Реанимация солнца - Валерия Яблонцева

Вдох, выдох.

Руки сжались в кулаки.

Я решительно вскинула голову.

– Наш единственный шанс помочь Михелям – ускоренная глубокая очистка крови, – объяснила я своим невольным ассистентам. – Шиссова дрянь, которой отравили Саула и Хель, уже несколько часов циркулирует по их организмам. Не знаю как, но она, похоже, блокирует связь с шейдом, не позволяя шейдеру трансформироваться и залечить раны. Так что все, что мы можем, это выкачать ее из тела как можно скорее. Если снизить концентрацию вещества в крови, возможно, связь восстановится. Запустится механизм регенерации, а дальше – дело техники.

По крайней мере, так было с Кесселем. Как только шейд пробудился, его состояние резко улучшилось.

– Ракель…

Фемма повернулась ко мне.

– Ты хорошо ориентируешься в вашем медблоке? Есть перечень доступного оборудования?

– Должен быть, – ответила барменша-медичка.

– Мне нужен аппарат для обменного переливания крови, аппарат для ускоренного гемодиализа, дефибриллятор, две капельницы, два набора для венепункции, шприцы, катетеры. Искусственная кровь – вся, что есть. И…

Я замолчала на полуслове, заметив, что Ракель не сдвинулась с места.

– Что-то не так? – напряженно спросила я.

– Солана… этого у нас нет.

– Нет искусственной крови, неси донорскую, только желательно самую свежую.

– Ее тоже нет.

То есть как – нет?

– А оборудование?

– Нет.

Я стиснула зубы, чувствуя, что начинаю терять терпение. Срываться на Ракель не хотелось. Но на кону стояла жизнь тех, кто был мне дорог, и их шансы таяли с каждой секундой. У меня не было права на промедление.

– Хорошо, – постаралась я взять себя в руки. – Если не разбираешься – не страшно. Просто дай мне доступ к базе, и я сама найду все, что мне нужно.

– Солана… – Фемма покосилась на Кесселя. – Дело в том, что у нас ничего нет.

– Что ты хочешь сказать? – Голос предательски дрогнул. – Что значит – нет? У «Механического солнца» хватило средств, чтобы каждому рядовому боевику повесить в кабинет по голопроектору, но не нашлось денег на шиссов дефибриллятор?

Ракель и Кессель обменялись недоуменными взглядами, но ничего не ответили.

– Хорошо, – процедила я сквозь зубы. – Что у вас вообще есть?

– Эти медицинские штуки годами стояли тут без дела. Нам они не были нужны, а клиники в трущобах всегда испытывали трудности с оснащением. То, что не было отправлено Саулу, мы продали Дамиану из пятнадцатого. Все, что осталось, перед тобой…

Она обвела рукой пустой медблок.

Прекрасно, просто прекрасно.

– А сканеры, значит, уцелели, потому что были намертво прикручены к потолку? – не сдержалась я. – Что ж, мне несказанно повезло!

– Мелочь, успокойся.

Кессель потянулся ко мне, но я резко отшатнулась в сторону.

– Успокоиться? – Я сорвалась на крик. – Как я, по-твоему, должна успокоиться? Они умирают, бесчувственная ты шиссова тварь! Умирают, потому что никто из вас, бессмертных бронированных идиотов, не подумал, что критические ситуации иногда случаются и надо быть готовым ко всему! А я…

Шейдер не дал мне закончить. Он пересек разделявшее нас расстояние одним мощным рывком и крепко сжал мои плечи, не дав отстраниться. Я дернулась в его хватке.

– Пусти!

– Пущу, если угомонишься, – спокойно ответил он. – Истерикой ты никому не поможешь.

Правда кулаком ударила под дых. Я стиснула зубы, не давая горькому стону вырваться из груди. Отчаянно захотелось уткнуться в крепкое и кажущееся таким надежным плечо манна, но… сейчас было не время для слабости. И для истерики тоже.

Кессель замер, давая мне время собраться с мыслями. Молчала и Ракель. Тишину комнаты нарушал лишь тихий писк мониторов, считывавших пульс пациентов.

Они все еще были живы.

Рано сдаваться.

– Нужна чистая кровь, – то ли Кесселю, то ли самой себе пробормотала я. – Но где ее взять, если нет запаса донорской или искусственной?

– Напрямую, – откликнулся манн.

– Запрещено. Прямое переливание крови – без проверки на совместимость, без должной стерилизации и консервации – слишком опасно. Есть риск заражения, повреждения сосудов, резкого снижения давления…

– Шейдеров никакая зараза не берет.

– Да и где прямо сейчас найти подходящих доноров, готовых на рискованную операцию?

– Я готов.

И почти поневоле… я задумалась. Все это было подозрительно похоже на план – сомнительный, рискованный и опасный, но, по крайней мере, служивший хоть какой-то альтернативой тому, чтобы просто опустить руки.

– Саул… – Горло свело спазмом. – Саул однажды проделал что-то подобное. Прямое переливание, живой донор. Я ассистировала. Можно… попробовать.

Кессель усмехнулся.

– Так-то лучше. И что тебе нужно?

Если исходить из того, что никакого специализированного оборудования нет, то…

– Простой поршневой шприц, катетеры, трубки, иглы.

– Найдем, – ответил манн. – Что еще?

Я повернулась к Ракель.

– Стим. И все, что может помочь ускоренной регенерации. И на крайний случай нужен прибор на замену дефибриллятора. Что-то, способное подать одиночный импульс большой мощности на полярные электроды. Сможешь достать?

– Не знаю, – с сомнением протянула Ракель, но в следующее мгновение глаза барменши загорелись решительностью. – Возможно, у Химика в лаборатории найдется какая-нибудь подходящая штуковина. Спрошу.

– Отлично. Неси все, что сумеешь найти, и как можно скорее.

– Сделаю.

Секунда – и мы остались вдвоем. На ходу активируя коммуникатор, Ракель выбежала из медицинского блока, прежде чем я осознала, о чем еще забыла попросить.

– Шисс… второй донор.

Кессель оторвался от виртэкрана над своим запястьем.

– Будет. А пока хватит и одного.

Я окинула Кесселя скептическим взглядом.

– Мне нужно заменить почти четыре литра крови – и это, заметь, лишь самый необходимый минимум на одного пациента. Ни один организм не выдержит такой нагрузки.

Но манн только фыркнул.

– Я шейдер, – произнес он так, словно это все объясняло.

– Но…

– И у нас нет времени.

Кессель ответил так уверенно, что я сдалась. Если он хотел рискнуть жизнью ради Саула и Хельми – это было его право. В конце концов, раз вольные шейдеры были способны к почти мгновенной регенерации, то и кровь они должны обновлять быстро. А в крайнем случае…

Вглядевшись в породистое лицо Кесселя, я мысленно пообещала себе – и шейду внутри, – что, если все получится, я помогу шейдеру восстановиться. Тем самым, заложенным в нас самой природой способом. Сексом.

– Наборы для инъекций в шкафу с литерой «С», – подсказал манн.

Игла вошла в набухшую вену легко, без усилий. Насыщенно-красная кровь медленно заполнила плотную силиконовую трубку и исчезла под белым пластиком катетера, плотно прилегавшего к локтевому сгибу Саула. Поршневой шприц, к счастью, не понадобился – рядом с нетронутым запасом игл отыскался автоматический насос для переливания крови. Слабая замена настоящему аппарату, используемому в клиниках, но все же это было лучше, чем если бы мне пришлось качать кровь вручную, одновременно отслеживая состояние Кесселя,