Пленница зверя - Катерина Маркс

Образ громилы из сна словно вспышка промелькнул перед глазами. Лёжа в постели, я вновь и вновь пыталась закрыть поспать ещё хоть немного, но увы… Как только веки смыкались, картинка тут же возникала в голове. С каждым разом образ мужчины становился всё более чётким. Он больше не был размытым или затемненным. Взгляд его зелёных глаз манил меня, завораживал и утягивал за собой. Господин Ринальди говорил, что я принадлежу ему…

Чтобы хоть ненадолго прийти в себя, я встала с постели и подошла к небольшому столику около стены. На нём стоял графин с водой, который был ещё одной привилегией на этом уровне. Забавно, что стакан воды в этом доме мог получить далеко не каждый… Я налила немного прохладной жидкости и сделала жадный глоток. Как же это вкусно!..

Осушив стакан, я вновь отправилась в постель, но не легла на неё, а подняла подушку повыше и села, укутав ноги. В окна нашей комнаты проникал лунный свет и озарял её тусклым сиянием. Сам же полумесяц располагался перед окнами так, что я могла смотреть прямо на него.

Эта картинка напомнила мне моменты из детства, когда мы с родителями отправлялись в небольшие походы на выходных. Мы могли часами лежать на траве или песке, рассматривая звезды и находя созвездия, загадывая желания или просто молча наслаждаясь огромной луной… В одну из таких ночей я загадала быть счастливой. Не что-то конкретное, а просто быть счастливой… Забавно, что мой детский мозг сгенерировал именно это, а не нечто вроде игрушки или щенка.

Тёплые воспоминания о прошлом заставили сердце сжаться в груди. Я скучала… так скучала по маме… и папе. И если отца уже не вернуть, то увидеть маму ещё хотя бы раз очень хотелось…

У меня была прекрасная семья и самое счастливое детство, о котором можно только мечтать. Родители дали мне всё, всё что только могли себе позволить и даже чуть больше. Я не помню, чтобы когда-то голодала или остро в чем-то нуждалась, но не могла получить из-за нехватки денег. Конечно времена были всякие и до определенного момента мы жили весьма скромно. Отец и мама усердно работали, но платили мало, а расходы с каждым годом росли. Приходилось экономить и отказывать себе в чем-то, что не относилось к категории базовых потребностей.

Однако потом все резко изменилось. Наше финансовое положение резко пошло в гору. Мы все еще не были богаты, но я могла ни в чем себе не отказывать. На карманные расходы мне выделяли приличную сумму каждый месяц, а на праздники счет и вовсе пополнялся внушительными суммами. Самое интересное во всех этих переменах, что родители занимали прежние должности. На мои вопросы мама каждый раз отвечала, что их очень ценят на рабочем месте и поэтому платят больше, чем рядовым сотрудникам. О деньгах со мной не очень то любили говорить. Папа и вовсе мог лишний раз прикрикнуть и сказать нечто вроде “мы не обязаны перед тобой отчитываться”.

Моего папу нельзя назвать вспыльчивым человеком. Он вообще практически никогда не кричал и не спорил с мамой. Вместо этого молча соглашался и делал так, как просила или хотела она. Родители любили друг друга и любили меня. В нашей семье царила атмосфера заботы, любви и взаимного уважения. Я знала, что в семье меня всегда поддержат и примут, чтобы я не натворила.

А чудила я много… Будучи весьма активным и любопытным ребенком, я изо дня в день попадала в истории. На мой вид по возвращению домой родители даже делали ставки. Ведь, если я возвращалась после прогулки с друзьями и была при этом в чистой одежде, без очередной шишки или царапины, с аккуратно заплетенными волосами, то это вызывало повод для беспокойства. Если же я походила на участника сражений, то это считалось нормальным.

Лишь однажды мое баловство вышло из-под контроля. Я помню тот момент в мельчайших деталях. Мне уже исполнилось пятнадцать лет, но я продолжала проводить все свободное время на улице с друзьями и веселиться на полную катушку.

В тот день наш с друзьями выбор пал на велосипедную прогулку. Мы вооружились транспортом, запасами еды и воды и отправились на пикник на соседнее поле. Погода была просто чудесной и располагала именно к такому времяпрепровождению.

Грунтовая дорога, что вела к назначенному месту, имела множество извилин, поворотов, спусков и подъемов. Что может быть лучше, чем устроить гонки на такой-то трассе?

Я безумно хотела выиграть и крутила педали как только могла, периодически оглядываясь, чтобы убедиться в своем преимуществе перед друзьями. Именно в один из таких моментов я со всего разгону вписалась в машину, что ехала навстречу. Сама я не особо пострадала, но вот велосипед и автомобиль оказались знатно покореженными. Помню, что очень сильно испугалась в тот момент. Друзья, с которыми я ехала, мигом оказались рядом и обступили меня. Из машины вышла охрана и в ярости оценила ущерб, что я нанесла своим велосипедом. Они не кричали, но говорили таким тоном, от которого кровь стыла в жилах.

Я практически сразу расплакалась и принялась извиняться. Но одними словами в такой ситуации, конечно, не обойтись. Мужчины в костюмах потребовали назвать мое имя и адрес родителей. Я, естественно, сразу же сказала им все, что они хотели. В пятнадцать лет ты можешь считать себя сколь угодно взрослым, но в экстренной ситуации снова становишься ребенком, который бежит к маме и папе за помощью и прячется за их спиной…

Мужчины оставили нас на месте, а сама, по всей видимости, отправились ко мне домой. Я испугалась еще сильнее, ведь мои родители были как раз дома, а я и представить не могла на что способны эти верзилы в костюмах. В моделях автомобилей я не разбиралась, но понимала, что эта марка очень и очень дорогая.

Бросив сломанный и сложенный чуть не пополам велосипед, я бросилась домой бегом. Мы успели отъехать довольно далеко от дома, и поэтому бежать также было не близко. Однако я не чувствовала усталости. Адреналин, зашкаливающий в крови, придавал сил и не давал устать.

Несмотря на все старания,