Ложь и прощение - Анна Кир

— А Фрейя где? — донесся до меня крик вилея.

— Матушка в отъезде, — ответила я, водружая на поднос чашки с горячим напитком. — Недуг разошелся в глубинке. Она не могла отказать, вы же знаете.

Поставила угощения на прилавок перед мужчиной. На него из вазочки печально взирали три оставшихся печенья. Большего предложить я не могла.

— Простите, не ждала визита.

— Ничего, тебе не за что извиняться.

— Вы надолго к нам? Было бы замечательно дождаться возвращения матушки. Она обрадуется.

Чтобы сесть как раньше за стол, окунуться в те счастливые мгновенья. Пусть это и обман, пусть всего лишь воспоминания, но мне так сильно этого захотелось! Аж слезы навернулись на глаза, которые я сдерживала еще с выхода из похоронки.

Ну вот!

— София? — позвал меня вилей.

Я отвернулась, скрывая мокрые ресницы, да вот только он уже все увидел.

— Что-то случилось? Тебе нужна помощь? Ты же знаешь, я не откажу.

Из носа потекли сопли, а душу словно подцепили и дернули. Слезы полились по щекам, из горла донесся всхлип.

— Ну-ну, девочка, тише. Все будет хорошо. Что там такое приключилось? Юнец какой обидел? Или за Фрейю переживаешь?

Я зарыдала еще пуще. Будь проклята эмоциональность! Как же хорошо живется Мэтти: сдержанный, что бы не произошло.

Рыдала и рыдала, пока глаза не высохли. Затем икнула раз, два и три.

Сты-ыдно!

— Возьми, — мужчина протянул мне кружку и по-отечески улыбнулся.

Я шмыгнула носом и неловко улыбнулась в ответ. Чай приняла, теплый фарфор мигом согрел замерзшие пальцы.

— Вилей Кроу… ой! Или вы женились?

Он усмехнулся в бороду и мотнул головой.

— Если бы, дорогая. Не нашел я даму своего сердца. Но речь ведь не обо мне. Рассказывай.

И я рассказала. И про Джо, памятуя о лояльности Солона, и про убийства странные в столице, и про матушку, и про случай в лесу, и про смерть Дженни. Всё-всё рассказала. И так легко на сердце стало, как стог сена с плеч сбросила.

Вилей утешил меня добрыми словами, обнял крепко-крепко. И я поняла, как мне не хватает батюшки. Так сильно не хватает!

_____________________________________________________________

[16] Огнекристаллы — приспособление, способное нагревать пищу и воду.

Глава 12. По душам

Джо

— Неужели тебе уже пора? — поинтересовалась девица и кокетливо хлопнула ресницами. Они у неё красивые: длинные, густые. Однако зря потратила силы. Я не был намерен оставаться здесь надолго. Ни ради её ресниц, ни ради чего-либо еще.

— Прекращай, Вивьен, — отозвался я, затягивая пояс потуже.

Вивьен капризно надула губы, потеряв все очарование. Поднялась на локтях в постели, не стесняясь наготы. Её груди призывно качнулись на весу. Я заметил несколько фиалковых свежих отметин на её коже. Не запомнил, как их оставил. Другим был занят. Вколачивался в её тело, например. Пока мысли не вышли из головы, пока их не покинула одна вредная девчонка с хитрым прищуром глаз.

— Ты вернешься? — протянула Вивьен, перевернувшись на спину.

— Не в ближайшее время.

— Придурок, — вяло отозвалась она, в её голосе не отразилась злость, только усталость.

Конечно, она устала. Я взял куда больше, чем обычно. Девица завтра и не вспомнит о моем визите. Зато накопитель, наконец, полон. Стоит его припрятать. Работать с Керри рискованно, мало ли чего хитрой лисице в голову взбредёт.

— Плату не забудь, — сонно пробормотала Вивьен, закрывая веки.

Мешочек, звеня, опустился на тумбочку подле кровати.

Иметь дело с проститутками приятно. Они, как правило, знают границы, знают, что не нужно лезть к клиенту со своими вопросами. И самое главное — с ними я сыт.

Без сделки с Керри пришлось бы туго. Может, мне пришлось бы убивать, как тот, другой. А сейчас у меня есть доступ к борделю: его работницам и посетителям. Правда, последних трогать можно только в случае дебоширства.

Тил послал весточку утром, назначив встречу следующим вечером в таверне. И когда угомонится? Он совсем не умеет пить. Но пересечься с ним в любом случае будет полезно, может, узнал что-то новое про убийства. Скорее бы поймали ублюдка, тогда все успокоится.

— Закончил?

Я едва удержался, чтобы не вздрогнуть. За дверью меня ожидала Керри. Стояла, облокотившись о стену. Руки на груди скрещены, волосы забраны в высокую прическу, скреплены шпилькой.

— Что ты хотела? — Обычно мы не взаимодействовали напрямую: либо через её девочек, либо через доверенных людей. Но в этот раз отчего-то она решила прийти сама. И я догадывался почему.

Вея поморщилась, в уголках её глаз обозначились морщинки.

— Завтра утром тебя будут ждать в переулке Грез, дом двадцать шесть. Возьми с собой Софию, её знают горожане как лекарскую дочь. Подозрения нам не нужны. Можешь действовать, как пожелаешь, мне нет дела до того, какой конец встретит та женщина.

Переулок Грез расположен в благополучном районе недалеко от центра, добираться туда от лавки — чуть менее десяти минут. На улице много гостевых домов, уютных заведений и магазинов, оттого там часто останавливаются не обделенные средствами господа.

— Конечно, исполню в лучшем виде.

Кристалл освещения моргнул, тень укрыла Керри всего на миг, но я заметил мрачное выражение лица: как опустились уголки губ, расширились зрачки, задрожали мелко — мелко пальцы. Она была не в себе. Обыкновенно игривая и непроницаемая, сейчас нервничала. Что могло так сильно её встревожить? Кто? Любопытство внутри меня всколыхнулось, разгорелось, достигло пика, и я не удержался от вопроса.

— Кто этот человек для тебя?

Женщина постучала по плечу аккуратными ногтями, взглянула на меня недовольно и сделала шаг вперед. Я еле уловил стук каблуков, настолько плавно она двигалась.

— С каких пор? — промурлыкала Керри, остановившись рядом.

— Что?

Чужое дыхание коснулось уха, в ноздри проник запах ароматических масел и плавленого воска.

— С каких пор тебя волнуют подобные мелочи? — Она отступила на шаг, посмотрела прямо в глаза так внимательно, что меня пробрало. — Ты был другим, когда я тебя подобрала. Совсе-ем другим. Что случилось?

Я сглотнул слюну, взгляд не отвел. Даже дыхание осталось ровным. Только защемило где-то внутри в районе ребер.

И правда. С каких пор? Меня не волновали такие вещи раньше. Как, вообще, может волновать то, чего ты не понимаешь? Ни привязанностей, ни мечты, ни планов. Лишь цель — выжить.

Началось ли это с тех пор, как