Пробуждение любви - Ферн Майклз

Полупьяные и продолжающие наливаться спиртным представительницы слабого пола хихикали среди кухонной утвари, предвкушая настоящее шоу.

– Вы видели нижнюю часть его живота?

– Ты читаешь слишком много книг романтического содержания.

– Стройные бедра…

– О, как мне это нравится!

– Изящный… Мускулистый…

– А его лукавая улыбка!

– Эмили, это, пожалуй, самая блестящая из всех твоих идей. Мы все будем долго вспоминать сегодняшний вечер. Мне нравится жить в твоем доме, Эмили. Мы словно родные сестры. Не могу дождаться наступления нового дня, чтобы пойти на работу и похвастаться сегодняшними приключениями. Послушай, а мы будем фотографироваться?

– О Боже, у меня нет фотоаппарата. Мне следовало бы подумать об этом заранее, – простонала миссис Торн. – Конечно, кто же против такого дела? Как я могла забыть о столь важных вещах?

– У меня есть «Полароид», – застенчиво произнесла библиотекарша. – Сейчас поднимусь по черной лестнице и возьму его.

– Только поторопись, – одновременно воскликнули все собравшиеся.

Эмили открыла еще одну бутылку вина. Им нравилось жить вместе. Женщины любили ее как близкого человека и считали друг друга сестрами. Им нравились затеи хозяйки, никто не осуждал и не критиковал ее; только Ян был способен на такое. Ведь никто не скажет после вечеринки: «Дорогая Эмили, не забудь погладить мои рубашки». Миссис Торн ощутила легкое головокружение при виде Зои Мейерс, которая несла фотоаппарат. Она в качестве поощрительного приза немедленно наполнила ее бокал.

– О, Боже! – воскликнули женщины, услышав стук, извещавший о начале представления.

– Он еще в одежде, – жалобно пробормотала библиотекарша, нацеливая объектив на мужчину.

– Это один из тех костюмов, части которого легко и быстро снимаются во время танца, – прошипела Эмили, не отрывая глаз от танцора, расположившегося посередине ее стола.

Трость со сверкающей ручкой опустилась вниз и нажала на клавишу магнитофона. Громкая сладострастная музыка заполнила комнату. Женщины, немного оторопев, расселись по местам.

Мужчина танцевал, вращая бедрами и извиваясь. Сначала его руки освободились от рукавов, а потом и весь жакет лег на столешницу. При этом танцор нисколько не сбился с ритма. Эмили почувствовала, как ее лоб покрывается испариной. Она опасалась потерять равновесие и упасть со стула.

– Сними их!.. – хрипло пробормотала Нэнси Бекенридж.

– Сними абсолютно все! – вторила Лина, уже ничего не соображая от возбуждения, усиленного приличной дозой спиртного.

– Давай посмотрим, что там у тебя имеется, – прищурилась Келли Эндерсон.

Не успели женщины опомниться, как брюки танцора взметнулись над головой от молниеносного движения мужских рук. Ярко-красная полоска ткани, оставшаяся на нем, пульсировала от напряжения. Собравшиеся восхищенно зааплодировали, Зоя свистнула, а Лина принялась улюлюкать. Ее примеру тут же последовала Эмили.

Стриптизер в мгновение ока соскочил со стола и оказался перед сидящими на стульях женщинами.

– Он нам сейчас кое-что покажет, – прошептала медсестра.

– Ну и что? – хрипло пробормотала Келли, протягивая руку и касаясь маслянисто-блестящего бедра. Прикосновение к мужскому телу вызвало у нее визг удовольствия. Затем ее восторг сменился испугом: танцор вызывающе заколыхал бедрами. Эмили застенчиво коснулась эластичных плавок.

– Это так называемые сексуальные трусы?

– Называйте, как вам угодно, – прошептал мужчина, низко наклоняясь к ней. Он извивался и подпрыгивал, а потом закрутил бедрами прямо перед лицом миссис Торн.

Та совершила в этот момент то, на что никогда не считала себя способной: соединив ладони, словно неся воду, Эмили схватила ярко-красную полоску. Женщины засвистели и криками выразили свое одобрение. С дикими глазами миссис Торн взвизгнула и уткнулась лицом в упругую массу, находящуюся в руках.

– О-о-о, неплохо! – похотливо улыбнулся Запонка.

– Моя очередь! – закричали хором остальные. Эмили разжала ладони и отодвинула кресло подальше. На мужчину нацелили объектив камеры и снимали до тех пор, пока он не оказался снова на столе.

«Боже мой, неужели ты это сделала, Эмили Торн?! И тебе, похоже, понравилось…» – произнес внутренний голос. «Черт возьми, я поступила правильно», – дерзко ответила ему женщина, едва шевеля губами.

Шоу закончилось, и Запонка набросил на себя ярко-красную майку, отлично гармонировавшую с полоской на теле. Сладострастная музыка оборвалась, и из динамиков полилась нежная мелодия Пола Маккартни «Моя любовь». Танцор спрыгнул со стола и приземлился перед Эмили.

– Миссис Торн, вы не окажете мне честь? Может, потанцуете со мной?

Женщина чувствовала себя очень уютно в его объятиях. Хотелось, чтобы этот танец длился бесконечно.

– Ну что, отработал я ваши деньги? – вкрадчиво поинтересовался танцор.

– Да, да… Вы устроили замечательное представление, которое очень понравилось моим подругам. Может быть, мы пригласим вас еще раз… Естественно, с другим танцем.

– Ну, разумеется, – согласился мужчина, крепче обнимая ее. – У меня есть плавки «Спидо». Они совершенно сведут с ума этих женщин.

Эмили улыбнулась ему.

– Вечер удался на славу… Вы будете танцевать со всеми по очереди?

– Да, мне бы хотелось, чтобы у всех остались самые приятные воспоминания об этой вечеринке.

– Прекрасно! Лина, твоя очередь, – уступила она партнера подруге.

Потом миссис Торн уселась в свое кресло и наблюдала, как ее постоялицы танцуют с Запонкой. Когда упаковали магнитофон в большую сумку, она поинтересовалась, не желает ли мужчина отведать немного белого вина.

– Извините, – отозвался тот, – но я должен выступать на другой вечеринке, мы договаривались на десять тридцать. Кстати, я продаю свои фото – двадцать долларов за двадцать снимков.

Каждая женщина купила по пачке снимков, и танцор, прощаясь, поцеловал всех по очереди.

Когда за ним захлопнулась дверь, Эмили задумчиво сказала:

– А ведь он чей-то сын… Запонка вел себя, как настоящий джентльмен. Что будем делать с его фотографиями? – спросила она, перебирая снимки. – О, мне нравится вот эта.

– О! У меня возникла идея! – подала голос Лина. – Давайте оформим что-то вроде газеты и поместим в нее снимки, а затем вывесим наше «издание» на кухне. Фотографии будем клеить специальной пастой для обоев. Разместим их на уровне глаз. У нас шесть пачек, значит, мы сможем оклеить все помещение.

– Идиотская, но великолепная мысль, – заметила Эмили. – Давайте займемся этим прямо сейчас, иначе завтра передумаем. Клей в кладовке.