Сбывшийся сон - Эмили Роуз

— Всемогущий боже!

— Да, жениться! — В голосе Рика все еще слышалось с трудом подавляемое раздражение. — Да что с тобой сегодня? Ты смотришь на меня, как на приведение! — Он провел рукой по растрепанным волосам. — Извини. Наверное, я слишком волнуюсь. Но ради бога, скажи наконец хоть что-нибудь!

Потрясенная Синтия смотрела на него широко распахнутыми синими глазами, закусив губу. Переход от мрачного отчаяния к неземной радости лишил ее способности рассуждать. Она умирала в безжизненной дикой пустыне, а сейчас оказалась в цветущем тропическом саду под ярким солнцем.

— Что ты хочешь от меня услышать? — с трудом произнесла она.

— Сейчас лучше ничего не говори. Нет! — властно велел он, когда она попыталась что-то объяснить. — Я не хочу, чтобы ты отвечала сейчас, а то еще скажешь не то, что думаешь. Знай, с этой минуты я собираюсь действовать строго по правилам: я намерен ухаживать за тобой, как положено, как велят добрые старые традиции.

— Но мне кажется, ты уже завоевал меня. — В глазах Синтии наконец-то мелькнула улыбка.

— Это тебе только кажется. Дальше будет гораздо интереснее. — Рик привлек ее к себе и легонько коснулся поцелуем щеки.

От этого нежного прикосновения у Синтии сладко закружилась голова, и она почувствовала такую легкость, что, наверное, могла бы взлететь.

— Так что, готовься — я собираюсь приударить за тобой по всем правилам. И ровно через неделю приду за ответом. Кстати об ухаживании. — Он взглянул на часы. — Я заказал столик в «Песчаной тропе». Надеюсь, ты не откажешься пообедать со мной?

— В «Песчаной тропе», — эхом повторила Синтия.

Поражающий своим великолепием ресторан, один из самых дорогих на всем Карибском побережье. Она читала о нем в рекламных проспектах, но…

— А что? Ты предпочитаешь «Королевский павильон»?

— О нет! «Песчаная тропа» — это чудесно. — Она печально перевела взгляд со своего скромного костюмчика из льняной ткани на его, несомненно, дорогую белую рубашку и светло-серый шелковый костюм. — Только, боюсь, у меня вряд ли найдется подходящий туалет для такого случая. Я уверена, что в этом платье с распродажи меня не пустят дальше порога.

Он нахмурился, потом произнес с присущей ему великолепной самоуверенностью:

— Разумеется, пустят. Ведь ты будешь со мной! Между прочим, хочу открыть тебе большой секрет — ты отлично выглядишь в любой одежде. — Синтия едва не заплакала, увидев в его глазах неприкрытое восхищение. — Но если тебя это беспокоит, мы сегодня же полностью обновим твой гардероб. Что с тобой?

С губ Синтии сорвался нервный смешок.

— О, ничего. Не обращай внимания. Понимаешь, для меня это очень непривычно: за мной никогда еще не ухаживали богачи.

— Ничего, я уверен, что со временем ты привыкнешь, — невозмутимо ответил Рик, улыбнулся, взял ее руку и прижал ладонь к губам. — Радость моя, — прошептал он тихо. — Я так люблю тебя!

Орхидеи, розовые и белые гвоздики, бархатные темно-красные розы в капельках росы на нежных лепестках…

Букеты аккуратно прибывали каждое утро, и каждый был роскошнее предыдущего. У Анжелы иссякли вазы, а вместе с ними и восторженные восклицания. Цветы стояли в банках и плавали в ванной.

Они обедали и в «Райском уголке», и в «Поющей раковине», ужинали на террасе клуба «Коралловый риф», и море тихо плескалось у самых их ног. Вспыхивали в темноте изумрудными искорками светлячки, лицо Рика, такое загадочное при свете свечей, было совсем рядом, и в глазах его светилась нежность.

В первый же день он потащил Синтию из ресторана прямо в магазин и, не обращая внимания на ее протесты, накупил столько великолепных нарядов, что коробки с ними заполнили все заднее сиденье «бентли». К ним он добавил несколько наборов белья из тончайшего шелка, отделанного кружевами ручной работы, и, отвергая ее смущенные возражения, сказал: