Подкидыш для бизнес-леди - Гала Григ

Нет, я не ханжа. И ничто человеческое мне не чуждо.

Но в такой ситуации!

Тарас решит, что я женщина… легкого поведения.

Аххаха! Тоже мне моралистка.

Но все-таки очень стыдно…

Мне казалось, что я все еще люблю Соболева. И вдруг такое!

Это было сумасшествие. Это был солнечный удар. Нет, скорее солнечное затмение.

Надо тихонько сбежать.

Надеюсь, Тарас крепко спит.

Боже! Мне по-любому надо домой. Там, наверное, Зина и Софья с ума сходят.

Интересно, где осталась моя сумочка с телефоном. Скорее всего, в машине. Ну все. Теперь только один вариант — будить Мамаева. Краснеть и надеяться, что он отвезет меня домой. Или хотя бы машину откроет.

Осторожно снимаю с себя руку Мамаева. Тихонько выползаю из-под простыни. И зря. Мне ведь наоборот надо, чтобы он проснулся. Иначе как я доберусь домой.

В темноте разыскиваю одежду. И, чтобы не шуршать ею, отправляюсь одеваться в гостиную. Осматриваюсь. Но в темноте вижу только очертания предметов.

Кое-как одевшись, подхожу к окну. Отодвигаю тяжелую штору, впуская в комнату свет уличных фонарей. Ночь. Кругом тишина. В голове пусто. Нет ни одной разумной мысли о том, как быть дальше.

Разбудить Мамаева и попросить отвезти меня домой? Как глупо. Тихо уйти? Но я даже не знаю, в какой части города нахожусь. Телефона нет, деньги в сумке — даже такси не вызвать…

Озабоченная этими мыслями, не слышу, как в гостиную вошел Тарас. Вздрагиваю от его прикосновения. Мамаев нежно прикасается губами к моей шее. Меня словно кипятком ошпарили. Боюсь взглянуть на него.

— Прости, я не слышал, как ты проснулась. Даже одеться успела?

— Тарас, мне надо домой… А телефон с сумочкой остались в машине… Дома волнуются, я ведь никого не предупредила.

— Я сейчас. Только оденусь.

Он не удерживает меня. Не уговаривает остаться. Неужели произошедшее ничего не значит для него?

А на меня что нашло?

Но что было, то было. Надо смириться с этим. И вообще, пусть думает, что хочет. Хорошо хоть свет не стал включать, а то увидел бы, как пылают мои щеки.

Нашла о чем думать! Домой, надо домой. А там, будь что будет.

Кажется, Мамаев тоже испытывает некоторую неловкость. Мы молча спускаемся к машине. Я звоню домой. Слышу взволнованный голос Зиночки. Значит, она не уехала. Хоть это хорошо, а то Софье одной оставаться в чужом доме непривычно.

Успокаиваю Зину. Несу какую-то чушь. Главное, что дома все хорошо.

Тарас сосредоточен на дороге.

— Ты сердишься? — спрашивает наконец.

— Все нормально, — отвечаю односложно. Скорей бы доехать. Очень неловко с ним. Нам обоим неловко. И это слегка успокаивает. Но общаться тяжело, поэтому закрываю глаза, делая вид, что дремлю.

— До завтра? — Тарас виновато смотрит на меня.

— Да, наверное, — бросаю уже на ходу, не поворачивая головы.

Уфф, наконец-то расслабляюсь, оказавшись в прихожей. Но это всего на мгновение. На меня с укором уже смотрят Зина и Софья.

— Ну простите меня, так получилось. Случайная встреча с друзьями.

Первой не выдерживает Зина:

— Позвонить-то можно было. Мы тут чуть с ума не сошли. Думали, что и Вы нас бросили.

— От Соболева ничего? — спрашиваю, чтоб сменить тему.

— Ничего. Как ни странно, даже Юля не звонила.

Чувство стыда накрывает меня с новой силой. Правильно! Тут непонятно что происходит с родителями Артемки, а я… Вот еще и бедных женщин заставила волноваться. Одним словом, нет мне прощения.

И с Тарасом не знаю, как дальше общаться.

В надежде добрать остаток сна, отправляюсь в свою комнату. Но неутомимая совесть не отпускает. Она вновь и вновь возвращает мысли к моему сумасбродному чувственному порыву.

Ладно было бы стыдно перед Зиной и Софьей. Они ведь все поняли.

Но вот Мамаев…

Так хорошо все начиналось. А теперь решит, что я вообще не знаю, чего хочу. То страдаю по Соболеву. То…

А! Не буду больше терзать себя. Бесполезно. Как решит, так и решит.

Боюсь только, что на этом горячем эпизоде наши отношения закончатся.

Позвонить что ли Элине?

Нет, не стоит нагружать еще и ее.

Уснуть мне все-таки на пару часов удалось. Правда проснулась с головной болью, взявшейся непонятно откуда. Может быть, возникшей на фоне раскаяния.

Хотя, если подумать, я не сделала ничего предосудительного. Да, поспешила. Да, слишком быстро забыла о чувствах к Стасу. Но были ли они? Или я себе их нарисовала?

Появился Мамаев. И словно ластиком стер надуманный рисунок.

Значит, так должно было случиться. Хватит заниматься самобичеванием. К тому же, надо четко разграничить, из-за чего я извожу себя? Это раскаяние за нахлынувшую страстность? Или я не могу простить себе, что это произошло, когда у Соболева проблемы?

Но опять же, при чем здесь я? Они, Соболевы, пусть сами их решают. Я ведь не отказала Стасу в помощи с Темой.

Все, хватит гнобить себя. Пора спуститься в гостиную. Выпить чашечку кофе, побаловать себя вкусняшкой. И — в офис.

А дальше, как получится…

Глава 33

Разобравшись с текущими вопросами, требующими неотложного рассмотрения, звоню Элине. Ну вот такая я. Не могу носить в себе ни радость, ни отчаяние, ни сомнения. Наверное, это плохо. Но ведь доверяю я свои переживания не кому-нибудь, а подруге.

Считаю, что у каждого должен быть человек, с которым можно поделиться и даже поплакаться. И ведь что интересно, стоит рассказать Элине о бередящем душу вопросе, как становится легче. Не зря такой популярностью пользуются психотерапевты. Жаль, что Элина выбрала педиатрию. Она прирожденный врачеватель душ. По крайней мере, моей — точно.

— Милана, выбрось всю эту моралистику из своей прекрасной головки. Правильно рассуждаешь, если у Мамаева к тебе серьезные чувства, то стремительное развитие отношений только подогреет его. А если нет, то тут ничего не поделаешь.

Расскажи лучше, что нового от Соболева. Вместо двух дней с его отъезда прошло почти две недели. Очень все странно. Надо что-то предпринимать.

— Моя совесть бунтует именно из-за того, что на фоне событий со Стасом меня занесло. Тарасу, наверное, это тоже непонятно.

— Давай закроем эту тему. Скажу тебе больше: в твоем случае подобное развитие событий вполне объяснимо. Так срабатывает естественный механизм защиты от стресса. А теперь, подробнее о Соболевых. Все больше укрепляюсь в мысли, что там либо что-то серьезное со Стасом, либо…

Она не успевает договорить. Меня отвлекает появление неожиданного посетителя. В двери стоит Мамаев. Вид у него почти обычный. Словно между нами ничего не произошло. Но присутствует налет