Сбывшийся сон - Эмили Роуз

— Это будет твое приданое… то есть, если, конечно, ты решишь выйти за меня, — добавил он с виноватой улыбкой. — Никакой другой парень тебя в этих штучках не увидит.

Когда невесомые, тонкие как паутинка лифчики, трусики, рубашки дневные и ночные были завернуты в мягкую белую бумагу, Синтия взглянула на Рика, который стоял, облокотившись на прилавок, и подумала: выйду ли я за тебя замуж, дорогой мой? Неужели ты еще в этом сомневаешься?

Она любила исступленно, с лихорадочным трепетом, сгорая от неутоленной страсти. Она едва отдавала себе отчет в происходящем вокруг, не чувствуя земли под ногами. Для нее теперь существовал только Рик, он был ее единственной реальностью.

Каждый вечер, когда Рик отвозил ее в гостиницу, именно он старался избегать волнующих поцелуев и неизменно держал ее на расстоянии, несмотря на то, что его тело требовало совсем обратного. Синтия чувствовала, что он борется с собой.

Так, прошлой ночью, когда они довольно поздно вернулись из «Кораллового рифа», Рик порывисто обнял ее, но едва она, сразу ослабев, прильнула к нему, взял за руки и сжал их так, что Синтия чуть не вскрикнула.

Он глухо пробормотал:

— Иди, ради бога, — и почти силой вытолкнул ее из машины.

Синтия прошла в ванную, чувствуя, как у нее кружится голова — от любви и двух бокалов шампанского, — облокотилась о раковину и взглянула на свое отражение. Глаза светились любовью, они словно рождественские свечи освещали ее счастливое лицо. Теперь она была беззащитна и очень уязвима. Не отрывая пристального взгляда от своего отражения, Синтия устало провела расческой по волосам.

Наверное, это очень опасно — любить так сильно. Но ведь теперь ей, правда же, нечего бояться, неделя ухаживания подходит к концу, завтра Рик придет просить ее руки…

Прошлым вечером он спросил ее:

— Где именно ты хотела бы, чтобы мы поженились? Знаешь, здесь, на Барбадосе, устраивают необыкновенные, удивительные свадьбы.

Синтия поколебалась, рисуя в воображении свадебный обряд на чудесном тропическом острове, но все-таки сказала:

— Если не возражаешь, милый, я хотела бы выйти замуж в Лондоне, чтобы можно было позвать родственников и знакомых.

— А как насчет медового месяца? Мехико? Сейшелы?

— Твой остров был бы самым подходящим местом. Только вот… — Она замолчала, нерешительно покусывая губку.

— Что только? — спросил он.

— Рик, — не глядя на него, она принялась теребить пуговицу на его рубашке, — ты знаешь, в твоем шкафу я нашла женскую шелковую блузку и…

— Ах да. — Лицо Рика ровным счетом ни чего не выражало. — Селия действительно очень мила, но чересчур забывчива.

— Селия… — упавшим голосом повторил Синтия.

— Не смотри на меня так, словно я оскорбил тебя в лучших чувствах. — Он крепко стиснул ее пальцы в своей руке. — Селия — это верная жена Эдуардо, моего компаньона. В качестве подарка к десятилетнему юбилею их свадьбы я предоставил свой остров в их распоряжение на несколько дней.

— Но когда я нашла эту тряпку, то подумала… — Синтия замолчала.

— Я отлично знал, что ты найдешь ее там. — Он улыбнулся.

— И ты позволил мне поверить в это тогда и продолжать верить до сих пор, — пробормотала растерянно Синтия, чувствуя, что по ее спине пробежал неприятный холодок. Вот опять она получила доказательство скрытой в нем жестокости.

— Представь себе, позволил. — Улыбка мгновенно сбежала с его лица. — Дорогая, я хотел, чтобы ты испытала те же муки ревности, которые испытывал я, представляя рядом с тобой другого мужчину.

— Да с чего ты взял, что рядом со мной был какой-то мужчина? — Она взглянула на него глазами, полными слез. — У меня не было никого, кроме тебя, и никогда не будет.

— Хотелось бы верить. — Он был сейчас очень серьезен. — Все эти пять лет я старался забыть тебя и увлечься снова. Видит бог, я приложил немало сил, но ничего у меня не вышло. — Он криво усмехнулся и продолжил: — Значит, ты предпочитаешь мой остров? Мне тоже кажется, что лучшего места не найти. Но если спартанская жизнь тебе наскучит, я устрою круиз по Карибскому морю только для нас двоих. Что ты на это скажешь?

— Это было бы чудесно. — Ее мягкие губы дрогнули в благодарной улыбке.

— А потом, где бы тебе хотелось обосноваться? — Он ласково взглянул на нее. — Я, конечно, сохраню эту виллу, но, наверное, все-таки ты предпочла бы жить в Англии?

— Мне, правда, не так уж важно, где поселиться. Главное, что мы будем вместе. — Любовь так переполнила ее, что, не в силах сдержаться, она потянулась и поцеловала его в щеку. — Но я уверена, что тебе лучше всего жить в Терра-Нуеве.

— Да, наверное. У меня там есть вилла недалеко от моря, вполне подходящая, чтобы вместить большое семейство. — Глаза их встретились, и Синтия покраснела. — Когда мы будем наведываться в Европу, то станем останавливаться в лондонской квартире, хорошо?

Вспоминая об этом разговоре, Синтия вытянулась на удобном шезлонге, легонько вздохнула и окинула себя взглядом. Ее кожа постепенно приобретала насыщенный золотистый оттенок, приятно контрастирующий с новым купальником. Пока она втирала в живот и ноги масло для загара, появился старина Уильям с подносом, на котором в серебряном ведерке со льдом стоял кувшин с соком и блюдо с красно-золотистыми плодами манго. Он опустил поднос на столик рядом с ней.

Синтия приветливо улыбнулась.

— Привет, Уильям. Это так мило, что ты вспомнил о соке, — старательно выговорила она, пользуясь случаем попрактиковаться в испанском.

Слуга-испанец серьезно кивнул.

— Вы делаете успехи, сеньорита.

— Э… — с гримасой сожаления Синтия перешла на английский. — А господину Марсо вы отнесли прохладительного? Я думаю, он бы не отказался.

— Разумеется, сеньорита.

Они многозначительно переглянулись, прислушиваясь к сердитому стуку машинки, который доносился из открытого окна кабинета.

Синтия лениво проводила слугу взглядом из-под широких полей соломенной шляпы, когда тот вернулся в дом.

Уильям — безупречный слуга, вышколенный до кончиков ногтей. Он слишком сдержан, чтобы позволить себе выказать хотя бы малейшее удивление в ответ на ее новое неожиданное появление в жизни хозяина. Но, как и пять лет назад, он, несомненно, старался завоевать ее расположение.

Должно быть, Уильям слышал, как Синтия говорила Рику, что без ума от манго, и с тех пор, принося ей напитки, Уильям непременно дополнял их блюдом с роскошными фруктами, причем каждый из них выглядел так, словно на него тщательно навели на кухне глянец мягкой салфеткой.

Синтия налила себе еще ледяного сока. Льдинки в запотевшем кувшине приятно позвякивали. Очистив лоснящийся плод, она погрузила зубы в ароматную мякоть. Бросив косточку на тарелку, Синтия опустила руку и поболтала липкими пальцами в голубоватой воде бассейна. Теплая вода нежно омыла ее кисть. Как чудесно! Может быть, еще разок проплыть до конца бассейна — или не стоит? В этом прекрасном саду, окружающем виллу Рика, она чувствовала себя словно в раю.