Отец на час. Работает спецназ - Лина Коваль

Долго восстанавливаем дыхание в полной тишине.

- Завтра у меня суд, - сообщаю грустно.

Влад чуть сильнее прижимает мою голову к своей груди.

- Волнуешься?...

- Есть немного. Страшно, что ещё они могут придумать…

- Давай я всё-таки пообщаюсь…

- Нет, - улыбаюсь и мотаю головой, а затем переплетаю наши пальцы, поглаживая широкую ладонь. - Не стоит, Влад. Кира сказала исключить все личные контакты с Колей и его семьей.

- Ты ей доверяешь? - спрашивает он как-то странно.

- Кире Осиповой?... Конечно! Как себе. Мы ведь со студенчества дружим. И с Андреем тоже.

- Тот пузатый? Который в ресторане тебя с пианистом сводил?...

- Ага, - вспоминаю вечер, когда мы первый раз поцеловались. - Попов Андрей. Работает у меня руководителем отдела.

- Ты ещё с ним медляк танцевала…

Улыбаюсь оттого, что он помнит.

- И ничего он не пузатый, - вдруг хмурюсь. - Андрей в молодости знаешь какой крутой был? Спортивным ориентированием занимался. Даже кубок Москвы выигрывал.

- Пузатый-пузатый, - не унимается Влад. - Не спорь…

Я умиротворенно вздыхаю и веду пальчиками по рельефным мышцам на его животе. Возможно, моя супружеская кровать - вовсе не место для такого разговора, но я всё же спрашиваю:

- Можно я задам тебе вопрос, Влад? Как мужчине…

- Ого. Конечно, - отвечает легко.

- Почему все так?... Я ведь столько сделала для Коли. Поддерживала, когда его ни в одну филармонию не брали. Заботилась, пылинки сдувала, всегда была рядом. Он более или менее известным стал только в последние годы. Его начали ждать, принимать как звезду. А он завел себе… любовницу.

- Не выдержал…

- Чего не выдержал?

- На свете очень мало людей, которые могут вынести рядом с собой человека, знающего про них так много. Для тебя бывший муж всегда будет тем, кем ты его встретила, - бедным неудачником, а вот для той девицы он свет в окне: успешный и востребованный музыкант, потому что другого Колю она не знала.

- Интересно… А ты… ушел от жены по той же причине?

- Я не в счет. Я же бюджетник. - Чувствую его ленивую улыбку макушкой. - Госслужба она вообще отдельно, да? И жили мы всегда ровно. Денег вроде хватало.

Чувствую, как болючий укол ревности пронзает мою грудь и доходит до самого сердца.

- И жена никогда не хотела тебя вернуть?...

- Она и сейчас хочет, - расслабленно отвечает. - По глупости ведь выгнала, а я и ушел. Не пара мы.

Округляю глаза, раздумывая, что ответить.

- Но ведь ты не строил им козни… И не заказывал похищение дочери. Чем Коля думает в это момент?

- А почему ты уверена, что похищение - его рук дело?

- А чье? - искренне удивляюсь постановке вопроса. - У меня ведь больше нет врагов!...

- Ты так в этом уверена? А твой бизнес?

- Не понимаю, к чему ты клонишь? - В полумраке рассматриваю сосредоточенное лицо. - Что-то знаешь?...

- Нет, конечно. Просто предположил, - успокаивает Влад и резко поворачивается набок, прихватив меня с собой.

- Влад... - брыкаюсь.

- Мм… - Уверенно обнимает сзади, кутаясь в мое одеяло.

- Влад… - Поднимаю голову с подушки.

- Ну… чего?

- Ты помнишь, о чем мы договаривались?

- Я не кормлю твоих детей всякой гадостью… - сонно отвечает, зевая.

Я отодвигаюсь как могу и с боем отвоевываю одеяло обратно.

- Нет. Позже… Мы договаривались, что ты будешь спать у себя, - напоминаю.

- Етить-колотить. - Влад резко встает с постели.

- Я просто хочу поберечь психику своих детей, - оправдываюсь.

Обернувшись, с сожалением наблюдаю, как подтянутая задница прячется под уютными хлопчатобумажными боксерами.

Ты молодец, Федерика.

Так правильно, Федерика.

С силой прикусываю губу.

- Идиотизм!...

- Рационализм.

- Придурь.

- Женская независимость, - парирую.

- Да уж… - Влад, подхватив футболку, направляется к выходу. - К твоей кошке даже кот, только когда тебя дома нет, потрахаться приходит.

- У меня сильная женская энергетика, - улыбаюсь.

- Ага. Резиновые мужики за батареями прячутся…

- Что? - подхватив подушку, бросаю ее уже в захлопнутую дверь.

Просто не верится, что он видел Бурака.

Ужас…

И пусть…

- Мужлан.… нерезиновый, - кидаю вдогонку и накрываюсь с головой.

От жуткого, нестерпимого стыда.

***

Утром поднимаюсь чуть раньше обычного. В теле чувствуется небывалая легкость, настроение просто прекрасное, тем более за окном уже палящее солнце.

Пока готовлю завтрак, успеваю просмотреть электронную почту, а потом иду будить Леона.

В первую очередь его.

После того как он застал нас с Владом целующимися на кухне, наши отношения ещё больше испортились. Это пугает. Я до сих пор всячески пытаюсь объясниться, но Лео уходит от разговора.

Вот и сейчас в его комнате пусто.

Заправляю развороченную постель и убираю мусор с письменного стола, а затем долго разглядываю детские фотографии, которыми усеяна книжная полка.

- Да уж, - грущу, испытывая легкое разочарование в душе.

Представить, зачем шестнадцатилетний подросток вышел из дома примерно в шесть утра, мне сложно, поэтому достаю телефон из кармана пижамных брюк и пытаюсь дозвониться. Все попытки остаются безуспешными.

- Хорошо. Вечером поговорим.

Тихо прикрываю дверь и иду будить девчонок.

А жизнь оказывается такой непредсказуемой, что сводит нас сыном даже раньше.

Днем.

В здании районного суда... и по разные стороны баррикад.

Глава 30. Федерика

- Только не психуй, - просит Кира и за локоть выводит меня из зала заседаний.

Ноги заплетаются, но я пытаюсь оглядываться на тех, кто идет за нами. В носу стойкий запах разочарования и чего-то такого неуловимого. Горького.

Ощущения, что как раньше больше никогда не будет.

После того как сын при судье заявил, что хочет проживать с отцом, у меня в груди, ближе к сердцу, что-то хрустнуло.

Сломалось…

- В здании суда ни звука, - шипит подруга мне на ухо. - Потерпи, Рика. Оштрафуют или административку впаяют. А зная тебя, это вообще будет уголовный срок. Ты Побединского убьешь.

- Не буду я никого убивать, - с ледяным спокойствием отвечаю.

Сердце отбивает чечетку, внутренности будто катком придавило. Обида смертельная, страшная, живая. Такая, что ни вдохнуть, ни выдохнуть.

- Кроме Попова, - покачиваю головой. - Пожалуй, отрежу ему яйца…

- Он даже не заметит, -