Будешь моя! - Нионилла Ржевская

Мой набор слов никто бы наверное не понял, но девушка посмотрела на кабинет и молча вошла внутрь.

Снова ожидание.

Спустя минут десять она вышла.

— Пострадавший в тяжёлом состоянии, сейчас его переведут в реанимацию, больше ничего не знаю.

— Он будет жить?

Она посмотрела на меня жалобным взглядом и просто пожала плечами.

Я заплакала и сквозь слезы шептала.

— Живи. Только живи.

Глава 21

Есения

Почему мне так холодно?

Озноб пробирается под тёплый пуховик и меня начинает потряхивать от холода.

На улице сегодня выпал первый снег. Мороза нет, поэтому он падает на землю и сразу же превращается в грязную кашу.

Мне сегодня очень плохо, такое ощущение, как будто из меня высосали всю энергию и если бы меня не держали с обоих сторон верные друзья, я бы упала в эту самую грязь.

Закрываю глаза и не могу поверить, что прошло уже пять дней, всё это время я не могу ни есть не пить.

Смотрю на свежевырытую могилу, в неё как раз погружают гроб.

Вот и всё.

Жизнь ещё одного человека закончилась.

Я и ещё десяток людей так и стоим возле могилы, ждём, когда последняя горстка земли упадёт в яму и на этом месте останется лишь небольшой холм.

— Ясь ты нормально себя чувствуешь?

Моя верная и единственная подруга с тревогой заглядывает мне в лицо и я даже пытаюсь выдавить из себя подобие улыбки.

— Нормально.

Отвечаю, а сама ежусь от пронизывающего ветра.

— Может домой? Поминать можно и без тебя.

— Хорошо.

Я честно и не выдержала бы сидеть в столовой и слушать речи людей, которые знали Брониславу Иосифовну лично.

Как только всё заканчивается Таня ведёт меня к машине такси, по пути даёт своему мужу указания, именно он место меня отправится в столовую, чтобы всё проконтролировать.

В салоне автомобиля тепло и я закрываю глаза.

— Ясь ты бледная, мне совсем не нравится твоё состояние. Нужно обратиться к врачу.

Я отрицательно качаю головой.

— Всё нормально, просто устала.

— Сейчас дома поёшь и сразу спать пойдёшь. Я встречу Дениса из школы.

Как же я рада, что она у меня есть, если бы не Таня, то не представляю, как бы всё выдержала.

— Тань, мне в больницу надо.

Открываю глаза и вижу всё по её лицу. Таня не в восторге и это мягко сказано.

— Есения, хватит туда ездить. К нему всё равно никого не пускают. Ты сидишь под дверью. Чего ты ждёшь?

Она не понимает меня и пусть никогда не почувствует той боли, что чувствую я.

Я боюсь.

Так сильно боюсь, что Аким никогда не очнётся, что я не увижу его, не услышу его голоса. А Денис? Он вообще только что узнал своего отца и каждый день спрашивает, когда он придёт.

— Тань, я поеду и это не обсуждается.

Она лишь поджимает губы и отворачивается к окну.

Машина останавливается возле нашего дома через пятнадцать минут и мы покидаем салон, расплатившись с водителем.

Я иду впереди, Таня поднимается следом, каждая ступенька забирает мои последние силы, заставляя сильнее цепляться за перила.

Остался всего один пролёт и я буду дома, лягу на кровать и смогу хоть немного отдохнуть, прежде чем поеду в больницу.

— Яся!

Я слышу отдалённый крик подруги, но не могу даже голову повернуть, моё сознание меркнет и я окончательно теряю связь с реальностью падая на холодный пол подъезда.

— Давление упало. Нужно обязательно сдать анализы и прийти на приём к врачу.

Это первое, что я слышу, когда моё сознание возвращается. У меня болит нога и голова. Пытаюсь открыть глаза, когда у меня получается, вижу синюю форму работника скорой помощи.

— Вот и сознание вернулось. Вам обязательно нужно хорошо питаться и больше отдыхать, остальные рекомендации я оставил вашей подруге. До свидания.

Я лишь слегка киваю и прикрываю глаза.

— Ты сегодня никуда не пойдёшь, сейчас я сделаю тебе сладкий чай и ты отдохнешь. Завтра пойдёшь к врачу. Понятно?

Я хочу возмутиться, сказать, что обязательно пойду в больницу, но Таня продолжает.

— Ясь, подумай пожалуйста о Денисе. Если с тобой, что-то случится, кто о нём позаботится?

Её слова моментально попадают в цель и я понимаю, что она во всём права.

— Хорошо. Я сделаю так, как ты говоришь.

— Отлично. Я сейчас вернусь, чай принесу.

Я выпиваю чай и даже съедаю бутерброд, который она мне принесла, силы снова покидают меня и я засыпаю.

Мне снится Аким, он улыбается во сне и говорит.

— Я всё исправлю. Мы будем вместе. Я обещаю.

И я верю, каждому слову верю.

Просыпаюсь я когда на улице совсем темно. Чувствую себя гораздо лучше, встаю и выхожу из спальни. Денис и Таня сидят в гостиной и смотрят фильм.

— Мама!

Кричит сын и бежит обниматься.

— Тебе было плохо?

— Не переживай, я просто и сильно устала.

Я не вру, я и правда устала. Всё пять дней я практически жила в больнице и разрывалась между отделениями онкологии и реанимации.

Как оказалось, моей тёте было уже не возможно помочь, она умерла на третий день и на меня свалились новые обязанности. Мне пришлось заниматься похоронами, но я каждый вечер возвращалась в больницу и сидела под дверьми, ожидая хоть какую-то новость о состоянии Черкасова.

Там я и познакомилась с его тётей, женщина плакала и умоляла врачей спасти единственно племянника. Мне было так жалко её, что я не выдержала и подошла к ней.

— Я уверена, он скоро придёт в себя, Аким сильный