Самая сексуальная журналистка - Дженнифер Рэй

Передача закончилась, по экрану побежали титры, и Кэш услышал, как Фейт с шумом втянула воздух ртом. Собравшись с духом, она повернулась к нему, и синие глаза встретились с карими. Будто океан встретился с сушей. Какими красивыми были ее глаза… Они держали его в плену с того самого дня, как он впервые попробовал закрыть ее программу. Чуткие, неравнодушные. Фейт всегда искала ответы, и сегодняшняя передача не стала исключением. Юморная, фривольная, познавательная. Он был идиотом, когда считал, что ее передача им не подходит. Фейт просто требовалось больше помощи – больше руководства.

Создавалось ощущение, будто он жил в мире теней, которые вдруг рассеялись. Он должен был рассказать Фейт. Сегодня ему звонил Грант. Но Кэш не хотел говорить ей – пока. Не теперь, когда она была рядом. Завтра все будет кончено, но у него осталась эта ночь, и, даже если это уничтожит его, он покажет Фейт, что чувствует и как много она для него значит. Всегда значила.

– Ну, как тебе? – взволнованно спросила Фейт, и Кэш крепче обнял ее. Она сомневалась в себе, ведь он ни разу не дал ей понять, что верит в ее силы.

– Это было… – начал он, и Фейт в ожидании подняла на него взгляд, – гениально.

Она расплылась в улыбке, и Кэш наклонился, чтобы поцеловать ее.

– Разве я не говорила тебе, что гениальна?

– Нет, не говорила. Но ты и правда гениальна. Ты – гениальная и красивая.

– Наконец-то ты прозрел! – засмеялась она, и в груди у Кэша заныло. Фейт и понятия не имела…

– Тебе не следовало делать все самой.

Улыбка дрогнула, Фейт немного напряглась.

– Теперь это уже не имеет значения.

Он хотел сказать ей, что имело. Хотел сказать, что передумал, но тогда Фейт решила бы: он говорит так исключительно потому, что хочет секса. Оставалось только молчать, вопреки его настойчивому желанию всегда быть честным. Но он мог быть честным в другом.

– Ты знаешь, что имеет значение? Ты. Мы. Прямо сейчас. Здесь. Это имеет значение. Ты много значишь. Для меня.

Ее обжигающий взгляд пронзил его грудь.

– Ты тоже много значишь для меня, – прошептала Фейт. И не успела она продолжить, как Кэш потянулся к ней.

Он опустил Фейт на диван и, нависнув над ней, прижался губами к ее рту в жадном поцелуе. Его губы скользнули к ее шее, и Фейт застонала от наслаждения.

– Значит, ты думаешь, что передача была хорошей.

– Просто великолепной.

– Так какая фантазия понравилась тебе больше всего?

Он взглянул ей в глаза.

– Единственная фантазия, которая мне нужна, – здесь, в моих объятиях.

* * *

Кэш целовал ее. Снова и снова. Целовал до тех пор, пока она не потеряла способность дышать. Но он не спешил. Фейт знала, что он сдерживается. И понимала, почему. Он занимался с ней любовью – это был не просто секс.

Кэш медленно поднес ее пальцы к своим губам и, глядя ей в глаза, поцеловал их. Ленивое блаженство пробежало сквозь нее, теплый туман окутал сознание, тело обмякло.

– Я хочу переместиться в спальню. – Кэш улыбнулся, но Фейт осталась серьезной. Между ними происходило нечто важное, и она не знала, сможет ли это выдержать. Но Кэш встал и протянул ей руку, так что оставалось только подняться.

– Этой ночью мы не будем торопиться. – Уголок его рта вздернулся в еле заметной улыбке, и Фейт наконец-то улыбнулась в ответ.

– Хорошо.

– Я хочу, чтобы сегодня ты наслаждалась этим так же сильно, как и я.

– Тогда тебе лучше начать, – улыбнулась Фейт, и Кэш повел ее в спальню. Фейт легла на постель, сгорая от волнения, но стоило Кэшу опуститься рядом с ней, как в душе все успокоилось. Он провел пальцем по ее брови и ниже, к щеке.

– Ты уверена, что хочешь этого? – от его голоса, хриплого, с нотками первобытной страсти, Фейт бросило в дрожь.

– Да, – какой простой ответ… Незнакомая доселе ясность проникла в ее разум, сердце и душу.

Он взял ее за руку и держал, пока Фейт не взглянула ему в глаза.

– Я хочу узнать тебя, Фейт. Даже если у нас что-то не получится, я хочу узнать тебя.

– Узнать меня нелегко.

– Да, с этим не поспоришь. Хотя я могу читать тебя как книгу и знаю, что ты испугана.

Фейт вздрогнула оттого, что он прочитал ее мысли.

– Я просто хочу этого, Кэш. Хочу наслаждаться этим. Только и всего.

Он вскинул бровь, и Фейт затаила дыхание в ожидании ответа.

– А я хочу соблазнить тебя.

Она невольно расплылась в улыбке, пытаясь расстегнуть его рубашку дрожащими руками. Придвинулась ближе, замерла над ним и неловко соскользнула вниз.

Кэш засмеялся и сжал ее талию.

– А тебе не слишком-то удаются эти обольщающие шалости, не так ли?

Фейт рассмеялась в ответ:

– Я давно не практиковалась.

Кэш взял ее лицо в свои ладони. От этого простого движения Фейт почувствовала себя ранимой и маленькой. Ей вечно хотелось быть главной, но сейчас она купалась в его внимании, его заботе.

– Позволь мне заняться с тобой любовью, Фейт.

Ее переполняли чувства, и она не знала, что сказать. А где-то в глубине души уже нарастала паника.

– Ты уверен, что нам стоит это делать?

– Да. – Он произнес это твердо. Без тени сомнения. Он знал, чего хотел, и Фейт вдруг тоже поняла, чего хочет. Кэш расстегнул ее блузку и стянул с плеч, пожирая глазами ее тело.

– Ты ослепительна. – Он вскинул ее наверх, и Фейт почувствовала его твердую, готовую взорваться плоть.

– Займись со мной любовью, Кэш.

Он двинул бедрами, заставив Фейт скатиться вниз. Удерживая ее за плечи, Кэш ловко перевернул ее и навис над ней, расставив колени. А потом, не дав ей шанса сопротивляться, завел ее руки ей за голову. Фейт судорожно выдохнула, одобряя его решимость.

– Вот моя фантазия, Фейт. Ты, – прорычал он. Фейт инстинктивно отреагировала на его пылкую настойчивость, подавшись вперед всей грудью и прижавшись сосками к его твердому торсу. Заметив ее нетерпение, Кэш прильнул губами к ее шее. Он вдыхал исходивший от нее аромат, и Фейт вдруг показалось, будто он использует любую возможность запомнить ее получше. Сердце заколотилось у нее в груди. «Сохраняй спокойствие, – пыталась обуздать себя Фейт. – Ты не влюбишься. Он не сделает тебе больно».

– Пожалуйста, Кэш, – ее голос немного дрогнул.

Его губы пробежали от ее уха к плечу, и он ущипнул ее кожу. Фейт в предвкушении затрепетала. Кэш не спешил, а ей и не хотелось, чтобы он торопился. Она мечтала, чтобы это длилось вечно.

– Хочешь, чтобы я умоляла?

Кэш поднял взгляд и улыбнулся самой порочной своей улыбкой.