Шанс #3 - Полин Лиман

туристов вышла из канатного трамвая, с восторгом рассматривая вымощенную камнем площадь. На террасе отеля, выходящей на улицу, обедали постояльцы: кто-то и в воскресенье не расставался с деловым костюмом, другие предпочитали расслабленные свитера и слаксы, но не стоило обманываться – за кажущейся непринужденностью скрывались семизначные банковские счета. Весь этот район источал запах дорогого парфюма, денег и благополучия.

Здесь даже в спортивном магазине двери покупателям открывал и закрывал швейцар в ливрее.

Еве казалось, что она перенеслась в параллельную вселенную. Перед ней шел Никита – очки с темными стеклами, бейсболка максимально закрывает лицо, – и девушка невольно засмотрелась: синий лонгслив обтягивал атлетичную спину, подчеркивая каждую мышцу. В руках Осадчего был тяжелый пакет с обновкой – неопреновым гидрокостюмом.

Каждая деталь этой поездки была непривычной. Начиная с мстительной легкости, с которой Ева согласилась посерфить назло Никите, и заканчивая сценой в магазине. Услышав стоимость «гидрика», она судорожно начала подсчитывать, через сколько месяцев сможет отдать деньги, а Осадчий даже бровью не повел, достал карточку и расплатился, словно за хлебушком сходил. Всего на секунду девушка отвлеклась на золотое платье в пол, расшитое пайетками, в витрине Valentino, а Никиту уже атаковала парочка хипстеров: «Можно сделать с вами селфи?» – и даже темные очки с бейсболкой не помогли.

– Черт, меня раскрыли, – вполголоса произнес Осадчий и c притворной паникой добавил: – Пора спасаться!

Он крепко взял Еву за руку и забежал в ближайший магазин. Массивная дверь закрылась, и они оказались в безопасности просторного зала: стены цвета шампанского, хрустальная люстра причудливой формы, бархатные диванчики… Весь этот тяжелый люкс разбавляли легкомысленные праздничные сердечки и громкая, льющаяся из динамиков баллада Элвиса «Can't Help Falling in Love».

– Чем могу помочь? – мгновенно подошла консультант. Безукоризненно вышколенная, она сделала вид, что не узнала Никиту, и обратилась к его спутнице: – Мисс, не желаете примерить платья из новой коллекции?

Ева оглянулась по сторонам: со вкусом подобранные наряды на вешалках, манекен в ярко-красном приталенном костюме смотрит на нее строго, как на самозванку, а молодая консультант порхает на высоких каблуках, будто была в них рождена. Посреди зала, словно алтарь, озаренный мягким светом, возвышался стенд с сумочками – большими и маленькими, с кричащими логотипами и скромными ремешками… Сколько же все это может стоить? Ева подумала, что сейчас самое время падать в обморок от ужаса.

– Нет, спасибо. Как-нибудь в другой раз, – вежливо, но твердо ответила она.

– Мои аргументы вы, конечно, слушать не станете? – поднял бровь Осадчий.

– Никита, вы же понимаете, что я не могу позволить себе безудержный шопинг в таком месте? – вполголоса ответила Ева, тревожно оглядываясь на консультанта.

– Пусть это будет моим подарком. Вчера я повел себя… ммм… не лучшим образом, и сегодня хотел бы загладить вину.

– Если думаете, что можете поступать как… мудак, а потом задаривать меня платьями… – Ева перешла на гневный шепот. Ситуация была невыносимой в своей неловкости, и она отчаянно пыталась замаскировать это воинственной бравадой.

– Ну да, как же я посмел. Предложить человеку, чей чемодан улетел на другой континент, купить одежду на пару дней. Страшное преступление!

– Я вам не какая-нибудь… – Ева запнулась, пытаясь подобрать слова, – …содержанка!

– Послушайте, я не собираюсь покупать ваше расположение. Я правда хочу вам хоть немного понравиться. – Никита снял солнечные очки, подошел близко, и она физически почувствовала, как взгляд темно-синих глаз дотронулся до ее лица, остановившись на губах. – Ну почему вы так сопротивляетесь любой заботе?

Взгляд Никиты был пристальным и не давал сосредоточиться. Ведь не скажет она ему, что боится; что за всю жизнь о ней никогда не заботились просто так; что не знает, что́ будет должна взамен… Ева прикусила губу, а вслух произнесла только:

– Я не хотела показаться капризной или неблагодарной.

– Вы и не показались. – Никита неожиданно тепло улыбнулся. – Подумайте сами, впереди еще как минимум пара дней в Сан-Франциско, а вещей у вас нет. Можете не воспринимать это как подарок, если смущаетесь. Просто дайте сделать вам приятное.

Все страньше и страньше. С каких пор Осадчего заботят чьи-то чувства? Зачем вообще ему понадобилось «делать приятное» малознакомой девушке? Ответов не было. Но ослепительные витрины, приятные запахи и модные туфли так и шептали: «Соглашайся». Ева зажмурилась, как перед прыжком:

– Хорошо. Вы правы. Но купим только самое необходимое.

– Коне-е-ечно! Вот, например, это платье со шлейфом, расшитое блестящими бусинами, совершенно необходимо, – довольно рассмеялся Никита, и Ева вслед за ним.

* * *

Спустя полчаса часа Ева стояла в примерочной известного итальянского дизайнера. Сначала она стеснялась, ожидая в любой момент услышать: «К сожалению, одежды вашего размера у нас нет». Но опасения были напрасны. С интерьером произошла похожая история. Сперва Ева краснела и смущалась при виде бархатных кресел в примерочной, больше похожей на номер в дорогой гостинице, но вскоре обнаружила, что у нее есть проблема посерьезнее. Одна только мысль, что нужно выйти к Никите, терпеливо ждущему в зале, в новой одежде, вызывала легкую панику. Ева не боялась показывать интеллект, но демонстрировать свою внешность – о нет, это точно не ее конек.

«Успокойся, это же не конкурс „Мисс Вселенная“, никто не собирается выставлять тебе оценки».

Никита сидел в зале с равнодушным, слегка скучающим видом. В первый раз Ева вышла к нему в широких бархатных брюках, шелковом топе с баской, подчеркивающем талию, и лаковых лоферах оттенка капучино с кисточками в тон.

– Что скажете? – негромко спросила девушка. – Не слишком ли нарядно для серфинга?

– В самый раз. Я вообще в смокинге собираюсь, – озорно усмехнулся Никита, и взгляд его неожиданно потеплел.

«Не так уж это все и страшно. И жюри, оказывается, не самое строгое», – пронеслось у Евы в голове.

Прошел час, и около Никиты выстроилась Китайская стена из пакетов со знакомым каждому логотипом. Внутри, бережно завернутые в ароматную тонкую бумагу, лежали джинсы, коллекция топов – от цвета фуксии до жемчужно-серого, кардиган из тонкого кашемира, несколько платьев в стиле кэжуал и спорт-шик и даже лавандовый плащ – вещь совершенно непрактичная, но радующая глаз.

– Знаете, еще ни разу в жизни меня так не баловали. – Ева вышла в зал и остановилась напротив Никиты со слегка обескураженным видом. – Спасибо вам.

Платье, которое девушка выбрала для своего последнего выхода, она совершенно точно не собиралась покупать. Куда Еве, с ее обычной жизнью, надеть такое? Разве что на пять минут почувствовать себя частью этого удивительного, недоступного мира? Дотронувшись до воздушной, словно невесомой, ткани, она нерешительно спросила:

– Наверное, чересчур?..

Никита молчал, не в силах подобрать слова. Девушка, в глазах