Мужской персонаж - Ляля Фа

А мне приходится просить её о помощи.

Секунда, и Чудила опускается на грязные доски рядом со мной. В глазах — океан беспокойства и… Может ли быть, что она всё ещё любит меня? Или это жалость?

Да, Французов, это облом: ты даже на колени встать, не покалечившись, не смог!

Оперевшись на её плечи, сжал зубы и поднялся. Правую ногу тут же обожгло вспышкой боли. И что теперь? Машину вести я не смогу…

Оглядел нас с Чудилой. Ну и видок! От колен и ниже я словно в говне побывал, да и она заляпаться успела. Снова в химчистку женские вещи понесу.

— Наташ, ты машину водить умеешь?

— Права есть, но практики очень мало, только с отцом иногда…

Даю ей ключи и киваю в сторону парковки. Пошли, я вести не смогу, а таксисты нас таких не возьмут.

— Может, скорую вызвать?

— Давай до машины дойдём сначала, а? Нужно посмотреть, что там.

Кое-как доковыляли до парковки, и я залез на пассажирское кресло спереди, максимально отодвинув его назад. Блин, салон тоже чистить потом придётся. В бардачке отыскал перочинный ножик и не без труда вспорол плотную джинсовою ткань. Чудила сбегала к монастырю и принесла два пластиковых стаканчика с водой. Не святой, надеюсь, потому как, если изгонять из меня чертей, этого количества явно не хватит.

Вытащив ногу на парковку, лью на кровоточащую дырку, смывая грязь. Больно, но вроде бы ничего смертельного, по ощущениям кости целы. Думаю, в глубину сантиметра два, не больше.

— Тебе надо срочно в травмпункт, Рафис!

Наташка смотрит на мою ногу, глаза как блюдца, сама бледная, только щеки горят.

— Нет, в травмпункт не поеду, — говорю я. — От столбняка меня прививали пару лет назад, когда я кирпичи рекламировал, и по стройкам лазить пришлось. Там всех в обязательном порядке кололи.

— Тогда, куда?.. Ко мне?

Смотрю на неё, пытаюсь понять ход её мыслей. Она поясняет:

— Ко мне тут близко, а к тебе через весь город ехать… Я боюсь.

Киваю, затаскивая ногу обратно. Значит, я попаду-таки сегодня в святую святых — мой личный Эверест! Внутри — просто песня, но я держу лицо. Как говорится, не было бы счастья…

34. Женский персонаж

У меня нет достаточно большой одежды для неожиданного гостя без штанов. Поэтому Рафис выходит из ванной в моем сиреневом махровом халатике, который ему даже колени не прикрывает.

Выглядит он, как… как какой-то экскортник. «Веду себя смешно и дорого. Бронирование в директ».

Ох, зачем так жёстко?

Не обращайте внимания, это у меня от нервов. Семнадцать светофоров. Шесть перекрестков с поворотом налево. Одна парковка задом у дома. Одна — это та, которая удачная. С четвёртой попытки.

Надо отдать должное выдержке Рафиса. За всю дорогу он ни разу не повысил голос, подсказывая мне жесты, где повернуть, где притормозить. Хотя пару раз я видела боковым зрением, как он вжимался в пассажирское кресло.

Я бы ни за что не села в машину со мной за рулём! Но у Рафиса не было особо выбора. Да и у меня, на самом деле, тоже.

Зато теперь у нас с моими альтер эго — буйный откат от этого экстрима. Ноэмия фривольно хихикает над голыми коленками Рафиса, а Крыша в косухе, закинув голову, горланит песню шансоньера Морфесси* голосом Гарика Сукачёва:

«Зачем же я вас, родненький, узнала Зачем, зачем я полюбила вас? А раньше я ведь этого не знала. Теперь же я страдаю каждый час!»

Да уж, напугал он меня, кошмар… Придумал тоже, на колени падать!

При этой мысли невольно улыбаюсь. Мамочки! Он и правда на колени передо мной встал! Неужели, он тоже…

Одёргиваю себя. Сейчас мне нельзя об этом думать, иначе совсем мозги поплывут.

— Ну что ж, будем тебе ногу спасать, — говорю я, стараясь, чтобы голос звучал строго, и жестом указываю ему на стул около стола здесь же, в зале.

Пока Раф отмывался от грязи, я настрочила Людмиле Витальевне. Какое-то время назад, я спросила ту о её профессии «в миру». И она сказала, что работает санитаркой. Уж не знаю, как её проблема со слухом уживается с такой профессией. Хотя, учитывая реалии наших больниц, это не проблема, а суперспособность!

Так вот, я ей написала, чтобы спросить совета, что с ногой «моего хорошего друга» делать. А что если столбняк?

Ответ пришёл почти сразу:

«Срочно прививку! Но если уже привитый от столбняка, то всё проще: перекисью рану обработай, и пусть природа делает своё дело. Покой, как минимум сутки. Нужно следить за температурой. Если вдруг жар — вези в больницу».

Золото, а не женщина! И как все женщины, любопытна. Пришло новое сообщение:

«А что за друг? Мужчина? Он тебе нравится?» — и смайлики, целая строка жёлтых подмигивающих рожиц.

Если отвечу «да», то будут ещё вопросы. А «нет» рука не поднимается написать. Поэтому пока ничего не отправила.

Рафис садится и вытягивает ногу на второй стул, который я предусмотрительно накрыла сложенным полотенцем. Лью перекись на рану, ватой, завернутой в бинт, промакиваю лишнее. Клею пластырь.

А он не сильно волосатый… Ступни красивые… Икры мускулистые… Колени…

Стоп-стоп-стоп!!!

— Сегодня можешь остаться у меня. Я тебе на диване постелю. Ты всё равно без штанов — никуда, и за температурой вроде следить надо.

— Спасибо, Наташа, извини за беспокойство, — говорит моё наваждение своим бархатным голосом. — Я могу заказать джинсы по интернету. Но самая ранняя доставка — завтра, около одиннадцати часов, до полудня точно.

— Заказывай. У меня завтра тоже выходной.

Иду на кухню, параллельно отвечая Людмиле, отправляя ржущие смайлы. Слышу, как у моего гостя пиликает смартфон. Ну да, он же штаны себе онлайн покупает. Так, теперь текстовое сообщение моему ангелу-хранителю:

«Мужчина, да. Недурён собой, это факт, но характер ужасный! Как у Рафаэля в начале истории. Блин, мне же теперь ужин на двоих надо сообразить, чем вообще голодного мужика кормить принято?!»

«Ты с ним одна у тебя дома? Аккуратнее там! — пишет Людмила Витальевна, игнорируя мою риторику про ужин. — Доверяешь ему?»

Вот как у неё так получается? Мы общаемся с ней всего два месяца, а такое ощущение, что она меня очень хорошо знает. И вопрос задаёт не в лоб, а в глаз.

Доверяю ли я Рафису?

— Наташ, ты японскую кухню любишь? Давай я нам суши закажу, — громко спрашивает из