-за наличия в моей жизни другого мужчины, я не знала.

Тревожности моему состоянию добавляла Тигра — наша