Осколки моей памяти - Эйрена Крокус

У меня к нему столько вопросов, но готова ли я услышать на них ответы после всего…

Неужели это конец?

Я так не хочу! Я люблю его, но сейчас мне так тяжело, особенно после того что я узнала. В горле просто застрял огромный ком обиды который не даёт мне дышать.

Мне нужно время, что бы разобраться во всём. Я думаю пока лучше поставить всё, что между нами на паузу.

Услышав, как разрывается мой телефон, я оттолкнулась от капота руками и подошла к сумке. Вынимая телефон на дисплее, отчетливо горело «Ромка» скинув вызов, я сразу отключила телефон.

Не хочу.

Не хочу его слышать, не сейчас.

Лучше дождаться, когда он вернётся.

Ксюша. 29

Что делают с гонцом, принесшим плохую весть?

В Древней Греции гонцу, принесшему плохую весть, отрубали голову, поэтому долгое время в древней Греции вообще все было отлично! Может быть, если бы не энтузиазм Стаса было бы все хорошо? Размышляла я, лежа в своей кровати.

Вжавшись лицом в подушку, пытаюсь заглушить поток рыданий, но все без толку. Мне кажется, подушку уже можно выжимать, так как мне начинает казаться, что я скоро затоплю соседей снизу.

Сначала я злилась, потом обижалась и снова злилась, плакала и снова злилась, в потоке своей истерики я порезала ножницами постельное белье, на котором мы с Ромой, спали. Не знаю, что на меня нашло. Я никогда не пускала никого в свою постель, для меня это было табу, но он разрушил все те мои запреты, которые я для себя строила годами. Я злилась на себя, на него, на Стаса я ненавидела все вокруг.

Обессиленная своими истериками я завалилась на кровать, держа в одной руке телефон, а в другой ножницы.

— К черту все, — швырнув телефон под кровать, я наконец-то под рассвет я кое-как уснула, но ненадолго.

Меня разбудил звонок в дверь. Кого там принесло, мне было не понятно, я знала, что сейчас в таком состоянии мне не до гостей. Поэтому лежа на кровати, я плакала и смотрела в потолок и ждала когда тот, кто за дверью наконец-то перестанет терроризировать мой звонок и уйдет.

Как я поняла через минут двадцать, сдаваться мой посетитель не хотел, и я решила пойти открыть.

До дверей я дошла с трудом, перед глазами все плыло, в голове шум, ноги ватные я уже, и забыла, как это чувствовать себя снова слабой и разбитой.

— Ксюша боже ты жива, — залетая в дверь, Машка чуть не снесла меня своими объятиями.

— Да жива, а ты что тут делаешь? — Обнимая Машу, решила уточнить цель её визита.

— Мне позвонил Рома и сказал, что ты трубку не берешь. Я так испугалась и сразу же приехала к тебе. Почему твой телефон отключен? Его украли?

Запирая дверь за Машей, сталкиваюсь со своим отражением в зеркале. Я выгляжу ужасно. Огромные синяки, красные глаза, размазанная тушь, помятое лицо и волосы которые торчат в разные стороны.

— Никто не крал мой телефон, я сама его отключила. И вообще может, давай вечером встретимся Маш? — вытирая свою тушь под глазами, направилась на кухню.

— Ксюш пять часов вечера уже, куда еще позже? Что у тебя случилось? Ты что плакала? — убирая мои волосы, Машка начала присматриваться ко мне.

— Странно я думала только утро, — присаживаясь за стол, взяла бутылку вина и наполнила бокал.

— И как давно ты в таком состоянии? Ксюша перезвони Роме, он переживает. Где твой телефон? — Металась Машка, по гостиной переворачивая все вокруг в поисках телефона.

— Маш он под кроватью, наверное …

— Ксюша, может ты наконец-то, объяснишь что произошло? Вы что с Ромой поссорились?

— Нет, мы не сорились.

— А что тогда? Ты себя видела? Выглядишь …

— Безжизненно? — закончила я Машкино предложение и сделала глоток вина.

— Да. — Присаживаясь напротив меня, она продолжала сверлить меня взглядом. — Расскажи что случилось, может, я тебе помогу?

— Маш давай выпьем?

— Ксюша да хватит пить! Ты что хочешь спиться? Посмотри на себя! Пару дней назад мы говорили, и ты была на седьмом небе от счастья, а сейчас что изменилось?

— Да многое изменилось! Маш ты помнишь, я рассказывала за аварию? Так вот это только цветочки! Оказывается, за рулем был Рома, да его тогда увезли, и я с ним не пересеклась, как и на суде. Так как по судам меня таскал его отец и брат. А да, кстати, его брат меня изнасиловал. Да я не рассказывала, мне было стыдно мне и сейчас стыдно, а еще мне обидно, что это все случилось по вине человека, которого я полюбила.

Закончив свою речь, я допила вино и со слезами на глазах смотрела на подругу, которая сидела с открытым ртом.

— Ксюша, извини, я не знала.

— Я тоже не знала. Мне Стас рассказал, — призналась я.

— Что еще за Стас? — непонимающе смотрела на меня Маша.

— Маш долго объяснять, но от него были некоторые цветы.

— Я думала все цветы от Ромы.

— Маша я не знаю, что мне делать, — пройдя в гостиную, присела на диван и прикрыла руками лицо.

— Ксюш мне кажется, тебе нужно перезвонить Роме и просто поговорить с ним.

— Я не могу, не сейчас, не хочу слышать его голос.

— А когда? Чего ждать? Ты должна узнать всю правду от него. А он знал, что ты была за рулем? А про то, что его брат… — недоговорив Маша, замолчала и, взяв со стола сухую салфетку, начала вытирать мое лицо от слез.

— Я думаю что знал. — поделилась я своими догадками.

— Ксюш это было пять лет назад верно? Может, стоит поговорить с Ромой? Мне кажется он не знает того что случилось, отпусти свою обиду и набери его.

— Маш не всё так просто как кажется, тебе никогда не понять через какой ад я прошла. Хочу сказать, что многое я оставила позади, но какая-то часть все равно осталась со мной.

— Мне кажется, тебе нужна перезагрузка. Давай сначала приведем тебя в порядок, а постом займемся всем остальным, — обнимая, успокаивала меня Маша.

Выливая остатки алкоголя в раковину, подруга заставила меня принять ванну, убрала постельное белье, которое я изрезала и привела мою квартиру в порядок. Я выпела какую-то таблетку. Маша убедила меня, что после неё мне станет лучше, и действительно, уже через время я почувствовала, как мое состояние пришло в норму.

Она осталась у меня ночевать, мы много говорили и пришли к