Отшельница. Искра короля - Марина Эльденберт

И вот опять. Та же самая двойственность.

— Не стоит играть со мной в игры, — произнес он, чувствуя, как внутри закручивается новая спираль ярости.

— Никаких игр, — Дэмиан кивнул. — Только правда. Которую я вам говорю сейчас. Госпожа Веттивер не планировала здесь задерживаться, она хотела просить всего об одном разговоре с вами…

— Откуда ей стало известно про Лазара Вальдена? — перебил Стефан.

— Это мне не известно, ваше величество.

А вот эта была та самая ложь. Точнее, недоговорки. Едва уловимая смена интонаций, незаметная для человека, но различимая для слуха дракона. Участившееся сердцебиение, на один краткий миг, но все же. И адреналин, бегущий по венам,

— Вы лжете, — произнес он.

— Я не…

— И пока ваша память не озарится светом правды, — Стефан посмотрел на него в упор, — наш дальнейший разговор бессмысленен. Вам повезло, Ландар, что ваш отец не стал вас прикрывать, в противном случае вы бы отправились в Оливид. Если вам больше нечего добавить, покиньте мой дворец немедленно.

— Я не уйду отсюда без Оливии, — произнес Дэмиан. — Ваша супруга нуждается в отдыхе и в полноценном уходе. Она считает, что полностью восстановилась после извлечения искры, но мы с вами оба знаем, что это не так. После того, что она пережила, процесс полного восстановления — даже на невидимом целителю уровне — будет идти гораздо дольше.

— Вы ставите мне условия?

— Я вас информирую о причинах своей настойчивости.

Стефан не успел ничего сказать, не успел даже позвать гвардейцев. Потому что Корви ворвался к нему без стука и произнес:

— Караульный снизу сообщил, что ваша жена потеряла сознание.

2.15

Ольга

Наволочка под щекой была настолько прохладной и приятной на ощупь, что я сразу опознала в ней шелк. У меня была одна такая на Земле, пока Наташа не «убила» ее отжимом в тысячу оборотов, постирав вместе со своими джинсами и толстовкой. Больше я таким не баловалась, то есть, не покупала настолько дорогих и эксклюзивных вещей. По той же причине у меня не было кружевного красивого белья, которое так любят мужчины. Бывший муж мне так и сказал, когда я попросила объяснить, почему он уходит из нашей семейной жизни:

— Оль, у тебя же даже трусы обычные! Ты не стараешься меня соблазнить, как-то завлечь!

Интересно, что бы он сказал, когда узнал, что я соблазнила короля Рована даже без трусов?

Воспоминания о произошедшем накрыли меня волной, и я распахнула глаза. А затем и вовсе села на незнакомой кровати в незнакомой комнате. Что я там говорила про отель пять звезд про свою гостевую спальню в доме Ландаров? Здесь я почувствовала себя принцессой, которая проснулась во дворце. Стены обиты молочной тканью с золотыми узорами, изящная лепнина на потолке, помпезная многоярусная люстра, белый, с изображенными на нем нежными полевыми цветами ковер, тяжелые портьеры из органзы, которые не пропускали яркий солнечный свет на часть спальни с кроватью. Сама я сидела на большой кровати с кремовым балдахином и непонимающе моргала на весь этот VIP. Пытаясь вспомнить, что было между соблазнением и моим пробуждением в Раю.

Вот я помню мрачное подземелье, где свет льется только из малюсенького окошечка тюремного коридора, я натягиваю на себя одежду, затягиваю корсет и… оп! Я здесь. Только не говорите, пожалуйста, что я снова того! В смысле, умерла и переродилась заново.

Я в ужасе посмотрела на свои руки, но это по-прежнему были руки Оливии. Этого было мало, поэтому я выскользнула из-под одеяла и мигом оказалась возле зеркала на стене. Только убедившись, что я все еще я, по крайней мере, та я, к которой я уже успела привыкнуть, наконец-то смогла расслабиться. Относительно, конечно, потому что я ничего не понимала. Вот совсем ничего не понимала!

Пока не дошла до двери. Дернула ее, но она оказалась заперта. Тогда я пересекла комнату и выглянула в окно: спальня находилась на третьем этаже, но, судя по высоте потолков, словно на пятом и выходила на дворцовый парк. Понятно, я по-прежнему в тюрьме, меня просто перевели в более комфортабельную камеру. Другой вопрос — зачем?

Разве что Стефану не понравилось делать это в темнице сырой, захотелось привычного, на шелках! Дракозел, как он есть! Главное, чтобы обещание свое выполнил и отпустил моего мальчика. Где он вообще? Как себя чувствует? Страшно ли ему? Вспоминает ли меня? Мой храбрый драконенок!

Мои глаза наполнились слезами, и одна заскользила по щеке. Я стерла ее тыльной стороной ладони и чуть не подпрыгнула, когда за спиной раздалось знакомое драконье рычание:

— Никто не позволял тебе вставать с постели.

Я резко обернулась и увидела в дверях Стефана в традиционно черном. На мне было кружевное нечто, именуемое в этом мире ночной сорочкой, закрывающей все что можно от горла и до пят, но под темным королевским взглядом я почувствовала себя обнаженной, как если бы мы снова… Я даже руки на груди скрестила в неосознанном жесте защититься от ауры дракона. Или, вернее будет сказать — магии, которая «ходила» вместе с ним.

— Видимо, когда ты отдавал такой приказ, я была без сознания, — парировала я. — Где Лазар?

— Марш в кровать!

— Так не пойдет, — сообщила я Стефану. — Я должна знать, что с ним. Потом можно и в кровать. Хотя, если честно, я думала, тебе хватит одного раза…

У дракона сделался такой вид, словно он мысленно уже меня задушил, а затем с его ладоней сорвался водный вихрь, который закружил меня и дотащил до постели.

— Ты потеряла сознание, Оливия. Поэтому ты здесь, а не в темнице.

Стефан голос не повысил, но после трюка с магией я подчинилась. Решила, что не стану с ним спорить, пока не выясню, что с моим мальчиком! Легла поверх покрывала, хотя очень сильно хотелось закопаться под одеяло, но это выглядело бы так, что я его боюсь и прячусь, а я не боялась. По крайней мере, не за себя. Ни в подземелье, ни здесь, лежа на шелковых простынях.

Дракон принялся водить ладонями над моим телом, сканируя, и у меня вырвалось удивленное:

— Ты тоже целитель?

Стефан отвлекся и посмотрел мне прямо в глаза.

—