Три заветных слова - Кэролайн Андерсон

— Отмени все. Скажи, что не можешь или не хочешь заниматься их свадьбами. А может, хочешь?

— Я не уверена, — медленно произнесла Анита. — Некоторые из них — просто испорченные дети, которые хотят, чтобы у них было все самое модное и современное. Я ненавижу организовывать звездные свадьбы для пустоголовых девчонок, которые не понимают истинного смысла этого события. Но некоторые невесты очень милые, и, если это действительно важно для них, я готова устроить свадьбу мечты. Это просто прекрасно.

— Так рассортируй их, — предложил Джио. — В деньгах ты нуждаться не будешь, я получаю больше, чем нужно нам обоим. Да и забот у тебя будет много, когда родится малыш. Делай ровно столько, сколько хочешь.

— Ты не против, если я буду работать?

Он рассмеялся:

— Разве у меня есть право голоса? Я не твой муж, Анита, и уж точно не надсмотрщик. Только тебе решать, что делать со своей жизнью. Конечно, я не против. А пока нужно решить, где мы будем жить.

— Мы? — неуверенно спросила она, и Джио пожал плечами:

— Ну, ты. Ты и ребенок. Хочешь остаться здесь или переедешь во Флоренцию?

«Значит, все же не мы», — подумала Анита и упала духом.

— Почему бы не остаться на вилле? Здесь есть все необходимое, и моя семья рядом.

— Тесновато. Было бы неплохо иметь еще одну или две спальни, а площадка за виллой идеально подходит для бассейна. Я так и вижу это — огромный бассейн, а за ним вид на прекрасную долину.

— Джио, у меня нет таких денег.

— Но у меня есть, — парировал он. — Бассейн — это, пожалуй, чересчур, но спальни… Лучше сделать все до появления ребенка. Ты ведь не хочешь, чтобы тут были грязь и беспорядок?

Джио обсуждает вложение денег в ее дом? Кажется, ситуация постепенно меняется. Но слова, которых она ждала, еще не сказаны, и Джио не может определиться, «мы» это или «ты».

— Кстати, с Камиллой Понти все будет в порядке, — неожиданно сказал Джио. — Я говорил с Марко, ее бывшим партнером по бизнесу. Он собирается принять ее обратно.

Анита очень удивилась:

— Просто так?

Он посмеялся:

— Ну, не совсем. Марко не знал, что у Камиллы ребенок-инвалид. Она никогда не говорила о себе, и он не представлял, в какой ситуации она оказалась. Так что он принимает ее на работу, на другую должность, с небольшой фиксированной зарплатой, которой хватит на жизнь. Кроме того, Марко будет оплачивать счета ее сына. Если все пойдет нормально, он повысит ей зарплату.

— Ого! Впечатляет. Как ты уговорил его?

— Я привел его в больницу, и Камилла познакомила Марко со своим сыном. Он ушел в слезах.

— А ты видел мальчика?

Он кивнул:

— Да. И, должен признать, там отличные специалисты, за это стоит платить. Мальчик ограничен в способностях, но они понимают, когда он отвечает, и общаются с ним гораздо лучше, чем я мог представить. Выглядит он довольным, что стало для меня неожиданностью.

— Это так грустно.

— Да. Грустно. Иди сюда.

Анита прильнула к нему, и Джио положил руку на ее живот.

– Ciao, малыш, — сказал он, легонько побарабанив пальцами по животу, потом обратился к ней: — Ты в порядке?

— Кажется, да. Я сегодня виделась с Лукой, и он запишет меня на УЗИ где-то на двенадцатой неделе беременности.

— Можно мне пойти с тобой?

Во взгляде Джио была забавная неуверенность, как будто он сомневался в ответе Аниты. Она обняла его:

— Ох, Джио, конечно, можно. Это и твой ребенок.

– Grazie, — промурлыкал он и поцеловал молодую женщину.

Анита положила руку поверх его руки:

— Надеюсь, малыш в порядке.

— Я тоже, но, если нет, это не имеет значения. Я все равно буду любить его. Ты была не права. Дело не в том, что я не могу найти в своем сердце место для любви к ребенку. Я просто боюсь разочаровать его. Но, пока ты не забеременела, я не представлял, что значит быть родителем. Мне было известно об ответственности и необходимости эмоционально защищать ребенка, однако я не понимал, каково это — чувствовать, что твой ребенок растет и развивается, превращаясь в настоящего человека, в частичку тебя. Что бы с нами ни произошло, я никогда не брошу его.

— О, Джио.

Анита поцеловала его в щетинистый подбородок. Он повернул голову, нашел ее губы и впился в них долгим поцелуем.

— Ты голодна? — спросил Джио. — Тебе нужно поесть.

Она улыбнулась:

— Я весь вечер ела печенье.

— Хорошо. Потому что я хочу предложить тебе кое-что другое, — сказал он, задорно улыбаясь и напоминая того мальчишку, в которого она когда-то влюбилась.

Джио взял Аниту на руки, вышел в коридор и повернул направо, а не налево.

— Куда ты меня несешь?

— Это сюрприз.

Он вышел с ней во двор.

* * *

Джио отвез Аниту в каштановый лес в поместье Валтьери.

Они припарковались, он достал из багажника корзину для пикника, повесил на плечо плед и направился по тропинке, ведущей к просеке. Перед ними простиралась нескончаемая долина. Они видели особняк, домик Луки и Изабель. Маленькое строение вдалеке — это дом Аниты, а рядом вилла побольше, где живут ее родители.

— Мне здесь очень нравится, — заметила Анита, устраиваясь на пледе.

Джио лег рядом, закинув руки за голову:

— Да, ты всегда любила это место. Если я не мог тебя найти, а мне требовалась помощь, я знал, куда идти.

— Я до сих пор прихожу сюда, когда хочу побыть одна и подумать о чем-нибудь.

— Как и я. Мы много времени проводили в этих лесах, когда были детьми. Помнишь?

Джио вытянул руку в сторону, чтобы Анита могла использовать ее в качестве подушки.

— Конечно. Я помню, как ты упал с дерева, сломал ногу, и мне пришлось ехать на твоем велосипеде в особняк, чтобы позвать на помощь. А ты злился.

— Да, похоже на меня, — засмеялся Джио. — А помнишь, как я врезался в дерево?

— Ты очень сильно ударился. Я испугалась, что ты больше не сможешь дышать.

— Это было ужасно, — согласился он. — Я никогда не рассказывал об этом родителям.

Анита улыбнулась и положила руку на живот.

— Интересно, будет ли малыш таким, как ты? — Она скорчила недовольную рожицу. — Такого сорванца ужасно тяжело воспитывать.

— Уверен, мы справимся, — заверил ее Джио.

И снова это «мы» повисло в воздухе.

Он притянул молодую женщину к себе, она прижалась щекой к его груди.