Битую чашку - из жизни вон! - Мария Барская

– Ну-ка, расслабься, – наконец одернула меня Милка. – Смотришь куда-то мне за спину. Ужасно неприятно, аппетит пропадает. И вообще, если он придет, куда денется? Ты точно его увидишь.

Однако я ничего не могла с собой поделать и невольно все время посматривала на дверь.

Он вошел в тот момент, когда нам подали следующее блюдо, и я, отвлекшись на официанта, едва не пропустила самое важное! Монетка не обманула, желание мое сбылось, Марк был тут. Но... О ирония судьбы! Он пришел не один, а с компанией – еще две женщины и один мужчина. Значит, одна женщина с ним!

– Ты что? – с тревогой поглядела на меня Милка. – Подавилась?

Она ведь сидела к ним спиной и ничего не видела.

– Хуже, – объяснила я. – Он пришел, но не один.

– Что и требовалось доказать, – мрачно бросила Милка.

Тут мне стало ясно, что я неправильно выбрала диспозицию. Их провели за столик в дальней части зала, и теперь Милка могла их видеть, а я нет.

– Срочно меняемся местами, – решила я.

– И не подумаю, – уперлась моя обычно покладистая подруга. – Будешь потом на него таращиться. А я слишком хорошо к тебе отношусь и не позволю позориться.

– Мне только бы рассмотреть эту его даму.

– Какую из?

– А с какой он сел-то? С темненькой или беленькой?

– С беленькой!

Ну вот! Опять блондинка! Кто бы сомневался. Настроение у меня совсем испортилось. И хорошо, что спиной сижу. Охота была любоваться, как он с ней любезничает! Приди я сюда одна, вообще расплатилась бы и ушла. Но я не могла так подло поступить с Милкой. В кои-то веки вытащила ее в дорогой ресторан, наобещала с три короба... Вон с каким аппетитом она ест! Нет уж, вытерплю эту муку до конца. Сама виновата.

Милка вдруг, перестав жевать, радостно заулыбалась и приветственно замахала кому-то.

– Что ты делаешь? – шикнула я на нее. – Не смей привлекать его внимание.

– Да он первый меня заметил и помахал, – объяснила она. – Слушай, тебе надо повернуться и тоже помахать. Иначе неудобно. Получится, будто ты демонстративно его игнорируешь.

Я повернулась и тут же была вознаграждена широкой улыбкой Марка. А мгновение спустя он уже подошел к нашему столику.

– Девочки! Как я рад вас видеть!

Милка от неожиданности поперхнулась. А я на нервной почве затараторила:

– Знаете, Марк, наша Мила уже превратилась в звезду. У нее сегодня попросили автограф. Представляете?

– Замечательно. Поздравляю, Милочка! – перегнувшись через столик, он галантно поцеловал ей руку. Милкины щеки сделались красными, как два помидора. Те, в салате «Килиманджаро», были куда бледнее. – Ничего удивительного, – продолжал Марк. – Учитывая, как растет рейтинг вашей передачи.

А я тут же возьми и ляпни:

– Значит, и зарплату пора повысить!

Милка убила меня взглядом (счастье, что двустволка швейцара была в тот момент от нас далеко), щеки ее приобрели густо-свекольный оттенок.

– Намек понял, – заговорщицки подмигнул нам Марк. – Хотя, учитывая класс заведения, в котором вы ужинаете, с зарплатами у вас не так уж плохо. Но я подумаю. Такими звездами, как наша Милочка, не разбрасываются.

Подруга моя опять поперхнулась, хотя на сей раз ничего не жевала.

– А вы, Юля, подтягивайтесь, берите пример с подруги, – Марк перевел взгляд на меня. – Уверен, скоро у вас тоже начнут автографы просить. Во всяком случае, надеюсь.

Зачем он к нам подходил, я не совсем поняла. Ничего содержательного он так и не сказал. Но мне все равно было приятно, потому что белесой мымре, которая с ним пришла, наверняка это не понравилось.

Домой я вернулась хоть и сытая, но с пустым кошельком и ощущением, будто меня провели. Вроде бы сбылось все, о чем я мечтала, а результат – нулевой. А, ладно. Хоть Милка удовольствие получила. Но для меня это было слабым утешением, и я проревела полночи. Марк ускользал от меня, как угорь, и как его зацепить – непонятно. Скорее всего, я просто ему не нужна!

Однако на следующий день он мне позвонил. Сам. Прямо на работу.