Пересдать и выжить. Гордыныч - Александра Черчень

– Вы…

– Да, я был студентом в Академии ледяных стихий. И такой случай, как сбежавший с турнира приз, не забывается очень долго.

– Тогда ты должен понимать, что Эле нельзя туда ехать, – сказала миссис Винир, с мольбой глядя на меня. – Мой отец… Если папа узнает, что у девочки есть дар, да еще и такой сильный, он предъявит на нее права.

– Именно поэтому я считаю, что она должна ехать не просто так, а с женихом. В идеале мужем, но, полагаю, вы не согласны на столь решительные меры.

– Да я вообще против! – высказался мистер Винир. – Она останется тут. Поучится контролю, и все! А дальше пусть варит зелья. У нее хорошо получается.

– Мистер Винир, не буду лукавить – сейчас мы действительно можем поступить именно так, – кивнул я. – Возможно, сможем оттянуть поездку на год. Но в данный момент потенциал Элы продолжает расти, и, если он не остановится, поездка станет неизбежностью. И тогда она случится по экстренной необходимости. С этим не шутят.

– Но…

– Я понимаю! – неожиданно спокойно сказала миссис Винир. – В ее ситуации учеба – жизненная необходимость. Да и я всегда мечтала показать девочке Нормегию. Там – наша сила, наши предки, корни… Мои мама, тетя, сестра. Там – часть моего сердца. Но это так опасно! Даниэль, вы не представляете, во что собираетесь ввязаться. Если мой отец решит назвать Элу своей внучкой, вас к ней и близко не подпустят.

– Он не сумеет выставить жениха Элы за дверь, – покачал головой я. – Законы Нормегии суровы, если их не знать и не уметь пользоваться нужными лазейками. Я знаю и умею, миссис Винир. И Элу никому не отдам.

– Она еще не твоя, хлыщ! – выпалил мистер Винир, встав передо мной и смерив суровым взглядом. – С чего ты взял, что я разрешу своей девочке обручиться с тобой?

– Ах да… – опомнился я. – Самое важное. Я люблю вашу дочь, хочу быть с ней до конца дней. Обещаю защищать и заботиться во что бы то ни стало. И обязательно верну ее домой, когда она отучится.

Родители Элы переглянулись. Миссис Винир поднялась, подошла к мужу, обняла его за талию и, нежно улыбнувшись, посмотрела так, что тому оставалось лишь коротко кивнуть:

– Ну ладно. Смотри, – сказал он, – давай там, чтоб все нормально.

* * *

– Все равно это нечестно, – сказала я, понарошку толкнув Даниэля в грудь. – Ты должен был вначале поговорить со мной.

– Но здесь было важно и мнение твоих родителей, – напомнил он. – Все же столь длительная поездка на север – это не шутки.

– Уж мне ли не знать! Ведь именно нам и предстоит ехать. – Я остановилась и, сложив руки на груди, уставилась на речку, вдоль которой мы и прогуливались.

– Если не хочешь – просто откажемся, – повторил Даниэль то, что уже говорил раньше. И добавил, тоже не в первый раз: – Но именно там ты сможешь по-настоящему развить свой дар.

Он, несомненно, был прав. Как всегда. Но мне не нравилось, что сначала мой профессор все решил сам. Потом обсудил с моими родителями, и лишь потом дело дошло до меня. А ведь работа была проделана немалая. Оказывается, еще в день приезда его бывшей невесты, неделю назад, Даниэль получил из нашей академии очень важное письмо. Это был ответ на его заявку о желании преподавать в Нормежской академии ледяных стихий. Дальше велись переговоры. И вот недавно моего Эрвикса утвердили: весь следующий год он должен работать в чужой стране. Ради меня. Чтобы быть со мной, пока я обучусь контролю над новым даром.

Мои родители, услышав все это раньше меня, дали согласие на поездку. Эта троица все обсудила за моей спиной!

– Не поедем? – обнимая меня сзади и прижимаясь подбородком к виску, спросил Даниэль. – Хочешь, откажусь от перевода? Буду обучать тебя сам понемногу. Дар развить как следует не выйдет, но постепенно научу контролю.

– Поедем, – ответила я, сжав его руки и чуть развернувшись. – Но…

– Но в следующий раз любое серьезное решение я сначала буду обсуждать с тобой, – слишком покорно согласился Даниэль.

Я развернулась в его руках, прищурилась, собираясь уличить своего профессора в какой-то очередной подставе, но тот ловко применил запрещенный маневр. Поцеловал меня.

