Возлюбленная виконта - Эмили Брайан

— Я же сказала, что да.

Люциан снова услышал странный звук, и вот она уже снова стоит перед ним.

— Я вернулась.

Он протянул к ней руки, подняв их на этот раз выше, потому что знал, что второй раз отпустить ее грудь не сможет. Его ладони опустились на ее мягкие голые плечи, и он наклонился, чтобы поцеловать ее.

Она перехватила его губы на полпути. Он обнял ладонями ее щеки, радуясь, что чувствует вместо щекочущих перьев маски кожу. Ее губы приоткрылись, и он ответил на безмолвное приглашение, только теперь не торопился, наслаждаясь вкусом ее губ.

Вспоминая вкус Дейзи.

В жарком, пыльном пространстве сарая Дейзи имела вкус ароматизированного апельсином чая и сладкого печенья. От этой женщины пахло красным вином, пьянящим ароматом жасмина, способного одурманить Люциана.

Неужели он не в состоянии определить, одну ли и ту же женщину целовал оба раза?

Может, для этого у него просто не хватает опыта?

Не важно, Дейзи это или Бланш, поцелуй был восхитительным.

Ее волосы под париком были стянуты на затылке в тугой узел. Продолжая целовать ее, Люциан вытаскивал из ее волос шпильки, распустив их по плечам и спине. Продолжая ее целовать, Люциан пробежал руками по ее шелковистым локонам, таким же длинным и шелковистым, как у Дейзи.

Когда по его просьбе она сняла маску, Люциан провел пальцами по ее лбу, пытаясь представить себе ее лицо. Люциан нащупал губами кончик ее носи, слегка вздернутый, как у Дейзи, и поцеловал.

Прижав ее к себе, Люциан снова стал ее целовать, нежно покусывая губы.

Она постанывала. Сначала тихо, потом все громче и громче. Потом вдруг оттолкнула его.

Тут Люциан понял, что она стонет не от страсти, а от боли, и отпустил ее. Она чуть не упала. Люциан подхватил ее и прижал к груди.

— Ох, — простонала она.

— Что случилось?

— Я подвернула лодыжку, когда упала. Думала, что пройдет, но не проходит. Чертовски больно.

Люциан подхватил ее на руки.

— Уф! — пискнула она. — Что вы делаете?

— Несу в постель, чтобы не тревожить ногу.

— Но вы же ничего не видите, — возразила она. — Мы так врежемся в камин.

— Вы позволите мне снять повязку? — спросил он.

— Нет! — И добавила, смягчившись: — Я никому из мужчин не показываю своего лица, Люциан. Таково мое правило.

— Что в данный момент чертовски неудобно.

— Тем не менее вы дали слово.

— Ладно, — вздохнул он. — Тогда направляйте меня, если не хотите, чтобы я всю ночь простоял здесь с вами на руках.

— Звучит заманчиво, но, увы, это неосуществимо. Повернитесь чуть-чуть вправо и сделайте шаг в сторону. Так хорошо. Теперь три больших шага… Ох!

Он стукнулся коленом о боковую перекладину кровати, и оба повалились на перину.

Дейзи издала долгий низкий звук.

— Я причинил вам боль?

Он попытался принять вертикальное положение. Ее всхлип перешел в истерический смех.

— Нет, просто… вы знаете, у меня были определенные планы для нас обоих. Но теперь у меня так болит лодыжка, что… О Юпитер! Не могу поверить, как судьба посмеялась надо мной.

— Надо мной тоже. Но у нас будут и другие ночи, — сказал он и, нащупав, сжал ее руку. «Как и дни», — хотел он добавить. — Позвольте мне взглянуть на вашу лодыжку.

— Нет, Люциан, вы обещали.

Он услышал, как скрипнула кровать, и решил, что она села.

— Я имел в виду не буквально посмотреть, — произнес он ровным тоном, каким обычно успокаивал испуганную лошадь. Его ладонь легла на ее плоский живот. — Я просто хотел проверить травму с помощью рук, а не глаз. Успокойтесь.

Он почувствовал, как она откинулась назад.

— Ладно, — произнесла она тихо.

Он медленно двинул рукой, чувствуя сквозь тонкую ткань сорочки тепло ее тела. С сожалением заставил себя миновать без задержки то благословенное место, где сходились ее бедра. Страдая от боли, она вряд ли одобрит его исследования этой области.

«Господи, молю тебя, пусть будут у нас еще и другие ночи!» Люциан сел рядом с ней на кровать.

Пока его ладонь продолжала спускаться к колену, ее бедро слегка подрагивало. Достигнув подола сорочки, он приподнял его до колен. Если бы не повязка, вволю насладился бы зрелищем стройных икр и изящных щиколоток.

Вскоре он обнаружил, что пальцы вполне могут заменить глаза. На ней были тонкие чулки. Нащупав под коленом подвязку, он осторожно потянул за тесемку и скатал чулок вниз по нежному изгибу до стопы. И… и!.. обнаружил холод шероховатой поверхности украшенной камнями туфли.

— Насколько могу судить, здесь все в порядке.

Приподняв ее ножку, снял туфельку. Но прежде чем поставить ее на пол возле кровати, проверил пальцами высоту каблука. Платформа добавляла по меньше мере шесть дюймов[15]роста. Это, безусловно, объясняло причину падения.

И многое другое.

— Вторая лодыжка, — сказала она.

Тогда он взялся за ее правую ногу и спустил вниз чулок. Когда нащупал пальцами опухшую щиколотку, она вздрогнула.

— Простите, что сделал вам больно, — извинился Люциан. — Но поскольку лодыжка опухла, нужно срочно снять чулок и туфлю, пока это еще возможно. Позволите?

— Да, пожалуйста.

Стараясь действовать как можно осторожнее, Люциан снял туфлю и аккуратно стащил чулок. Лодыжка увеличилась в размере чуть ли не вдвое и горела.

Возможно, перелом кости. Все мысли о флирте мгновенно улетучились.

— Вам срочно нужен доктор.

Он встал.

— Люциан, помните свое обещание. О, постойте! Все в порядке. Теперь можете снять повязку, — прозвучал ее приглушенный голос.

Сорвав с лица темный шарф, он взглянул на нее и увидел, что она накрылась подушкой. Он с трудом сдержал смех. Она продолжала комедию. Очень хорошо. Пока игра обольщения доставляла ему удовольствие. Теперь, когда Люциан знал еще несколько правил, он намеревался выиграть последнюю партию.

Затем его взгляд проследовал к ее бедной ножке. Даже при скудном освещении было видно, что в области лодыжки расплылся чудовищный кровоподтек. Склонившись над ней, он поднес ко рту ее руку.

— Я с вами прощаюсь, моя маленькая французская птичка.

— Люциан, пожалуйста, скажите…

— Не бойтесь, я предупрежу слуг о вашей проблеме. Пожалуйста, дайте знать, когда сможете принять меня. И поверьте, моя дорогая Бланш, я по-прежнему остаюсь вашим преданным обожателем.