Невеста плантатора - Розмари Роджерс

Тьма сгущалась — опасность становилась все явственнее. Лицо Альзены покрылось потом, капли скатывались между грудей, по бокам.

Как предостеречь Силию? Ведь она недоверчива, любопытна и вместе с тем неопытна.

Это оказалось куда труднее, чем предполагала цыганка. А Силия смотрела на нее выжидательно и нетерпеливо, желая узнать то, что не была готова услышать.

Все складывалось точно так, как однажды, давным-давно, когда Альзена, еще не старая, раскладывала карты для матери этой девочки — Марианны. Только Марианна не обратила внимания на предостережения, считая, что сама способна управлять своей судьбой и будущим.

Много ли можно сказать ее дочери?

— Ну что говорят карты? Что-то о моей матери? Вы ведь знали ее?

Альзена вздохнула:

— Да, я знавала твою мать. В Испании. Гадала ей на картах и предостерегала… советовала не совершать импульсивных поступков. Но она проявила упрямство и пошла своей дорогой.

— И что же?

— Закончила жизнь несчастной, вдали от своего народа! Ты сама это знаешь. Ты хорошо представляешь свою мать?

— Плохо. Разрозненные воспоминания, а в целом все смазано. Помню, меня часто оставляли со слугами, а мать с отцом уходили. Но вдруг это прекратилось, и я решила, что ей очень одиноко. Но какая она была, не помню. Я слышала, будто мать до того, как вышла замуж за моего отца, была цыганской танцовщицей, и довольно знаменитой. Снискала успех на многих сценах Европы. Я всегда хотела танцевать, как она, и чтобы мною так же восхищались.

— Восхищались иноплеменники вроде твоей недоброжелательной тети Гертруды? Остерегайся своих желаний, маленькая гитана! Быть может, безопаснее укрыться в мире чужаков?

Силия вспыхнула:

— Зачем вы привели меня сюда и предложили погадать на картах? Что все это значит?

— Обнаженная правда ранит так же больно, как обнаженный клинок, понимаешь? Ты еще ребенок, а мать в твоем возрасте была уже женщиной. В этом нет ни твоей, ни ее вины. Скажу тебе ровно столько, сколько смогу.

Прежде всего хорошенько запомни: сила, которая позволяет справиться с любой ситуацией, скрыта в тебе самой. Усвой хотя бы это.

В Силии снова вспыхнул гнев. Цыганка явно избегала говорить о Марианне. Ее отрывочные слова пугали, но девушка пыталась связать их воедино.

— Вы сами настойчиво предлагали погадать мне. Отчего же, если карты предсказывают беду, не предупредить меня об этом? Я попытаюсь избежать ее. По вашим словам, вы ждали моего прихода, а теперь только смущаете меня. Где же справедливость вашего, а теперь и моего народа — цыган?

Альзена молча, бесстрастно изучала Силию — взвешивая, рассуждая, определяя… Но что?

— Неужели мое будущее столь же горестно и темно, как жизнь моей матери?

Выражение лица цыганки слегка изменилось, но ее таинственность пугала. Девушка чувствовала, что Альзена сомневается, стоит ли выкладывать все.

— Так о чем говорят карты? Я хочу знать! Это — мое право.

— Ха! Вот и зашел разговор о твоих правах! Не лучше ли сначала определиться, кто ты: цыганка или из чуждого нам племени? Ну, как ты думаешь? — В глазах Альзены блеснула угроза.

Альзена понимала, что глазами ребенка на нее смотрит зрелая женщина. Бедная, одинокая цыганская девочка! Малышку увезли от тепла, солнца и босоногого детства в мир холодных людей, презирающих ее из-за матери.

Альзена прочитала это по картам. Но что-то темное, скрытое глубоко в памяти девушки пугало и настораживало. Альзена предпочла бы обойти это стороной.

Что-то связанное с несчастной, своевольной Марианной? С ее внезапной смертью?

— Ну вот, малышка. — Цыганка провела несколько раз ладонью левой руки по столу и с невероятной быстротой снова разложила карты. — Что ты хочешь узнать о себе? Ну-ка посмотрим… В твоем возрасте девушки интересуются молодыми людьми. Давай скажу, кого выберешь ты или кто выберет тебя.

Двое влияют на тебя особенно сильно: светлый и темный. Оба по-своему опасны. Хочешь узнать больше? Тебе предстоит дорога — придется возвращаться, если намерена преуспеть в жизни. Ну что, считаешь, что все это обычная цыганская чушь? Но нет, все это правда. И то, что тебе следует проявить осмотрительность, когда выбираешь, кому доверять. А теперь замри и не приставай с вопросами, пока я не найду ответы на свои.