Сломанная кукла - Янка Рам

Он медленно открывает глаза.

Стягиваю с лица его балаклаву.

На лице глубоко рассечена кожа. Мутно смотрит вверх.

Закрывает глаза.

- Нет... Нет! - едва касаясь, веду по его лицу пальцами, боясь затронуть рану. - Очнись, пожалуйста...

Обнимая за плечи, грубо впечатывает в себя. И меня и волка. Щека моя больно скользит о пустую нашивку на его груди. Но я не дергаюсь.

А вот волк, рычит и фыркает, пытаясь выкрутиться из хватки. Скалится прямо мне в лицо. Зубы огромные! Но мне почему-то не страшно. Мне очень хорошо.

Что он живой! Что я жива! Что волк - сказочный. Что мы нашлись. И я закрываю глаза на несколько секунд, дыша его запахом. И глажу пальцами серые пятна на его белом камуфляже.

Мне кажется, все так хорошо...

Не хочу никуда идти дальше. Хочу развести костер, сделать лежак. Смотреть в огонь рядом с ним. И есть противную подгоревшую зайчатину. И чтобы сказка оказалась в этот раз хорошей.

Волк наконец выкручивается. Сидит рядом, облизывает морду.

Сжимаю кисть Гордея в перчатке. Притягиваю к себе.

Он как... остров моей безопасности. Он рядом - и мне не страшно.

Со стоном чуть-чуть шевелит плечами.

- Я думал... - хрипит он. - Тебя уже нет. Волки...

Рука поглаживает медленно по спине.

- А тебя Варг нашел.

Варг - это мой волк?

- Напугал тебя? Это волкособ мой. Сбежал в прошлый раз. Свободолюбивая, недрессируемая скотина, - говорит с досадой нечётко через силу.

- Он хороший мальчик.

- Ты целая?.. Там кровь была...

- Со мной всё хорошо. Кровь зайца. Волк... Варг! Поймал зайца.

- Не слышу... В башке шумит... - тянет меня за воротник к себе.

Соприкасаемся носами. Его пальцы поглаживают меня по затылку, поверх шапки.

- Заяц... - шепчу я растерянно. - Варг...

Вдруг, осознаю, что он упал со снегохода. Я прекрасно помню что это такое - упасть на спину. А ещё эта рана на лице.

С тревогой разглядываю его.

Почему он показался мне жутким в первую встречу?

Сейчас смотрю, и вижу совсем другое. Глаза вижу... внимательный, глубокий, сильный взгляд.

И шрам не пугает, нет. Скорее заставляет сжиматься сердце.

Шрам, ведь, это ни когда он причинял боль, а когда причиняли ему. Почему он пугал меня своей внешностью? И щетина его не пугает, которая стала ещё гуще. Словно она там и должна быть. Не представляю его другим. Не шрамы и борода делают мужчину чудовищем.

- Надо рану заклеить, - лепечу я. - Кровь идёт.

- Да? - тянется пальцами. - Пол башки отнялось.

Теперь будет ещё один шрам.

Ловлю его руку, не позволяя.

- В рюкзаке аптечка.

Морщась, сгибает ноги в коленях. Напрягается, с трудом присаживаясь.

- Рюкзак, зараза... Спину отбил.

Рюкзак вспорот. Обмирая, стягиваю с его плеч. И с ветки, что проткнула его.

- Что там?

Ощупываю его спину.

Молча смотрим на разорванную ткань. Если бы не рюкзак, ветка под снегом вспорола бы его тело.

Что тут скажешь?

- Это, - показывает на порванный рюкзак, - опыт, Жень. Техника безопасности написана кровью. И моей - тоже.

- Божена... - зачем-то шепчу я.

- Божена... - скользит взглядом по моему лицу.

Трёт мою щеку, скулу...

- Сажа.

Наверное, я безобразно выгляжу.

Может быть, первый раз, за очень долгое время, мне важно как я выгляжу и не хочется быть безобразной.

Присыпаю ему антибиотиком рану. Ему больно. Лицо подергивается. Но он молча терпит.

Поднимаем снегоход.

- Давай, за руль. Крыша едет, боюсь нас угробить.

- Я не умею.

- Не умеешь, бери и делай. Научишься. А так - всегда будешь не уметь.

Неловко сажусь за руль. Попробуй возрази его логике!

Он садится сзади, обнимает меня, водя пальцами по рулю и давая краткие комментарии хриплым голосом мне возле уха.

Я настороженно жду от своего тела приступа паники каждый раз, когда он так близко. Но он и сейчас не случается

Мне просто тепло и спокойно. И немного смущает его близость.

Медленно едем...

Глава 30 - Неожиданно

Мне казалось, если выживет, если ее увижу ещё раз... То найду слова какие-то для нее. Сказать, что это очень важно для меня, чтобы с ней все было хорошо.

Но оказалось, показалось.

Слов у меня никаких нет, как и прежде. Словно немой я, блять, а не она.

Божена... Ну, конечно, Божена! - вспоминаю ее зеркальце.

Ну, а собственно, что ты собрался ей говорить, Псих? Ты делаешь всё, что можешь. Разве не это "главные слова".

Да.

И все же, к горлу подпирает ком все время, словно требуя от меня - что-то сказать.

И пока она осторожно ведёт Буран, я борясь с гудящей башкой, пытаюсь этот ком разложить на членораздельные звуки. Хотя бы про себя.

Хочется сказать... Я вижу, что ты маленькая, хрупкая... Я вижу, что ты девочка совсем. Я вижу как ты борешься и не сдаешься... Я это уважаю. И даже больше - восхищён! Мне важно, чтобы ты справилась. И выиграла в том бою, в котором ты участвуешь. А ещё - я тебе верю. Ты ни в чем не виновата. Ты - пострадавшая сторона. А мразь мы нагнем.

Но я не обещаю вещей, которых не могу гарантировать. Лучше - по факту.

Поэтому...

Обнимая за хрупкую под широким бушлатом талию, второй рукой показываю направление.

Мы спускаемся в низину, к Ольге.