Отец на час. Работает спецназ - Лина Коваль

- Мне нужен Лева, - оскорбленно требует Людмила.

- Леон сейчас занимается, готовится к контрольной, - вру, да простит меня Боже. - Но я хочу поинтересоваться: зачем он вдруг вам понадобился?

- Кроме того, что Лев твой сын, он ещё и мой внук.

- Вы об этом за шестнадцать лет так редко вспоминали, что я уже и сама забыла.

- Ты ведь знаешь: мне было о ком вспоминать, милочка. У Наташки моей двойня. Пацаны такие активные. У Ларисы ребёнок больной…

- То есть наконец-то и до моих детей очередь дошла?

Злюсь страшно.

У Побединского в семье всегда царил матриархат. Мать, две сестры и вечно сердитая тетка. Отец скончался примерно за год до того, как мы с Колей познакомились, поэтому свекра я ни разу не видела.

- Смешная ты, Федька, - свекровь не унимается. - Будто и не знаешь. В народе же как говорят: у дочек дети - внучата, а у сына - собачата.

- Вы в своем уме? - Стискиваю в руках вилку. - Да как у вас язык поворачивается…

- Сказала же, пословица есть такая, дура. Это не я говорю.

- Послушайте…

- Дай мне Льва. Поговорить хочу, - настаивает.

- О чем?

- Тебе какая разница? Или ты собралась не давать мне общаться с внуками?

- Вы и так с ними не общаетесь! - Душу рвет от несправедливости.

- Это раньше было, говорю же. Я на пенсию наконец-то вышла, да и у дочек дети подросли. Никогда не поздно начать…

- А меня вы спросить забыли?

- Будешь мешать - будем судиться. И так Колюню без всего оставила, ещё и детей против нас настраиваешь.

- Ах это я настраиваю?

- Мерзкая ты баба! Разбогатела она!...

- А вы…. А вы...

Не сдержавшись, с силой жму на «Отбой» и пытаюсь успокоиться. Судорожно верчу в руках телефон сына, а затем просматриваю журнал звонков.

«Баба Люда» там гвоздь программы, твою мать.

И сегодня.

И вчера.

И позавчера.

Черт!...

Не сразу замечаю Влада и растерянно на него смотрю.

Он переоделся. Черная майка и спортивные шорты сидят на подтянутом теле так, что мои «клубнички» должны бы сойти с ума, но я лишь прокручиваю в голове разговор со свекровью.

Не нравится мне ее активность.

Ни к чему хорошему она не приведет.

- Маша дрыхнет. Муравьи накормлены. Родина может спать спокойно, - отчитывается спецназовец.

- Спасибо тебе, - еле выдыхаю.

- Что-то случилось?

Качаю головой и доверчиво льну к любезно подставленному плечу.

- Ничего нового…

Прошлую жизнь хочется полностью вычеркнуть, безжалостно вырвать грязные страницы и забыть. Но как это сделать, если на носу судебное заседание, а бывшие родственники постоянно напоминают о себе?...

Подцепив пальцами подбородок, Влад внимательно изучает мое лицо.

- Красивое платье, - опускает взгляд на приоткрытую грудь.

Вдруг чувствую себя глупо.

Вырядилась, как школьница, ужины готовлю. У самой проблем выше крыши. К чему это все?...

Полянки, лесочки…

Я вообще не про это и давно сама управляюсь с целой «лесопилкой».

- Это сарафан, - всё же по привычке спорю. - И он на мне как на корове седло. Все не к месту.

- У-у-у-у. - Царапает щетинистым подбородком мою щеку. - Забыл...

- Что забыл?

- Собак-кошек покормил, муравьев покормил, а тараканов… забыл!

- Каких ещё тараканов? - вдруг пугаюсь. Больше всего на свете боюсь всяких насекомых.

- Тех, что в твоей голове, - открыто улыбается Влад, склоняется и уверенно меня целует.

И правда.

Травить тараканов, клопов и даже змей-свекровей у него получается, потому что я неожиданно расслабляюсь и плыву по течению, по которому уносит меня умелый, резвый язык.

В груди будто что-то теплое разливается. Ноги подгибаются. Внутренняя женщина, поверив в чудо, возвращается.

- Я за телефоном, - гремит откуда-то сбоку голос моего сына. - Уж простите.

Глава 29. Федерика

Спустя пять дней

- Влад, - шепчу, стирая пот со лба, и тянусь к тумбочке за пультом от кондиционера. - Ох, Вла-а-ад, - не сдерживаюсь, кляксой растекаясь в мужских руках.

Пульт выскальзывает.

- Отвлекаешься, Федерика, - хрипит спецназовец на ухо и повыше задирает мою ногу, крепко удерживая ее на весу. - Небось заскучала?...

- С вами не соскучишься, Владислав Алексеевич, - иронично отбиваю.

- Р-р-р-р, - целует он мою шею и в очередной раз впечатывается пахом в ягодицы.

Член таранит нежные стенки изнутри.

В моей комнате темно. Дети давно спят в своих кроватях, а Джес жалобно поскуливает у двери. Приходится брать ее к себе, чтобы Эльза не задавала лишних вопросов по поводу ночных шорохов.

- Быстрее, Влад, - прошу, сжимая требующие ласки груди.

Соски заостряются.

- Ах, быстрее? - он басисто смеется и ускоряется. - Погладь себя!...

- Не-е-ет, - ужасаюсь.

Это ведь… так пошло. И грязно.

- Давай, Федерика. - Он по-животному прикусывает загривок и опускает свою руку на мою ладонь, помогая сжимать полушария. - Сделай себе приятно… Расслабься.

- Не могу, - хнычу.

- Почему?

Влад кладет подбородок мне на плечо и чуть замедляет темп.

А затем и вовсе замирает у меня внутри.

Дергаю задницей, требуя продолжения банкета, и облизываю пересохшие губы.

- Да черт его знает почему, - злюсь. - Давай… те просто продолжим!...

- Давайте без давайте. Отставить разговорчики!... - командным голосом произносит.

Подцепив мою ладонь, Влад опускает ее вниз живота.

- Ты что… никогда не мастурбировала? - спрашивает прямо.

- Я не собираюсь с тобой это обсуждать!...

- Ого. А с кем собираешься? - кажется, жутко сердится.

Закатываю глаза от удовольствия, когда он берет мой указательный и средний пальцы, словно художник кисточку, и начинает ласкать ими чувствительные влажные складочки.

Теперь кручу бедрами ещё активнее. Так, что член выскальзывает.

- Ни с кем не собираюсь, - выдыхаю в потолок.

- Правильный ответ, начальница, - он метко возвращает «орудие» на место и снова уверенно двигает бедрами мне навстречу.

Спустя три минуты, общими, слаженными усилиями мы доводим мое тело до головокружительного оргазма, а чуть позже догоняет и Влад. Так как я пью противозачаточные таблетки по показаниям, мы условились не использовать презервативы, поэтому