Третий поцелуй - Лианна Уилсон

— Мои искренние поздравления! — разволновалась миссис Моррис, обнимая кучу маленьких ребятишек. — Мы за вас очень счастливы.

— Спасибо, — горячо поблагодарил Мэтт.

Брук запретила себе мечтать о настоящей свадьбе с Мэттом. Она современная женщина, психолог, в конце концов, а не какая-нибудь доисторическая Золушка!

— Миссис Моррис, боюсь…

Мэтт рванул ее к себе с такой силой, что Брук не смогла даже сделать вдох. Ощутив твердость его широкой груди, она потеряла способность думать.

Высказывание осталось незаконченным.

— Дети вам кое-что приготовили! — Миссис Моррис протянула им упакованную в фольгу коробку, на которой была по меньшей мере сотня поздравительных надписей.

— Сохраните тесьму от подарков, сделанных до свадьбы… — предложила Фелиция, подбираясь к столу.

— Для чего? — удивился Мэтт.

— Неважно, — оборвала его Брук. — Мы не можем этого принять.

— Подумай, пожалуйста, как это отразится на детях.

— Но…

— Так зачем нужна тесьма? — допытывался Мэтт, разрывая ее сильными пальцами.

Брук представила себе, как эти руки скользят по ее телу… По спине пробежала струйка пота, и она пришла в себя.

— Из них мы сделаем букет для репетиции и будем па нем гадать, — загадочно сказала Фелиция.

Заинтригованный рассказом будущей тещи Мэтт протянул ей уже сорванную ленту.

— Каждая разорванная лента, — продолжала та, поглаживая копчиками пальцев место разрыва, предвещает ребенка. Внука. Хоть я пока не готова становиться бабушкой.

А Брук, между прочим, еще не готова становиться мамой. Дети вокруг хихикали, Мэтт гордо улыбался, будто уже выступил в роли отца, а Брук краснела, как первоклассница.

Мэтт взял коробку и продолжил обдирать фольгу — Не волнуйся, — ободрил он невесту, — с детьми мы подождем до свадьбы.

Их взгляды встретились, и перед девушкой предстала такая картина: Мэтт держит на руках их первенца, его движения преисполнены нежности и любви… Так. Пора определиться в своих желаниях.

Что ей нужно? Муж? Семья? Дети?

— А что с детьми? — Голос Брук дрожал. — Я имею в виду, с детьми из приюта.

— Они получат деньги назад. Причем с процентами. Ты еще помнишь условия нашей сделки?

Как она могла забыть? Определенно, присутствие Мэтта отрицательно сказывается на ее умственных способностях.

Мэтт снял крышку с коробки и зашуршал оберточной бумагой. Дети забавно вытянули шеи, заглядывая внутрь, как если бы не знали, что там лежит. У Брук дыхание замерло в груди.

— О боже! — ахнула она, когда Мэтт осторожно вытащил стеганое одеяло, сшитое из крошечных кусочков материи. Все они были тщательно подогнаны друг к другу заботливыми детскими руками.

На одних были вышиты свадебные колокола, на других — свечи и цветы. И каждая вышивка была подписана.

— Как вы это сделали?

— Не будем скрывать, это было нелегко. У нас же многие считают вышивание занятием для девчонок, так? — Миссис Моррис грозно посмотрела на толпившихся ребят. — Но все хотели принять участие в изготовлении подарка для вас.

— Это чудесно, — проговорила Брук, не стыдясь катящихся по ее щекам слез.

— Оно объединит вас, — подмигнула Элиза, окончательно смутив девушку.

Они не могут принять подарок, но не могут и вернуть его без того, чтобы не причинить детям боль. А Брук не может выйти замуж, только чтобы порадовать их.

Л вдруг этот брак даст ей все, о чем она когда-либо мечтала? Голова просто взрывалась от боли.

Что же теперь делать?

— Вы можете поцеловать невесту. — Священник посмотрел поверх очков на брачащихся, а его брови через всю плешь уехали па затылок.

— Что, прямо сейчас? — перепугался Мэтт.

— Вообще-то сейчас репетиция, — хмыкнул священник. — Так что давайте, тренируйтесь.

А ему, между прочим, не нужна тренировка.

Чтобы целовать Брук, нужно просто следовать велениям своего сердца. Их поцелуи всегда такие жаркие, возбуждающие…

— Я бы предпочла более страстного зятя, — буркнула Фелиция, чем вызвала хихиканье в рядах приглашенных.

Какие все умные! Он и так едва сдерживается.

Разве можно с такой невестой ограничиться одним поцелуем?

— Никаких поцелуев, — категорически заявила Брук и, защищаясь, выставила руки вперед. Ее глаза расширились от испуга. Могла ли она на расстоянии почувствовать возбуждение Мэтта, услышать его учащенный пульс?

А ему внезапно захотелось выскочить вон, аккуратно прикрыв дверь с другой стороны. Первый раз в жизни Мэтт Каттер спасовал. Ни одна женщина не имела над ним власти, и ни за одну женщину он не боялся, как за Брук. При этом он безумно хотел остаться и не репетировать, а просто взять и жениться на этой девушке.

Это все сказка, Каттер! Твои чувства выдуманы тобой же. Хватит валять дурака.

Но как же хотелось сделать сказку явью, сказать «да» и, схватив в охапку вздорную любимую спорщицу, отправиться с ней в свадебное путешествие!

Раньше мысль о женитьбе и не приходила в голову Мэтта. Все равно женщина вышла бы не за Мэтта Каттера, а за то, что он собой олицетворяет — красивую и безбедную жизнь.

Брук совсем не похожа на других женщин. Интересно, она может не думать о деньгах? Может любить его таким, каков он есть?

Мэтт долго шел к пониманию своих чувств. Отпираться больше пет смысла. Да, он любит Брук Уотсои любовью всепоглощающей, пылкой и нежной. Он хочет жить с ней долго и счастливо, спать в одной постели, растить детей, а потом умереть в один день. Но как быть?.. Брук совсем не приемлет его образа жизни, отвергает деньги и, наверное… его самого?

— Ты не хочешь поцеловать Мэтта? — В голосе Фелиции звучал священный ужас.

Мэтт заранее знал ответ. Чувствовал его — как чувствовал колебания Брук.

Подавив желание уберечь любимую от ненужных нервных встрясок, он решил немного подождать ее ответа. Может, так она приоткроет завесу тайн и позволит разгадать ее чувства?

— Ну… — запнулась Брук, — я…

Ее взгляд завораживал Мэтта. Что-то изменилось в их сознании, и между молодыми людьми промелькнула искра понимания.

Брук очень хотела поцеловать Мэтта. Ну, совсем как он хотел целовать ее. Но не сейчас. Не здесь. В гораздо более тихой и интимной обстановке.

— Спасибо, мы подождем. — Брук все-таки опустила руки и сделала шаг в сторону. — Не при таком скоплении народа.

— Ой, какая застенчивая невеста, — умилилась Элиза. — Такая редкость в наши дни. Но завтра вы должны будете поцеловать жениха. Чтобы все гости от зависти попадали.