Битую чашку - из жизни вон! - Мария Барская

Надежду на встречу с Марком на телевидении пришлось сразу похоронить. Там нам поговорить не дадут. Он постоянно в работе. В лучшем случае поздоровается и пройдет мимо. Значит, я должна с ним столкнуться в каком-нибудь, если так можно выразиться, досуговом месте.

На фестивале «Черешневый лес» я больше ни разу его не встретила. То ли он был занят, то ли на остальные концерты ходить и не собирался. Чтобы выяснить, куда обычно ходит Марк, пришлось задействовать все мои знакомства из области московской светской жизни. Ради получения нужной мне информации я даже пошла на подвиг – замирилась с Ленкой Гальской. Нашла-таки путь к ее сердцу (совместно с желудком): разорилась на совместный поход в «Боско-кафе». Против этого Ленка не устояла.

Мы замечательно провели там пару часов, поливая общих знакомых – от Леси Радомыжской до сопливки. Я долго плакалась Ленке по поводу своего похода на «этот проклятый день рождения Радомыжской», как мне там было противно, как ко мне приставали с грязными намерениями разные скользкие типы и, наконец, какая ужасная сволочь сама виновница торжества. Ленка радостно меня поддержала:

– Точно, сволочь! Знаю ведь, почему она не пустила меня освещать день рождения. Мне уже передали. Подумаешь, написала в статье об открытии бутика «Маноло Бланик», что Радомыжская в туфлях этой марки выглядела как вылитая Сара Джессика Паркер из «Секса в большом городе». Леся решила, будто я имею в виду ее кривые ноги! В общем-то, я именно это и имела в виду, только не думала, что она просечет. А она просекла и на меня обозлилась. Вот дура! Кто же из приличных людей статьи про себя читает. Сама виновата. Я ведь не для нее писала, а чтобы людей позабавить. Ежу понятно: в светской хронике никто про тебя ничего хорошего не скажет.

«Оправдывайся, оправдывайся, – злорадно думала я. – Может, Леся на тебя за свои ножки обозлилась, но, полагаю, инициатива твоего отлучения от нее была целиком сопливкина». Естественно, Ленку я просвещать на сей счет не стала. Мне было гораздо выгоднее, чтобы она оставалась при своем мнении.

Мы с ней с удовольствием разгрызли по косточкам Лесю, а затем я эдак невзначай перевела разговор на Марка. Гальская, увы, оказалась гораздо сообразительнее, чем я думала.

– Интересуешься? – оживилась она, и глазки ее загорелись. – Слушай, а как тебе удалось его подцепить? Я фотографии Гришкины видела и все хотела тебя спросить.

– Да мы до этого были уже знакомы, – как можно небрежнее постаралась бросить я. Про проект на телевидении я в журнале никому, за исключением сопливки и Анастасии, не сообщала. Чтобы не завидовали заранее, не сглазили и не злорадствовали, если не получится. И уж тем более не собиралась посвящать в свою тайну Ленку.

По поводу Марка наши с ней интересы, к счастью, совпали. Она тоже им интересовалась, правда, не по-женски, а сугубо профессионально, и принялась расспрашивать меня, что за человек Макаров, что любит, чего не любит и так далее. Видимо, пыталась из меня выудить какую-нибудь пикантность для своей светской хроники.

Пришлось напрячь фантазию. Не могла же я ей признаться, что пока ничего не знаю о вкусах и предпочтениях Марка. Мои старания были вознаграждены. Мне удалось выведать у Ленки основные места его обитания. Причем она даже не догадалась, что именно это меня интересует больше всего.

– Слу-ушай, – протянула она. – Если мы на какой-нибудь тусовке с ним пересечемся, непременно меня познакомь. А то он такой закрытый, не подступиться.

– О чем разговор, Ленусь, – мне ничего не стоило проявить душевную широту. Правда, ее настойчивость меня несколько встревожила, и, видимо, это отразилось на моем лице.

