Проект семья - Юлия Стоун

Он мне сейчас спокойно рассказывает про то, что мне угрожала опасность? Делаю судорожный вдох и встаю из-за стола, а он кидает мне вслед:

— А макароны свои доедать не собираешься?

Все-таки высыплю ему эти макароны за шиворот.

Спустя неделю подписываю договор о неразглашении с Лидией и получаю модель. Тимур советует оценить все риски так, если бы я выдавала ей деньги из своего фонда. Проект реально хороший, я трачу целый месяц чтобы перепроверить все вводные цифры и получить детальную информацию из ее бухгалтерии.

Видя итоговую модель, Тимур решает сам профинансировать этот проект по ставке ниже рыночной, но с участием в пятнадцать процентов доли в бизнесе, Лидия соглашается. Получается, я принесла фонду Тимура новый проект, а сотрудники его фонда пришли на все готовенькое и ничего не сделали. Бесит.

Меня начинает напрягать наше вечернее питание, надоела еда из ресторанов. Я нашла курсы крутого итальянского шефа и записалась на них, учиться готовить различные итальянские блюда. Меня это так засасывает, что на ресторанную еду я уже смотрю скептически и по вечерам радую себя, мужа и иногда Макса шедеврами итальянской кухни. Все остаются супер довольны. Однако, Ковальский даже не думает мне давать новую работу.

34

Восемь месяцев спустя.

— Алина, успокойся, скоро Новый год, все эйчары во всех компаниях уже с начала декабря отдыхают!

Тимур практически рычит на меня в кабинете в нашей квартире. За восемь месяцев у меня не было ни одного интервью. Абсолютно никто не хочет даже разговаривать со мной. Тимур перевёл свою долю и передал мне в управление компанию по разработке игр, но там выбрали совет директоров, в который меня не взяли по причине отсутствия соответствующего опыта, а как собственник компании — я могу только получить информацию о бизнесе, но не управлять на ежедневной основе. В свой фонд по управлению капиталами он меня тоже не берет. А когда я несколько раз настойчиво являлась к нему в офис и изучала документы фонда, все заканчивалось сексом на диванчике. Единственное, что удалось выяснить у него в офисе — это то, что снимок на заставке все же мой. Но Тим сказал, что теперь у нас все общее. Гад!

Его отец недавно проболтался, что работа у него для меня есть, но если я хочу на него работать, то мне нужно это обсудить с Тимуром. Гад, мне кажется, я наконец поняла, что он сделал, когда Ковальский старший предупреждал его, что за такое я с ним разведусь. Тимур уволил меня отовсюду, кроме своей спальни, ну, может быть, еще и кроме кухни! Пока его спасало только то, что иногда я занималась проектами с Инессой, но мне это все не очень интересно и уже осточертело, я хочу нормальную жизнь и интересную работу.

Значит все эйчары отдыхают, козёл.

— Ладно. Где лежит наш брачный контракт? — он резко отрывает голову от бумаг на столе и впивается в меня ледяным взглядом.

Моментально он меняет голос на сталь:

— Зачем он тебе?

— Хочу убедиться, что моя квартира в ипотеке останется со мной после развода.

Я зла на него, это точно его рук дело, вопрос только в том, как мне это все исправлять. Его даже отец предупреждал, что так поступать со мной не надо, а отец у него далеко не глупый мужчина.

Но, судя по всему, я разозлила Тимура тоже, потому что он за пару шагов оказывается рядом и притягивает меня за плечи.

— Ты. Никогда. Не получишь. Развод, — чеканит каждое слово мне в губы. Да ладно? Закон никто не отменял. Но если я скажу слово про закон, боюсь тогда на улицу перестану выходить и лишусь интернета на всех гаджетах.

— На меня твои запугивания больше не действуют. Верни мне работу, Ковальский, или проваливай!

Все же бессмысленно ему угрожать разводом, если я захочу от него избавиться, то реально проще его убить.

Он резко разворачивает меня к себе спиной и кладёт руку на горло, немного сдавив пальцы на моей шее. Где-то мы такое уже проходили. Его губы касаются моего уха:

— Ковальская, будь добра, начни рожать мне детей, и я обещаю, что мы вернемся к этому вопросу через пару лет, идёт?

Очень хитрый ход! А как он вообще до этого пять лет мне позволял работать?! Непробиваемый тип.

— Мы же с тобой договорились, что ты не будешь давить на меня?

— Я ещё даже не начинал давить.

Его пальцы разжимаются и скользят вниз по груди. Что-то мне подсказывает, что через пару лет мне уже будет не до всей этой корпоративной работы.

И за последние восемь месяцев работы с Инессой, я уже подумываю, что проще реально сдаться и родить детей, сразу троих. Это будет не такое наказание как заниматься ее проектами. Поэтому я, окончательно собравшись с мыслями, одобрительно киваю ему в ответ.

— Это значит да?

Тимур разворачивает меня обратно к себе и удерживает за подбородок. В глаза такое говорить гораздо сложнее, поэтому я молчу.

— Я вижу, что ты ещё не готова до конца, посиди ещё дома полгодика.

Гад! Козел! Вырываюсь из его объятий и двигаю на выход из кабинета, а он громко смеётся мне в спину. В дверях я разворачиваюсь и говорю:

— Сегодня на ужин — заявление на развод в формате А4.

Я вижу, как он подрывается с места и резко делаю то же самое, надо успеть добежать до ванной и там закрыться. Я мчусь как ветер через гостиную, слышу позади его смех со словами, что бежать мне не куда. Все равно, я буду шантажировать его разводом до последнего.

Он ловит меня прямо перед самой ванной, мне не хватило двух секунд. Больно цепляет мой подбородок и заставляет смотреть в глаза. А в них танцуют огоньки зла и моего проклятья.

— Алина, не смей больше так шутить. Я могу быть очень плохим, если ты меня доведёшь. Даже не спрашивай, что я с тобой