У меня живет жирафа - Екатерина Вильмонт

Платье для Тани было готово за два дня до свадьбы. За ним приехал папаша.

– Ну что, красавица, давай платье!

– А Таня почему не приехала? А вдруг что-то не так? Надо же примерить.

– Она наказана.

– Господи, за что?

– Это тебя не касается. Вот твой гонорар. Да пересчитай, деньги счет любят.

Ия пересчитала.

– Все в порядке. Спасибо.

– Слушай, а почему это твоя фирма ютится в каком-то переулке? Тебе надо другое помещение подыскать. Где-нибудь на Тверской или на Садовом кольце. Там попрестижнее будет.

– У меня пока нет денег на такое помещение. Аренда и так дорогая. Заработаю, переберусь.

– А тут хрен заработаешь, многим сюда ходить западло.

– Но вот вы же пришли.

– Ну, Танька долго ныла. И потом Анциферовская дочка у тебя свадебное платье шила. Слушай, а хочешь, я тебе куплю магазин где-нибудь в хорошем месте?

– Нет, спасибо. Не хочу.

– А почему это ты не хочешь?

– Но вы же взамен чего-то потребуете. А я не готова.

– Ишь ты, умная баба. Не люблю умных. Значит, не хочешь?

– Благодарю вас, но для меня ваше предложение неприемлемо. Меня вполне устраивает это помещение. Еще раз спасибо, – убийственно холодным тоном проговорила Ия.

– Ну, была бы честь предложена. Так что, в случае чего, пеняй на себя.

С этими словами он удалился.

– Ой, Ийка, с огнем играешь! – сказала Аня, слышавшая весь разговор.

– Да что он мне сделает!

– Что в его башку взбредет. Поджечь может. Еще как-то навредить… Да мало ли…

– Ерунда! Побесится и перестанет. У него через два дня дочка замуж выходит, не до меня ему будет, а там, глядишь, еще какую-нибудь девушку приметит, более сговорчивую.

– Поглядим. Но мне что-то боязно.

А Ия могла думать только о том, что завтра рано утром Голубев улетает на целый месяц. Вчера они уже попрощались. Он сказал, что в последний вечер не сможет к ней приехать, и она буквально сходила с ума от ревности. Но постаралась скрыть это от него. Не нужно, чтобы он уехал с раздражением в душе. Она приготовила вкусный ужин, весь вечер была спокойна и даже весела. Они провели бурную ночь, а утром он спросил:

– Ну что, жирафенок мой любимый, ты успокоилась?

– Да! – покривила душой Ия.

А он счел за благо поверить ей.

Но он был еще в Москве, и это ее терзало. Может, улетит и тогда я успокоюсь, все равно уже ничего не изменишь…

Ия допоздна задержалась на работе, не хотелось идти домой, тут ей было легче. Внезапно в дверь позвонили. В такой час двери всегда заперты. Сквозь дверное стекло она увидела мужскую фигуру.

– Вы к кому?

– Ия, открой!

– Кто это?

Голос был незнакомый.

– Ия, это Леха Чащин, помнишь меня? Мы с тобой учились…

– Господи, Алешка! – Она отперла дверь.

Это и в самом деле был ее одноклассник Леха Чащин, он был в нее влюблен классе в восьмом. Теперь это был здоровенный детина в спортивной куртке. Они обнялись.

– Леха, ты что, жениться надумал? Чего так срочно? Да заходи, хочешь кофе? Печенье вкусное есть… Куда ты пропал?

– Ийка, все потом… Я пришел тебя предупредить. Тебе надо срочно смыться из Москвы.

– Леш, что ты такое говоришь?

– Ийка, ты знаешь Валерия Курдюмова?

У Ии оборвалось сердце.

– Ну, знаю, просто он… вернее, его дочка…

– Короче, тебе надо в два дня смыться из Москвы. Причем соблюдая все меры предосторожности. Он надумал тебя похитить.

– Похитить? Что за бред?

– Это не бред, Ийка, это, к сожалению, реальность. Я его охранник и еще… выполняю всякие поручения. Так что я знаю, что говорю. Такое уже бывало. Но если ты исчезнешь на месяц, он поищет-поищет, да и махнет рукой. Проверено. Но ты его здорово разозлила… Он мне уже велел разработать план…

– Какой план?

– Ийка, не тупи! Лучше тебе не знать… как все бывает.

– Но зачем же ты на него работаешь?

– А у меня отец инвалид, Курдюмов дал мне денег на операцию в Германии, а еще… Короче, я ему должен… Но когда я понял, что он на тебя покушается, не выдержал и вот примчался к тебе. Поверь, все более чем серьезно. Ты должна как можно скорее выехать в Питер.

– Почему в Питер?

– Я не договорил. Выехать в Питер, а оттуда вылететь за границу, если у тебя есть шенген, или в любую безвизовую страну.

– Но почему из Питера?

– Потому что он проверит все аэропорты.

– Но он может и в Питере проверить.

– Нет, у него такие завязки только в Москве. И потом, он не должен понимать, что ты сбежала, просто уехала куда-то в отпуск. И лучше, чтобы я тоже не знал, куда ты полетишь.

– Леха, но как я могу… – вконец растерялась Ия. – У меня же работа…

– Но бывает же форс-мажор! У тебя есть кому доверить ателье?

– Ну, в принципе, есть… Аня.

– Можешь прямо сейчас позвонить?

– Ну, наверное, могу…

– Звони!

– А что говорить?

– Можешь вызвать ее сюда?

– Попробую.

– Звони с моего телефона!

– Почему?

– А он велел поставить твой телефон на прослушку. Приедешь в какую-нибудь страну, купи тамошнюю симку. У тебя деньги-то есть?

– Есть. Алло, Анюта, можешь сейчас вернуться в салон?

– Что-то случилось?

– Да.

– Иду!

Аня тоже жила поблизости и буквально через десять минут влетела в салон.

– Ийка, что? Капушон?

– Да.

– Ой, а вы кто?

Алексей не сводил глаз с хорошенькой пухленькой Ани.

– Ой, я вас видела! Вы охранник Капушона!

– Кого? – не понял Алексей.

– Да мы так прозвали Курдюмова.

– А!

– Ань, мы с Лехой учились в школе, и он пришел меня предупредить… Короче, мне надо уехать.

– Куда?

– Об этом никто знать не должен, ни вы, ни я! – вместо Ии ответил Алексей.

– Но как же заказы?

– Ань, Гуля дошьет, что раскроено. Если будут претензии, выписывай расписки, а я, когда вернусь, выплачу все неустойки…