Бывшие. Тайная дочь олигарха - Марго Лаванда

— Она упросила меня отвадить Дарью. Наговорила про нее ужасных вещей. Я поверила. Проверять не стала. Я должна была с тобой поговорить, знаю!

— Ты продала мою жизнь за пластическую операцию? — спрашиваю тихо.

Мать вздрагивает, как от пощечины.

— Я так сожалею! Да, я убедила себя, что поступаю правильно. Что Дарья тебе не пара, что с Викой тебе будет лучше. Теперь я понимаю, что она использовала меня. Все это время. Даже не скрывала. И я ей позволяла. Потому что не хотела признаться в том, как низко пала. Мне стыдно, Тимур. Я готова встать на колени.

Мать начинает плакать. Тихо, но с пронзительным отчаянием.

— Я хочу все исправить, сынок. Хочу познакомиться с внучкой. Понимаю, что Даша вряд ли даст мне шанс… Я попрошу у нее прощения. Спрошу, как могу загладить свою вину…

Всхлипывает, прикрывает лицо руками.

Я отвожу взгляд. В груди — глухая тяжесть. Не злость. Не даже обида. А только усталость. Я сажусь напротив нее, медленно.

— Я готова встать перед ней на колени. Готова извиниться. — Посмотрим, поверит ли она тебе. И захочет ли. Впрочем, не сейчас. Хорошо, что ты приехала. Это был не телефонный разговор. Теперь прошу, уезжай.

— Позволь мне остаться.

— Вы не выносите друг друга с Робертом. В этой гостинице тоже не стоит. Даша сейчас и так слишком напряжена. Дай нам с ней время.

— Я решу, где остановиться. Только не сердись на меня, прошу!

— Если бы все было так просто. Попросил — и готово.

Иногда нужно просить много раз…

Глава 32

Дарья

Заканчиваю смену, чувствую себя выжатой как лимон. Очень хочется добраться домой поскорее. Разговор с Тимуром, поцелуй, столкновение с Тамарой Альбертовной, день определенно выдался максимально тяжелым. А еще я начинаю привыкать к мысли, что Тимур надолго в нашей жизни. Уже никуда от этого не деться. Он хочет стать отцом Алисе, а у меня нет больше сил сопротивляться. Да и разве есть у меня такое право? Я чувствую, что дочь нуждается в нем. Смотреть на них вместе… Больно. Но в то же время, я не могу не замечать, как оба счастливы в этот момент.

— Даша, погоди! — слышу за спиной крик Орлова.

Догоняет меня, на губах легкая улыбка.

— Подброшу тебя? Можем заехать куда-нибудь перекусить.

Собираюсь отказаться, просто потому что сейчас хочу одна побыть, но не успеваю ответить — слышу позади звук шагов. Оборачиваюсь.

Тимур направляется в нашу сторону. Руки в карманах, лицо каменное.

— Дарья, мы вроде как договорились, что вместе домой едем.

— Не понял… — хмурится Артем.

— Надо объяснять? — выгибает бровь Алиев.

— Было бы неплохо.

— Вы еще подеритесь! — психую.

Нет, ну вот оно мне надо? Оба уперлись, а я ни с кем никуда ехать не хочу!

Артем не отступает ни на шаг. Его губы сжимаются.

— Конечно, вы наш босс, Тимур Каримович, но это не дает вам права распоряжаться нашей личной жизнью. У нас с Дарьей взаимный интерес. И сейчас мы не работе! А вот приставания босса…

— Так, Орлов, замолчи пока не наговорил лишнего, — холодно парирует Тимур. — У нас с Дарьей общая дочь, чтобы ты знал. Не стоит нам мешать.

— Что? Даш, это правда? Я мешаю? Даша… — Артем ужасно расстраивается, мне его даже жаль. Но куда сильнее мне жалко саму себя. Потому что это невыносимо! Хочется крикнуть:

Хватит! Оставьте меня уже все в покое!

Раздается быстрый стук каблуков, к нам подходит Софья Геннадьевна.

— Тимур Каримович, добрый вечер! — ее голос звучит мягко, даже немного приторно. — Артем, дорогой, ты уже закончил на сегодня? А я представляете ключи на работе забыла. Такая растеряша. Все в порядке, Тимур Каримович?

— Все отлично, Софья Геннадьевна, — коротко бросает Тимур, не сводя глаз с Артема.

— Да? Ну чтож, мы к этому стремимся, стараемся, чтобы все в отеле было спокойно и гармонично.

Женщина посылает мне быстрый взгляд, полный тревоги.

— Даша, еще раз спасибо тебе за помощь. Ты, наверное, домой очень хочешь? Подвезти тебя? — Софья Геннадьевна явно чувствует, что назревает буря и полна решимости отвести ее от любимого племянника.

— Конечно, — отвечаю с усталостью. — Я очень хочу домой.

Тимур распахивает дверцу машины. Артем стоит с вытянутым подбородком, взгляд упрямый.

Подумав, направляюсь к машине Алиева. Иначе подставлю Артема под удар, а я этого совсем не хочу!

— Если ты решишь, что я тебе нужен, Даш, я всегда рядом.

Киваю, но не отвечаю. Прохожу мимо, чувствую, как взгляд врезается в спину.

Сажусь в машину Тимура, но внутри шквал только начинается. Хлопает дверь, он занимает место водителя. Пристегиваюсь, не глядя на него.

Алиев заводит двигатель. Несколько секунд — только напряженное молчание.

— Спасибо, что остановила цирк, — произносит Тимур, глядя вперед. — Орлов к сожалению, порой ведет себя как подросток.

— Думаешь, ты выглядел взрослее? — фыркаю. — Ты устроил спектакль. Унизил Артема. Неужели так было надо? Он мне друг, Тимур. И, в отличие от некоторых, он всегда рядом.

Алиев сжимает руль крепче.

— Я знаю, что виноват перед тобой. Но я мужчина, Дарья. И я не уступлю женщину, которую считаю своей.

— Что? Своей?? Я не «вещь», Тимур, — психую. — Не чья-то собственность. Запомни это, прежде чем в следующий раз лезть в чужие разговоры.

Он шумно выдохнул, обнял руль ладонями.

— Хорошо. Я тебя понял. Извини меня, больше подобного не повторится. Я ревную, Даш.

Мурашки бегут по коже от этого признания.

— Ты голодная? Поехали поужинаем.

— Мне нужно к дочери, — отвечаю строго. — Алиса меня ждет.

Тимур замолчал, но в его лице что-то изменилось. Взгляд стал мягче. Почти уязвимый.

— Когда ты расскажешь ей? — спрашивает тихо. — Она имеет право знать.

Отворачиваюсь к окну, в груди сжалось. Ожидала этого вопроса. И все равно кольнул в самое больное.

— Я не знаю, — шепотом. — Все не так просто. Она еще маленькая. Я боюсь ее ранить.

— Я понимаю, — голос Тимура стал спокойным, почти ласковым. — Именно поэтому я начал искать психолога. Хорошего, детского. Он поможет, подскажет как поступить, чтобы это прошло мягко. Без травм. Постепенно. Осторожно.

— Ты все время торопишь события. Психолог, рестораны… Ты в нашей жизни три дня, а уже решаешь, как мне поступать с дочерью. Я не уверена, что ты сам готов к этому.

Алиев молчит. Но в этом молчании было больше, чем в словах. Что-то упрямое, горячее, щемящее.

— Я хочу быть частью вашей жизни, Даш. Не временно. Я понимаю, что сильно ошибся. И хочу все исправить.

Сжимаю губы, в горле ком. Так легко поверить