– Ой, да не делай такую кислую физиономию! – воскликнула Гальская. – Не собираюсь я у тебя его уводить! Не моего романа герой. У меня чисто деловой интерес.

Так я ей и поверила! При первой же возможности увела бы. Просто кишка тонка. Но я, конечно же, сохранив супердружеский тон, столь же пылко, как и она, воскликнула:

– Да ты что, Ленка! И не думала ничего подобного. Но вот в чем ты совершенно права, Марк очень разборчив в знакомствах. – Маленький плевок в морду никогда не помешает. Это хорошо ставит на место! Только потом обязательно надо смягчить удар, чтобы в конфликт не переросло. И я поторопилась добавить: – Впрочем, Марка можно понять. С тех пор как он пришел работать на этот канал, его одолевают со всех сторон. Вот он и вынужден соблюдать дистанцию.

– Только ты не забудь про свое обещание.

– Ленка, мы с тобой столько времени вместе работаем. Могла бы уже убедиться: если я что говорю, то обязательно делаю.

– Ловлю на слове.

«Лови, лови», – я уже твердо решила, что без крайней для себя надобности нипочем их не познакомлю. Никогда не имела привычки испытывать судьбу. А Ленка мне больше не нужна. Все, что она про Марка знает полезного, я и так из нее уже вытянула.

Вытянуть-то вытянула, но где его искать? Ходить на все подряд культурные мероприятия? Но Марк, насколько я поняла, посещает их нечасто. С большей долей определенности его можно поймать в любимом клубе или ресторане. Клуб, однако, закрытый. Чтобы войти туда, придется поискать человека с клубной картой. Скорее всего, это будет мужик. То есть, чтобы встретиться с Марком, я буду вынуждена сперва познакомиться с кем-то другим. А смысл? Мне-то как раз надо быть одной или, в худшем варианте, с подругой. Словом, клуб отпадает. Остается его любимый ресторан «Золотое сафари». Он там частенько ужинает, но тоже не каждый день. Значит, придется мне туда ходить как на дежурство. И не просто ходить, а ужинать. По словам Гальской, Марк минимум раз в неделю в «Сафари» бывает. Буду надеяться, в течение первой же недели мне повезет. Если не налегать чересчур на деликатесы и экзотику, в трубу я не вылечу, хотя там ох как дорого! А главная-то проблема: мне туда тоже нельзя явиться одной. Тем более вечером. Могут не так понять или вообще не пустить. И мужское сопровождение отпадает (смотри выше). Следовательно, как минимум я должна прийти туда с подругой. Абы кто для такой миссии не подходит. Полностью доверять я могу только Милке. Но она, во-первых, плохо настроена по отношению к Марку, во-вторых, не выносит подобных заведений, и, в-третьих, бюджет ей не позволяет. То есть придется вести ее за свой счет. Но ежевечерние ужины вдвоем в «Золотом сафари» и мой бюджет не выдержит. Хватит с меня Гальской. К тому же Милка даже ради меня не согласится на целую неделю забросить свое семейство. Я схватилась за голову. Что же делать? А потом, еще немного подумав, решила поступить как в детстве. Кинула монетку, и несколько раз подряд выпавшая решка подтвердила: мне обязательно нужно пойти в ресторан. Прекрасно! На один поход я Милку сподвигну. Если к ней пристать с ножом к горлу, не устоит. Вкусно поесть она любит. Особенно то, что не сама готовит. Поэтому пришлось еще погадать на монетке, какой день недели выбрать. О чудо: трижды выпала среда! И, пробормотав: «Жребий брошен – Рубикон перейден», – я приступила к охмурению Милки.

Сопротивление она оказала поистине бешеное, и мне пришлось положить немало трудов на ее уговоры. Больно уж ей моя идея не нравилась. К тому же Марк был как-никак и ее начальником – тоже, по мнению Милки, весомый аргумент против участия в моей авантюре.