Невеста из гроба - Оксана Олеговна Заугольная

Чича, залив кровью весь пол. В общем, не тот момент, чтобы запоминать мужчин, которые мне вовсе не были интересны. Да, этот тип вроде был из-за Лютого моря, которое располагалось за ледяной пустыней. По крайней мере, оттуда по словам Софи, был ночник с рыбкой. Безумно редкий и дорогой. Я сохранила его, поставила на тумбочку и часто наблюдала за тем, как снует там крошечная рыбка, то поднимаясь до самого узкого витого места раковины, то спускаясь туда, где места достаточно.

— Да, — я улыбнулась. — Спасибо. Чудесный подарок. Но зачем вы здесь? Сейчас неподходящее время для визитов. Мне предстоит битва претендентов, да и мой жених…

Я скривилась, поглядев на Даррена. Как же я хотела поскорее вернуть его к жизни!

— Не сомневаюсь, что времена сейчас непростые, — кивнул Раторум. — Но раньше пересечься с вами не было никакой возможности, вы и носа не казали из университета. Я думал, что все потеряно, но отсутствие браслета на вашей руки делает меня самым счастливым на свете.

«Он не сказал „самым счастливым человеком“!» — нервно завопила моя интуиция. Или предчувствие. Я чуть отодвинулась и пропустила немного магии через лопату. Та привычно затрещала молниями.

— Ну-ну, не стоит так нервничать, — снова улыбнулся Раторум, и я четко разглядела его жуткие зубы. — Вы же так хотели замуж за Гастиона. И два брата уже были вашими женихами. Почему бы вам не дать шанс третьему?

— Т-ты не похож на Гастионов, — я начала заикаться и попыталась отодвинуться подальше. Вскочить и убежать, оставив здесь Даррена, я не могла.

— Не похож, — согласился тот. — Я пошел в мамочку. У сирен всегда так.

Я вспомнила. Когда-то при первой встрече Клементина, являвшаяся по совместительству законником и бухгалтером Гастионов, рассказывала, что у Ротара Гастиона есть еще незаконнорожденный сын. И, если он решит появиться, он будет в очереди на наследство раньше Остия. Сейчас, когда живы были, как я надеялась, и Бриен, и Даррен, эта тема больше не поднималась.

Я злилась на себя, что не расспросила Софи сразу, приняв за истину ответ, что эта безделушка из-за Лютого моря. Где было мое любопытство? Кто живет за Лютым морем, они с нами торгуют или что?

— Опусти оружие, Иссабелия, — пророкотал Раторум, теперь в его голосе почти не чувствовался акцент.

Рука моя с лопатой плетью упала вдоль тела, а потом ладонь разжалась. А ведь я почти успела сделать выпад.

Раторум поднялся и подошел ко мне. Я с трудом сумела справиться со своими мышцами и подняла на него глаза. Голова была тяжелой, как и руки. Ноги так вовсе точно желудок Маласеции казался залитым раскаленным металлом.

— Если бы ты не смотрела в ночник, мне бы пришлось сложнее, — ласково произнес Раторум, гладя меня большим пальцем от уха и до подбородка. Потом он также нежно отбросил упавший на лицо локон и нырнул всей ладонью мне в волосы. Звякнули охранные артефакты, перегорая под его рукой, а его рука жестче ухватила волосы на затылке, сильнее задирая мою голову.

— Ну же, королева, — голос его был мягкий и укутывал меня словно одеяло. Я сопротивлялась как могла, но ничего не получалось. Я не могла закрыть уши и зажмуриться, так что приходилось смотреть в приближающееся ко мне лицо, в эти холодные словно соленая вода глаза до тех пор, пока глаза не заслезились.

А когда я сумела сморгнуть слезы, то ахнула. Сердце мое забилось как сумасшедшее.

— Даррен! — я не верила своим глазам. Разве моя вторая половинка не разделила его на дух и тело? Но ошибки быть не могло, передо мной стоял Даррен и улыбался, глядя мне в глаза. — Я… я скучала.

— Я тоже скучал, Иссабелия, — Даррен помог мне подняться с кровати и обнял. — Но теперь мы вместе и нас ничто не разлучит.

Он наклонился и накрыл мои губы своими. Как же мне не хватало этого! Его рук и губ, таких жадных и уверенных! Его острых зубов, по которым нужно было очень осторожно водить кончиком языка, чтобы не порезаться, его когтей, которые осторожно царапали нежную кожу, забираясь под юбки.

Он прижал меня к себе так сильно, что едва не выбил дух, а на бедрах наверняка остались синяки, но я не собиралась ругаться с ним из-за этого. Даррен слишком долго избегал меня, чтобы не мешать учебы, и наши короткие редкие поцелуи — разве это дело?

— Здесь не получится, — признался Даррен. — Твоя домохозяйка чертовски сильная женщина и не смотрела в ночник. Она может освободиться с минуты на минуту.

— А что тогда делать? — Я расстроилась. Вечно что-то мешает!

— Для начала я хотел бы надеть на твою руку свой браслет, — темные глаза Даррена впились в мое лицо, словно ища что-то.

— Но ты сказал Флину, что потерял его, — заметила я. Первый жар от встречи немного спал, и я чувствовала себя неловко. Я же королева, разве нет? Можно и потерпеть еще немного, да и Даррен прав — крошечная комнатушка не для этого. Первый раз у нас был в тюрьме, можно же было для второго подобрать что-то менее экзотичное!

— Мне жаль, что я так сказал, — покаялся Даррен. — Дело в том, что мой браслет… он не совсем браслет. Там, откуда родом моя мать, супругам надевают… ожерелье.

Я нахмурилась. Арриена ничего не говорила о том, что она из таких странных мест!

— Не хмурься, милая, тебе не идет, — Даррен провел пальцем по моему лбу и снова зарылся пальцами в волосы. — Пойдем отсюда, я наконец надену на тебя ожерелье, и ты станешь моей невестой. Теперь по-настоящему.

Сердце мое забилось чаще. Стыдно признаться, но я уже мечтала, когда наконец это случится. А ведь была твердо уверена, что все эти свадьбы не для меня! Хотела уехать к границам и там в свое удовольствие поднимать мертвецов, да шляться по болотам!

Но когда Даррен надел мне на руку ненастоящий браслет, я почувствовала себя как-то не так. Вроде как я сама согласилась на этот обман, но в то же время до чего обидно же! Софи сразу поняла, что я чувствую — у нее было магическое, но кольцо. Эльфы пользовались ими. Хотелось же совсем другого.

«Ничего, — сказала тогда Софи. — Перед свадьбой он наденет тебе настоящий браслет. Ты