Имя мне - Смерть - Элизабет Холлоуэй

Я никогда, технически, не целовалась с мальчиком — ну, я поцеловала Кайла несколько месяцев назад, просто чтобы узнать — каково это, но это не считается. Я не могу испортить свой первый настоящий поцелуй вызванной нервами рвотой. Это было бы несексуально. Я прочищаю горло и мягко отталкиваю его.

Он краснеет и отпускает меня. Его руки оставляют горячий след воспоминаний на коже.

— Извини, — бормочет он. — Ты права. Мне не следовало этого делать.

— Итак, — говорю я, прежде чем он сможет продолжить. Мне нужно что-то сказать, или мы оба умрем от стыда. — Помнишь, я сказала, что ты жуткий? Ну, с двумя причудливыми голосами и безликим лицом, и плывущий по воздуху… ты больше, чем просто жуткий. Ты меня пугаешь.

— Поэтому ты меня не поцеловала? — Он проводит пальцами по краю своей футболки.

— Нет. Совсем не по этому, — бормочу я. Мои щеки горят. — Я просто подумала, что это не очень хорошая идея, потому что…

— Ты права. Это была не очень хорошая идея. — Он перебивает меня, прежде чем успеваю признать, что просто боялась блевануть на него, но он все равно приближается ко мне. Я задерживаю дыхание, когда он мягко заправляет выбившуюся прядь волос мне за ухо, и его пальцы задерживаются на моей щеке. Затем его глаза становятся холодными, и он опускает руку. — Это не очень хорошая идея.

Я стараюсь не показывать разочарование. Хочу, чтобы он поцеловал меня. Очень. И теперь я готова и не думаю, что меня вырвет. Но уже слишком поздно. Благодаря моему глупому, сверхактивному желудку он решил, что это плохая идея.

Я должна сменить тему.

— Значит, все, что нам нужно было сделать, чтобы убрать метку Трэвиса — это напугать его до смерти?

— Да. — Он улыбается. Это не ослепительная улыбка, которую он подарил мне, прежде чем подхватил, но близко. — Разве это не замечательно? Было так здорово хоть что-то сделать, Либби. Ты понятия не имеешь, сколько раз я хотел сделать что-то подобное, но у меня не было выбора, кроме как уйти. Люди делают много дерьмовых вещей, когда думают, что никто на них не смотрит.

— Да, но как это работает? — Я перевожу взгляд туда, где Макенна сидела на одеяле. — Как напугать жертву? Как исцелить её метку? — Если я планирую помочь Кайлу, мне нужно знать все об этих глупых метках.

— Не думаю, что он убил бы Макенну сегодня, но это изнасилование могло бы стать началом черной полосы для его, которая в конечном итоге закончилась бы убийством, — говорит Аарон. — Или это могло бы вызвать цепную реакцию вины, которая потом привела к самоубийству. Кто знает? В любом случае, мы остановили изнасилование, напугав Трэвиса до чертиков, и сняли с него метку, прежде чем она принесла зло её владельцу.

— То есть все, что мне нужно сделать, чтобы Кайл не покончил с собой — остановить цепную реакцию? — Я произношу эти слова тихо, больше для себя, чем для Аарона, но его голова резко поднимается, и он смотрит прямо на меня.

— Почему ты так уверена, что Кайл покончит с собой, Либби? Его могли пометить за убийство. Ты удивишься, если узнаешь, но плохие вещи делают и хорошие люди в некоторых обстоятельствах.

— Да, возможно. Но я знаю, что для Кайла это самоубийство, — говорю я и отхожу от него. Я не хочу услышать, что-нибудь еще, что Аарон может сказать о Кайле. Он его совсем не знает. Он ничего не знает.

— Ты этого не знаешь, — говорит Аарон у моего плеча. Он делает этот раздражающий трюк, и я останавливаюсь, чтобы не ударить его локтем в живот. — Не пойми меня неправильно, но надеюсь, что это самоубийство. Я просто не хочу, чтобы ты была разочарована, если это окажется не так. Будь реалисткой.

— Это самоубийство, Аарон! — Я резко выпаливаю это и пытаюсь передать решимость в хмуром взгляде. — Я знаю это, потому что знаю Кайла. Он не убийца. Кстати, о Кайле… — я похлопываю себя по карманам в поисках мобильника, но у меня его нет. Должно быть, остался в машине. — Сколько сейчас времени?

— Без четверти три, — говорит он, не глядя на часы. Когда он говорит это, я знаю, что это правда также, как и то, что моя фамилия — Пайпер. И я знаю, что если захочу, то смогу тоже сказать точное время вплоть до миллисекунды. Должно быть, это еще одна сила Жнеца Смерти.

— Черт! Я должна была встретиться с Хейли и Кайлом за мороженым в два тридцать. Они точно убьют меня! Прости, Аарон, мне нужно идти. — Я обхожу его и начинаю подниматься на холм к рельсам.

— Стой!

Я останавливаюсь и смотрю на него через плечо, подняв брови.

— Первый урок завтра утром. Встретимся здесь в девять часов.

— Хорошо, — говорю, продолжая подниматься. — До встречи в девять.

Глава 14

Рингтон, который я установила для сообщений, был настолько громким, что я слышала, как он гудит в моей машине, когда бежала по последнему участку велосипедной дорожки к стоянке. Он стих. Я распахиваю дверь машины, и телефон снова оживает, проигрывая мелодию и вибрируя на переднем сидении, именно там, где я его и оставила. Хватаю телефон и читаю сообщение, которое появляется на экране. Оно от Кайла:

Где ты? Если не ответишь в течение пяти минут, мы уйдем.

Провожу большим пальцем по экрану и начинаю печатать ответ.

Прости. Сумасшедший день. Дайте мне десять минут. Я уже еду.

Нажимаю «отправить» и молюсь про себя, чтобы Кайл и Хейли не ушли до моего приезда. У меня теперь есть целая неделя жизни, и я хочу, чтобы она осталась в памяти одной из самых лучших. Не могу допустить, чтобы мои лучшие друзья на меня злились. Я буквально вбиваю ключ в замок зажигания и выкручиваю до отказа. Двигатель булькает, но затем начинает реветь, и я вдавливаю педаль газа.

Задние колеса оставляют за собой хвост гравия, когда выезжаю с парковки. Мой путь по городу занимает не так много времени, но каждую минуту я думаю о Кейле и Хейли. В последнее время я довольно сильно подвожу их обоих. Если они мне позволят, я попытаюсь все исправить. Кафе-мороженое «У Фостера» находится на углу Мейн-стрит и Дороги смерти, в самом центре Керролл Фолс. Хоть я с трудом могу назвать наш город шумным мегаполисом, угол улиц Мейн-стрит и Дороги Смерти примерно так же близок к центру города, как и сам город.

Кинотеатр, через