Дневник стюардессы - Мариса Макл

Правило девятое. Никогда не кладите колбасу в чемодан.

— Привет, привет маленький разбойник! — Я погладила соседского джек-рассел-терьера, который подпрыгивал и заливался громким лаем, приветствуя мое возвращение домой. — Как всегда, голодный, да? Не собака, а бездонная бочка, только гавкающая.

Я открыла дверь квартиры и не без опасения вошла внутрь. Но меня ждал приятный сюрприз: кругом царит безупречная чистота, а в вазе на подоконнике стоят свежие цветы. И отопление работает, а потому в квартире тепло и уютно. Благослови, Господи, заботливую душу Эдель, которая подумала обо мне. Как бы далеко я ни ездила и в каких бы роскошных отелях ни останавливалась, самый чудесный момент — это возвращение в собственный дом. В мою маленькую квартирку. Собственную. Ну, то есть почти собственную. Пока она принадлежит и мне, и банку.

— Сегодня у меня для тебя прекрасный сюрприз, — сказала я песику, который вертелся у моих ног. — Придется немножко потерпеть, дружок.

Песик крутился вокруг моей сумки, принюхиваясь и повизгивая, а я расстегивала молнию. Но, открыв сумку, я не обнаружила там колбасок. Ах черт, так ведь это чужая сумка? Поверить не могу, я перепутала багаж! Я без сил опустилась на стул. Песик смотрел на меня недовольно и недоверчиво.

Я быстренько покопалась в чужом чемодане. Может, это вещи Керри? Или Сорчи? Ярлычка с именем нет.

Внутри не было ничего характерного. Пара колготок, чистый передник, туфли и красная кожаная папка. Это инструкция, которую всем членам экипажа и стюардессам полагается вечно таскать с собой, но она столько весит, что мало кто следует этим указаниям. Ну и черт с ним! Рано или поздно вторая стюардесса обнаружит путаницу, сообщит в администрацию, и они начнут обзванивать всех, и все выяснится.

Я расплела тугой узел, в который были стянуты волосы, скинула туфли на шпильках и сунула ноги в розовые пушистые тапочки. Потом вошла в спальню и тщательно сняла всю косметику с лица — кожа должна отдыхать. Надо бы собрать вещи для завтрашнего полета в Америку, но я слишком устала. Пойду-ка спать. Будем надеяться, что часа через три-четыре я проснусь и буду в более адекватном состоянии. Я выставила собаку за дверь, а чтобы он уж совсем на меня не обиделся, пожертвовала ему слегка подкисшее молоко из холодильника. Он с довольным урчанием сунул нос в миску. Я так устала, что мне казалось, если я лягу, то никогда больше не проснусь.

И вот я наконец забралась в кровать, завернулась в одеяло и уже почти погрузилась в сладкий сон. Я вижу себя на борту той самой яхты. Только теперь капитаном был сам мистер Кейн, и он наливал шампанское в высокие хрустальные бокалы. Еще на яхте неожиданно оказался Колин Фарелл, что меня несколько удивило, потому что я никогда в жизни не имела дела с настоящей знаменитостью. Ну, то есть на борту самолета я кое-кого видела, но чтобы вот так тесно общаться и запросто болтать — не приходилось. А вообще-то за время работы стюардессой я перевидала кучу известного народа — от членов группы «Ю-ту» до Пош и Бэкса.[1]Боно и его команда очень вежливы, а Адам Клейтон всегда заказывает только вегетарианские блюда. Бекхэм в жизни выглядит так же классно, как на рекламных плакатах, и я почти ничего не могу сказать о Пош, кроме того, что предложенный ей завтрак она есть не стала. Люди очень часто спрашивают о знаменитостях, с которыми мы сталкиваемся во время рейсов. Однако рассказывать особо нечего. В креслах, пристегнутые ремнями безопасности, они выглядят как обыкновенные люди. Нам строго-настрого запрещено просить автографы, и мы стараемся не оказывать им предпочтения и не уделять больше внимания, чем остальным пассажирам.