Шанс #3 - Полин Лиман

Выходя из просторного холла в библиотеку, Ева обратила внимание на стильный светильник с четкой геометрией линий.

– Здесь так уютно сочетается старое и новое… И все-таки этот дом не вяжется с вашим имиджем. Не могу представить, как вы его купили.

– Да я и сам не мог представить, – усмехнулся Никита. – История такая. После изобретателя у дома было много хозяев, даже один известный иллюзионист. Все они либо перепродавали его, либо банкротились. Пять лет назад дом официально не принадлежал никому. Стены покрылись плесенью, комнаты обветшали, а местные скейтеры облюбовали атриум и ту самую лестницу, по которой мы только что поднимались.

– Как такое вообще возможно?

– Скейтеры еще не самое странное. Несколько месяцев здесь жил сквоттер по имени Джошуа: втихую продавал картины, мебель, хорошо, рояль не успел вынести. По местным законам, раз дом пустовал, парень имел полное право поселиться в нем. А через пять лет и вовсе стать легальным владельцем.

– Суровая, суровая Калифорния.

– Дом разваливался на глазах. Тогда-то городские активисты начали просить о помощи. Я решил, что Сан-Франциско был добр ко мне и пора отблагодарить его. Так, неожиданно для себя, я стал владельцем самого старого особняка в городе. Конечно, сначала я и не собирался жить в нем. Думал, куплю, восстановлю, возможно, перепродам через несколько лет… Но когда первый раз зашел внутрь, что-то щелкнуло: вот оно, место для меня и моей семьи. Я решил вернуть особняк к жизни. Заинтересовался его историей и даже сказал дизайнеру, чтобы тот сохранил изначальный стиль в нескольких комнатах.

– Всего в нескольких? Выходит, у вас в спальне нет балдахина и тропических цветов на стенах?

– Хотите проверить?

– Нет, спасибо, мне и моего балдахина хватает.

Тяжелые двери, ведущие в библиотеку, медленно распахнулись. Здесь старое тоже гармонично переплеталось с новым: темные дубовые панели цвета горячего шоколада, подсветка, реагирующая на малейшее движение, высоченные потолки с лепниной, монитор на полстены, книжные полки, уходящие в бесконечность, винтовая лестница, ведущая наверх… По Евиным ощущениям, это была самая большая комната в доме.

Девушка присела на кожаный диван, откинулась на спинку и обвела глазами пространство. Интересно, каково это – каждый день жить в такой красоте?

– Вам нравится? – Голос Никиты звучал равнодушно, но сама поза была напряженной.

– Да. Очень… Здесь как в сказке.

– Надеюсь, в доброй?

– А вы предпочитаете сюжеты про Синюю Бороду?

– Я люблю разные истории. А вы хотите, чтобы я оказался злодеем? Мое общество так неприятно?

Ева собиралась отшутиться, но передумала. Лицо ее стало серьезным, и, набравшись смелости, она решилась задать вопрос, который мучил ее больше месяца:

– Никита, а все-таки что случилось тогда, в декабре… в лифте? Почему вы… так поступили?

Из окна подул прохладный февральский ветер, занавески задрожали, словно от недовольства. Никита молчал. Было заметно, что он хочет подобрать нужные слова: прошелся от стены к стене, нервно запустил руку в волосы и наконец остановился перед девушкой. Ева поняла: сейчас будет что-то важное.

– Я никогда не думал, что вернусь домой, и все эти воспоминания… Наша встреча не…

Конец фразы она так и не услышала. Из пиджака Никиты донесся приглушенный звук телефона, и мужчина, словно уцепившись за спасательный круг, сразу же снял трубку и отошел к камину. «Документы я подпишу завтра», – донесся обрывок разговора.

Ева молча встала и покинула комнату, стараясь справиться с волной разочарования.

И только огонь в камине огорченно погас.

Глава 19

– Ну ты же обещал! – Игорь обиженно посмотрел на брата.

– У меня много работы. Попроси Алекса. – За завтраком Никита был еще более отстраненным, чем обычно, и, казалось, замечал лишь тарелку с омлетом перед собой.

– Щас! Он занят только вашей новой фабрикой.

– Скажи Роджеру, пусть тебя отвезет.

– Но мы же с тобой договорились посерфить! А ты как всегда!..

Слова Осадчего-младшего, полные праведного гнева, заглушил звук кофемашины, включенной миссис Эднанс. В поисках союзников Игорь обвел взглядом кухню: Эвелин смотрела миролюбивым взглядом, явно давая понять, что в «военных действиях» участвовать не станет; Ева допивала кофе, сидя на противоположном конце стола, и всем видом показывала, что сейчас предпочла бы оказаться в другом месте. Но Игорь так просто не сдавался!

– Ева, может, ты хочешь завтра на серфинг? – Осадчий-младший перешел на русский, хотя твердый четкий «р» давался жителю Золотого штата с большим трудом. – Лучшее место в Калифорнии и я, со всей своей харизмой.

Девушка пристально посмотрела на Никиту, который до сих пор был увлечен омлетом, затем перевела взгляд на его брата и не без некоторого мстительного удовольствия произнесла:

– Конечно! Отличная идея.

Осадчий-старший едва не выронил вилку из рук, а Игорь ритмично пробарабанил по столу, не скрывая радости: «Cause I'm on top of the world, yeah, I'm on top of the world, yeah!»

– Только одна маленькая деталюшечка, – продолжила Ева. – Я ни разу в жизни не стояла на доске и понятия не имею, что нужно делать.

– Это не беда. С нами будет отличный инструктор. И вообще, главное – получать удовольствие, а не гнаться за результатом до посинения, как некоторые. – Игорь с издевкой покосился на брата. – Ева, доску мы возьмем тебе на месте, а вот гидрокостюм нужно купить сегодня.

– Вы серьезно? Один только что лишился прав, вторая потеряла паспорт, – и вот команда бравых супергероев объединяется, чтобы дружно пойти ко дну? – Никита даже не пытался скрыть сарказм в голосе.

– О нет, только не лекция о безопасности на воде! Мы все равно поедем, нравится тебе это или нет. Отговаривать бесполезно. – Светлая челка задиристо взметнулась вверх, Игорь встал, полный решимости бороться за серфинг до последнего.

– Да я уже понял, что бесполезно. Поэтому еду с вами.

– Чтооо?! – в один голос удивленно воскликнули Игорь и Ева.

– Завтра в два вернусь из офиса, будьте готовы.

– Воу-воу! Раз ты внезапно стал таким заботливым, съездишь с Евой за гидриком?

– Нет, я думаю, это… – начала было девушка.

– Разумеется, съезжу, – впервые со вчерашнего вечера Никита посмотрел Еве в глаза.

Она не отвела взгляда.

Напряжение и недоверие в серых глазах постепенно сменились азартом:

– Что ж, я готова. А вы?

* * *

Юнион-сквер жила своей обычной воскресной жизнью, – разумеется, если не считать неумолимо приближающегося Дня святого Валентина и сопутствующей ему истерии. Модники с пакетами Chanel прогуливались вдоль дорогих витрин, щедро украшенных плюшевыми мишками и сердцами всех возможных размеров, и массивных кирпичных высоток, словно из фильма «Завтрак у Тиффани». Компания