Сладко, нежно, так, что земля ушла из-под ног. В прямом смысле. Да, обучение контролю мне очень необходимо.

Но прервался наш поцелуй не из-за моих стихий.

– Элька! Вот вы где! – раздался голос Риты. – Наконец-то вас нашла!

Даниэль тихо зарычал мне в губы, я рассмеялась.

– Дай нам пару минут, – попросила у Даниэля. – Рита говорила, у нее что-то важное.

– Лишь бы не очередное приключения из-за спора на «слабо», – покачал головой он, но опустил нас на землю и даже выдавил из себя улыбку для Риты.

Подруга тоже оскалилась.

Отношения между ними ладились не очень, но я верила, что это – временное явление, пока они не узнали друг друга получше. Или не смирились, что придется общаться.

– На пару слов! – Рита показала два пальца и позвала меня к себе.

Я подошла.

– Твой Эрвикс совсем не оставляет нам времени, – пробурчала подруга обиженно. – Педантом и недотрогой он нравился мне больше. А теперь смотри-ка, вообще не отлипает от тебя.

– Или я от него. – Улыбнувшись, я повела плечами.

Рита закатила глаза и раздраженно цыкнула.

– Любовь – фушная штука, – сообщила она с несчастным видом. – Надеюсь, меня это никогда не настигнет. А вообще я звала тебя потому что… готова? Готова? Ни за что не поверишь. Мое личное дело из академии отправили в Ночную Стражу Верхнего города! Та-да-адам! Представляешь? Еще неизвестно, утвердят ли, но декан сказал, шансы очень велики. Я им подхожу почти идеально.

– Это опасно, – нахмурилась я.

– Ну-у, запела старую песню! – возмутилась Рита. – Это – моя мечта! Шанс. Билет в жизнь, понимаешь?

– Если ты рада, то и я рада, – ответила, обнимая подружку. – Но будь, пожалуйста, аккуратней.

– Само собой, – кивнула она. – Ты меня знаешь!

– Рита… – Я сбилась, потому что она подняла руку и уставилась мне за спину. Туда, где оставался ждать Даниэль.

Пришлось оглянуться и увидеть, как к нему, со спины, подкрадывается здоровенный детина!

– Осторо!.. – начала кричать я, но Ритка закрыла мне рот ладонью.

– Это не враг, – шикнула она. – Видишь же, как этот незнакомец улыбается?

Я не видела. Но, в подтверждение Ритиных слов, детина закричал:

– Ага!!! Здорова-а-а старым развратникам! Ну, где тут твой вертеп разврата? Я приехал, как только узнал, что за разнузданный образ жизни ты тут ведешь!

Даниэль что-то ответил мужчине, бросил на меня тревожный взгляд и натянуто улыбнулся помахав. Незнакомец тоже посмотрел на нас с Ритой и громко уточнил:

– В смысле, невеста? А где обещанный разврат?!

Даниэль ткнул друга в живот локтем, после чего они начали активно и – что особенно неправильно – очень тихо переговариваться. Так что мы с Ритой, переглянувшись, ринулись вперед.

– А вот и моя Эла, – сообщил Даниэль, шикнув на незнакомца. – Знакомься, Грэг. А это подруга Элы…

– Рита! – гаркнула та, так осмотрев мужчину, что даже мне стало неловко.

– В переводе с древнеклиманского, Рита – несущая раздор, – ответил Грэг, усмехаясь. – Не самое подходящее имя для девушки.

– Моего пса звали Грэг, – пожала плечами Рита, – хороший был сторож. Лаял много и без дела, но на то он и кобель.

Они схлестнулись взглядами.

Я невольно посмотрела на Даниэля, сигнализируя ему, что ситуация вот-вот могла выйти из-под контроля.

– Ну вот и славно! – Мой профессор, поняв намеки, вышел вперед и, порывшись в кармане пиджака, вынул ключи. Передал другу и предложил: – Можешь идти пока ко мне. Отдыхай с дороги. Поешь. Расслабься.

– А ты приходи ко мне вечером, – вцепилась я в открывшую рот Риту, явно собравшуюся вставить очередное язвительное замечание. – Проведем время как в старые добрые времена. Посмотрим альбомы, и все такое.

Подруга посмотрела на меня, потом на мужчин и, гордо вскинув подбородок, согласилась:

– До вечера.

Она ушла первой. А Грэг, провожая ее внимательным взглядом, заметил:

– От такой бунтарки