Потому что ночь - Кайли Скотт

— Ты просто не мог остаться дома и оставить это мне, не так ли? — спрашивает она хриплым голосом с акцентом. — Почему я не удивлена?

Лукас тепло улыбается ей.

— Лейла.

— Привет, старик. Давно не виделись. — Она кивает каждому из нас по очереди, бросая на меня любопытный взгляд. — Добро пожаловать в семью, сестра.

— Спасибо.

— Тогда пойдемте, закончим с этим, — говорит она, поворачиваясь к зданию. — Мои люди уже начали работу на нижних уровнях. Всех, кого мы найдем, задержат в баре для допроса. Почему бы нам не пойти наверх?

Мы поднимаемся по лестнице. В отеле шестьдесят номеров и сьютов, и все они должны быть очищены. Вместе с бальным залом, рестораном и так далее. На других уровнях царит та же атмосфера запустения. Затхлый воздух и плесень на стенах. Изношенный ковер и потрепанная мебель. Я бы дала этому месту максимум две звезды. Как нам сказали, семья Арчи, похоже, сбежала. Отель кажется пустым. Почти.

Моя задача — прислушиваться к двери в поисках каких-либо признаков жизни, затем распахнуть ее и оставаться в стороне, пока Генри проносится по комнате, как ураган. Как только комната будет признана чистой, мы переходим к следующей. Лукасу не нравится, когда я делаю даже так много. Хотя у меня есть четкое ощущение, что моя работа была придумана специально для меня. Генри хотел, чтобы я чувствовала себя причастной. Но неважно. Я не возражаю против того, чтобы остальные занимались более жесткой работой.

То, что мне поручают безопасные обязанности, не мешает мне быть взвинченной с ног до головы. И я ломаю добрых три дверные ручки, прежде чем беру себя в руки. И все это при том, что Лукас смотрит на меня сквозь пальцы. Так что это не помогает.

Мы находим испуганных вампиров, прячущихся на третьем этаже. В моей голове возникает слово «Лесник», окруженное страхом. Когда Лукас не предпринимает никаких действий, чтобы причинить им вред, они выглядят растерянными. Генри спускает их в бар в подвале. Больше на третьем этаже ничего не происходит.

Но один из прячущихся на четвертом этаже открывает по нам огонь из какого-то пистолета. Звук выстрела из пистолета с глушителем ужасен на слух. Слишком напоминает стрельбу у ночного клуба.

Лукас прикрывает меня и прижимает к себе, когда первая пуля пролетает над моей головой. В одно мгновение я стою на ногах, а в следующее — падаю лицом в пол. Слава богу, это убирает меня с линии огня.

Через мгновение в коридоре появляется Лукас с другим сердцем в кулаке. У меня даже не было времени среагировать. Бенедикт просто протягивает мне руку и вздыхает, словно расстроенный тем, что ему не удалось вырвать ничьи внутренние органы. Может, он и охранник, но говорить Лукасу, чтобы он держался в стороне и не мешал, было бы пустой тратой времени. Вампир делает то, что хочет.

Бенедикт осматривает расколотую стену.

— Опять деревянные пули.

Взгляд Лукаса жестокий. Сердце превращается в пепел в его руке, когда он шагает обратно по коридору.

— Скай, тебя ранили?

— Нет.

— Ты уверена?

— Да.

— Запаха крови нет, — говорит Бенедикт. — По крайней мере ее.

Линия челюсти Лукаса складывается в жесткие линии. Как будто в нем накопилось много гнева.

Мне с трудом удается сохранять спокойное выражение лица. Потому что, если бы он не был рядом со мной, я была бы мертва. Мертвее мертвой. Однако ситуация и так напряженная, и последнее, что кому-то нужно, — это чтобы я взбесилась только потому, что уже второй раз кто-то пытается меня убить с тех пор, как я стала кровососом.

Мы осторожно проходим оставшуюся часть этажа без дальнейших происшествий. Из семи надземных этажей только два верхних, похоже, использовались семьей Арчи. Об этом свидетельствуют закрытые окна, разбросанная и брошенная одежда и другие вещи. Похоже, они уехали в спешке. Видимо, остальные пять уровней предназначались для настоящих гостей. Представьте себе, каковы будут отзывы об этом месте. Кто захочет остановиться в захудалом отеле, где вероятность оказаться в меню не меньше, чем вероятность хорошо выспаться?

В то время, как Генри решил никого не обращать, Лейла, очевидно, создала себе армию нежити. Более дюжины ее людей заполонили здание. Похоже, теперь они считаются членами семьи. Они различаются по расе, возрасту и полу. Одни носят тактическое снаряжение, другие — повседневную одежду, как мы. Каждый из них, похоже, точно знает, что делает. То, как они наблюдают за Лукасом со смесью благоговения и настороженности, очень интересно. Как будто он бог среди смертных.

На шестом этаже мы сталкиваемся с новыми проблемами. Раздается громкий удар, затем стены сотрясаются. Пыль и хлопья краски дождем сыплются на всех нас. А одного из людей Лейлы взрыв мгновенно превращает в пепел.

— Черт возьми, Фионн. Глупый мальчишка. Вечно торопишься, мать твою, — шипит Лейла. Никто ничего не говорит, а она, взяв себя в руки, объявляет: — Будьте осторожны. Они установили разрывные заряды. Где Маргарет?

— Идет. — В коридоре к нам присоединяется поразительная женщина с белой кожей и седыми волосами. Она старше Лейлы, и у нее английский акцент высшего класса. — Извините.

— Она человек, — шепчу я.

Лукас поворачивается ко мне.

— Скай, ты взяла себя в руки?

Ее кровь взывает ко мне. Знакомый свистящий звук, с которым она мчится по венам, и ровный стук ее сердца похожи на симфонию. И я более чем осведомлена об этом, находясь так близко. Но при этом меня не трясет и не тянет вцепится в нее зубами.

— Да.

— Маргарет — любовница Лейлы. А еще она ведьма, — рассказывает Генри. — Кусать ее я бы не советовал. Очень хороший способ получить пощечину, сестра.

— Когда это началось? — спрашивает Лукас.

— В 1969 году. Они познакомились на Вудстоке. Помнишь, я рассказывал тебе о том замечательном концерте под Нью-Йорком, где все были свободны в любви и принимали кислоту?

Лукас кивает.

Можно сказать, что мне больше не разрешается открывать двери. Маргарет что-то бормочет и медленно идет вперед, подняв одну руку. За