Союз и предательство - Кира Коул

— Я многое делаю, потому что это нужно папе. Впрочем, хватит об этом. Это просто расстроит нас обоих. Расскажи мне подробнее о своей работе. Как тебе работа с закоренелыми преступниками весь день?

Ава берет свое вино и направляется к дивану. Она устраивается на плюшевых подушках, когда я встаю и сажусь в одно из кресел. — Не все они закоренелые преступники.

Я бросаю на нее равнодушный взгляд. — Я знаю это. Но я также знаю, что большинство из тех, кто попадает в лазарет, чтобы навестить тебя, именно такие.

— Есть один человек, который не так уж плох. Но его багаж весит тонну.

Я указываю на ее розовые щеки. — Хорошо, даже если это невероятно неправильно, насколько симпатичен этот преступник? Судя по цвету твоих щек прямо сейчас, я бы сказала, что он довольно привлекателен.

Ава пожимает плечами. — Я бы вообще не сказала, что он неприятен для глаз, но... — она качает головой. — Кроме того, ты знаешь правила. Я не общаюсь с заключенными.

— Было бы здорово, если бы ты это сделала.

Она хватает подушку и кидает ее мне в голову.

Я отбрасываю ее в сторону, смеясь, пока она допивает вино.

Лицо Авы ярко-красное. Она пытается подавить ухмылку, играющую в уголках ее рта, но не может.

— С ним ничего не выйдет. — Ава потягивает вино и смотрит в окно на задний двор. — У меня есть другие дела, которыми мне нужно заняться в свободное время. Даже думать о том, что может случиться, — это проблема.

— Вся работа — сплошные неприятности.

Она машет рукой. — Хватит об этом. Почему бы тебе не сходить за своей гитарой и не сыграть для меня несколько песен. Я бы с удовольствием послушала, над чем ты сейчас работаешь.

— Правда? — Я встаю и направляюсь к задней двери, где оставила гитару, когда пришла утром.

— Да. — Ава улыбается и подтягивает колени к груди. — Я знаю, что иногда тебе тяжело из-за моей музыки, но ты самый талантливый человек, которого я знаю. Если кто-то и сможет добиться успеха в музыкальной индустрии, так это ты. А теперь сыграй мне песню.

Я смеюсь и приношу гитару обратно в гостиную, наигрывая мелодию, о которой продолжаю мечтать. Хотя у меня еще нет текста, когда я закрываю глаза и сосредотачиваюсь на музыке, все, что я могу представить, — это взгляд Кристиана и противоречивые чувства, которые он заставляет меня чувствовать.

Глава 15

Кристиан

Зои входит в кухню, ее волосы растрепаны, а глаза ярко сияют. Под глазами у нее темные мешки.

Она садится и тянется за чашкой кофе, которую я протягиваю ей.

Тихий стон наполняет комнату, когда она делает свой первый глоток.

— Мне не следовало сидеть допоздна вчера вечером, выпивая и играя песни для Авы. Это было ужасное решение. Человек поумнее пошел бы спать. Я не самый умный человек.

Я улыбаюсь, когда она опускает голову на стойку. — Похмелье может быть ужасным.

Она снова стонет, прикрывая голову руками. — В следующий раз напомни мне, что лечь спать — хорошая идея. Вообще-то, запиши это. Я все еще злюсь на тебя.

Со вздохом я прислоняюсь спиной к другой стойке. — Я знаю. Мне не следовало так реагировать прошлой ночью. Мне очень жаль.

Зои поднимает голову, ее глаза сузились. — Ты серьезно, или это просто тактика, чтобы заставить меня согласиться остаться дома и медленно сходить с ума, глядя на одни и те же стены каждый божий день?

— Я серьезно. У меня все еще есть свои опасения, но было бы лучше поговорить об этом.

Прошлой ночью я беспокоился о ней. Я смотрел, как она подписывает эти бумаги, и все, о чем я мог думать, это о том, как Демарко выхватил ее со сцены и унес прочь.

Я представил, как ее отец ждет в толпе, чтобы схватить ее и увезти от меня.

Когда я увидел эту подпись, все, о чем я мог думать, — это потеря ее.

И эта мысль была неприятной не только потому, что мне нужна была помощь ее отца.

От мысли, что кто-то заберет ее, у меня перехватило дыхание и заболела грудь.

— Спасибо, — говорит она, садясь прямо и проводя пальцами по своим растрепанным волосам. — Я ценю это. Спасибо, что позвал Аву. Я знаю, что сейчас никто из вас не является самым большим поклонником моей музыкальной карьеры, но это очень много значит для меня. Я знаю, что могу это сделать, но это означает, что я должна рисковать.

— Если выступления в баре два вечера в неделю — это то, что нужно, чтобы сделать тебя счастливой, тогда я готов ходить с тобой на каждое шоу. Но ты должна помнить о нашем уговоре. Если я говорю тебе, что ты должна отступить, значит, ты должна отступить. Я не рискую с твоей безопасностью.

Глаза Зои расширяются, когда она встречается со мной взглядом. Она прикусывает нижнюю губу, когда кровь приливает к моим ушам. Я знаю, что должен заставить ее остаться дома, где безопасно, но я действительно хочу, чтобы она была счастлива. Даже если я никогда не смогу стать тем мужем, которого она заслуживает, я, по крайней мере, могу сделать так, чтобы она была счастлива.

— Ты собираешься пойти со мной? — Ее тон скептичен.

Она хватает свою кружку и держит ее обеими руками, барабаня пальцами по стенке. — Ты не обязан.

— Да. Собираюсь. Я несу за тебя ответственность. Даже если команда пойдет с тобой, я должен быть там, чтобы защитить тебя. И я собираюсь быть там, чтобы поддержать тебя, Зои.

— Похоже, прошлой ночью тебе не очень понравилась эта идея.

Я киваю и обхожу кухонный остров. — Пойдем со мной. Я хочу тебе кое-что показать. Это небольшой сюрприз, над которым я работал последние несколько дней.

Она приподнимает бровь, но встает и следует за мной из дома на задний двор.

Мы проходим через ворота в дальнем конце двора, которые ведут к остальной части моей собственности.

— Над чем ты работал? — Я подхожу к небольшому белому зданию, она следует за мной.

— Если я скажу тебе прямо сейчас, это испортит сюрприз. — Я подхожу к ней сзади и закрываю ей глаза руками. — Я хочу, чтобы ты тоже чувствовала, что это твой дом, но у меня такое чувство, что ты пока этого не ощущаешь. Я надеюсь, это покажет тебе, что я серьезно отношусь к этому.

Зои кладет свои руки поверх моих. — Кристиан, это, кажется, немного чересчур. Тебе не нужно было ничего