Зимняя свадьба - Джоан Смит

— Вы должны позвать доктора, — еле слышно прошептала Нэл и, дабы усилить видимость реальной или воображаемой боли, схватилась за живот. — Меня тошнит от рыбы. Думаю, она была отравлена.

Клара была в замешательстве. Она чувствовала, что это очередная уловка — то ли попытка привлечь к себе внимание, то ли, что еще хуже, попытка сбежать. С другой стороны, ежели Нэл действительно больна, необходимо было что-то предпринять. Пока она в нерешительности стояла, в дверь постучали, и вошел Бен, полностью одетый, как и обещал пару часов назад.

— Нэл утверждает, что ее тошнит, — доложила ему Клара.

С постели раздался еще один страдальческий стон. Нэл, закрыв лицо руками, залезла поглубже под одеяло.

— Вы ее осмотрели? — совершенно невозмутимо спросил Аллингкот.

— Да, небольшой жар вроде бы есть.

Подойдя к кровати, Аллингкот отнял руки Нэл от ее лица и положил свою ей на лоб.

— Высунь язык, — приказал он, и Нэл повиновалась. Она смотрела на него своими блестящими глазами, стараясь прочесть его реакцию.

Как большинство когда-либо болевших, Бен знал, что делают доктора, но для чего они это делают, не догадывался. Ее розовый язык ничего ему не сказал.

— Где болит? — спросил он.

— Здесь, — ответила она, поглаживая какое-то неопределенное место в середине своего тела, точное местоположение которого скрывалось под одеялом.

— По крайней мере, это не корь, — с облегчением заключила Клара. — Я боялась, не заразилась ли она от своей камеристки. Симптомы проявляются недели через две.

В невинных голубых глазах Нэл сверкнула вспышка интереса. Она отлично помнила симптомы, видимые ею у Толкиен. Через мгновение она подняла кулачок и принялась в него кашлять.

— Слишком поздно, Нэл, — ехидно заметил Аллингкот.

Клара, нахмурившись, взглянула на него и сообщила:

— Мы полагали, что она, возможно, отравилась рыбой…

— Нет, думаю, это все же корь, — возразила Нэл. Голос у нее несколько окреп, но она вновь раскашлялась, хитро посматривая на своих зрителей.

— А как же боли в животе? — спросила Клара.

Нэл откинулась на подушку и потерла глаза.

— Почти прошли. Видимо, и впрямь виновато вино.

— Три их хорошенько, Нэл, — подсказал Аллингкот. — Жаль, ты не вспомнила о кори мисс Толкиен до начала своего представления, а то бы могла и кашлять куда более убедительно, и глаза натереть до более натуральной красноты.

— У нее небольшой жар, — напомнила ему Клара.

— Она отличная притворщица.

— Я больна. Пожалуйста, позовите доктора. Бен, сходи за ним…

Теперь она почти задыхалась, голос был еле слышен.

— Может, вам действительно послать за доктором, — неуверенно предположила Клара. — Не следует рисковать.

— Она нас дурачит, — уверенно заключил Бен. — Как только я отправлюсь за доктором, вас отправят за водой, или молоком, или еще чем-то подобным, а она в это время сбежит. Предсказать дальнейшие действия нетрудно…

Нэл подпрыгнула, сев на кровати прямо.

— Ты же обещал не рассказывать! — воскликнула она. Поняв, что сделала, она вновь рухнула на подушки и простонала: — О, боль делается невыносимой.

— Ежели немедленно не прекратишь свое представление и не уснешь, гарантирую тебе боль в мягком месте! — в сердцах повысил голос Бен.

Клара неуверенно переводила взгляд с одного на другого. Будь эта строгость проявлена раньше, она бы ее оценила, но становиться тираном, когда Нэл и в самом деле могла оказаться больной, казалось ей неправильным.

— Давайте пошлем за доктором, просто, чтоб убедиться, — предложила она.

— Она не больна, но вполне заслуживает болезни — за то, что разбудила вас среди ночи.

— Я не спала, — сообщила Клара. Теперь, когда Бен нападал на Нэл, она почувствовала желание защитить ее.

— Еще бы, она ворочалась тут с таким скрипом, что разбудила бы и мертвого? Мне было слышно в соседней комнате.

— Я чувствую себя отвратительно! — выкрикнула Нэл громким, твердым голосом, усевшись на постели прямо и сердито сверкая глазами.

— Скорее уж, это ты сама отвратительна, Нэл! — заявил Бен. — Пора бы тебе уже вырасти и хоть немного думать о других. Ты заставила мисс Кристофер подняться, прийти сюда и переживать за тебя, а у нее, между прочим, завтра много дел. Твой трюк не сработал. Мы знаем, что Мур здесь, мы также знаем, что ты собираешься бежать с ним, как какая-то беспутная девица. А раз трюк не сработал, давай ложись спать и дай нам сделать то же самое.

— Ты просто ревнуешь! — поддела его Нэл. — Я не выйду за тебя, даже и не думай об этом!

— Ты не дождешься предложения ни от меня, ни от кого-либо еще, ежели и дальше будешь вести себя подобным образом.

— Мне уже его сделали.

— О да, Мур! Как ты думаешь, что его в тебе привлекает? Твои невероятно голубые глаза? Нет, моя дорогая, твое невероятно щедрое приданое. Он женился бы и на косой полоумной старой деве, имей она тугой кошелек. Будь у тебя хоть капля здравого смысла, давно отправила бы этого ловца богатеньких невест куда подальше.

— Ты просто ревнуешь! Все девушки без ума от него. Ежели бы он хоть разок взглянул на Мэгги, она бы быстренько его прикарманила. Но он любит меня одну.

— Мэгги хватило бы ума раскусить его за пару дней. И только ты настолько глупа, что влюбилась в него, поверив его примитивным басням. Люби он тебя по-настоящему, не просил бы сбежать с ним. Как джентльмен, он поговорил бы с твоим дядей.

— Благодаря тебе, дядя Англин не хочет его видеть.

— Благодаря тебе, Англин не хочет видеть ни Мура, ни любого другого. И да, я взял на себя ответственность сообщить твоему дяде, что Мур является охотником за приданым. А теперь ложись и спи. Посылать за доктором я не намерен. И мисс Кристофер никуда не пойдет, так что сегодня ночью ускользнуть тебе не удастся.

Столь суровое обращение имело чудодейственный эффект — Нэл, совершенно выздоровев, вскочила с кровати, одетая в одну лишь красивую батистовую ночную сорочку. Потрясенно взглянув на Аллингкота, Клара схватила со стула ее шаль и набросила ей на плечи.

— Клара, вы только даром тратите время, мисс Мулдун и понятия о приличиях вещи несовместимые, — сказал Аллингкот, глядя на Нэл с презрением.

— Мне нет дела до приличий! — бросила Нэл, с вызовом вздернув свой носик в сторону Клары. — Я не какая-то там бедная родственница, вынужденная следить за каждым своим шагом.

Бен шагнул ей навстречу, но вовремя остановился, испугавшись последствий.

— Тебе нет дела ни до