Вино забвения - Линн Грэхем

Она приветственно подняла бокал и улыбнулась сидевшему напротив Крису.

– Спасибо, что привез меня сюда. Тут чудесно.

– Рад, что тебе понравилось. – Он сделал глоток вина, а затем спросил: – Как дела в Эдинбурге?

Она немного рассказала о том, чем занималась последние недели, вспоминая в основном забавные эпизоды. А история о том, как в бристольском поезде ловили безбилетника, даже заставила его рассмеяться. В свою очередь Крис рассказал, что ездил в Лондон на встречу с людьми, которые хотят сделать из его последнего романа телесериал. К тому времени как официант принес закуски, их скованность значительно уменьшилась.

Еда была поразительно вкусной. Поглядев на полную тарелку зажаренной до золотистой корочки рыбы, Дайана почувствовала, как в ней просыпается аппетит, почти исчезнувший в дни, когда на нее свалился ворох работы.

– Мм, как вкусно! – простонала она, обглодав последнюю рыбку, и с довольным вздохом откинулась на спинку стула.

Озорные искорки заиграли в глазах Криса.

– Похоже, в Шотландии тебя совсем не кормили.

– Ты прав, я там почти ничего не ела, – улыбнулась Дайана. – Времени не было. Если бы я заботилась еще и о еде, то наверняка не успела бы вернуться к сроку.

– Наверное, придется позвать официанта и заказать еще что-нибудь. Не дадим тебе похудеть.

– О, эта опасность мне не угрожает!

– Нет? – Смешливое выражение исчезло с лица Криса. Он медленно оценивающе рассматривал ее лицо. Затем его взгляд опустился ниже, к открытому вырезу платья.

У Дайаны пересохло во рту, когда он принялся изучать ее полную грудь, обтянутую тонким шелком.

– Ты прекрасно выглядишь, – негромко сказал Крис. Голос его слегка охрип от нескрываемого желания.

– Спасибо. – Этот нехитрый комплимент стоил дороже всех цветистых фраз, которые она слышала от Криса в юности. Тем более что похвала было совершенно неожиданной.

– Как ни странно, сейчас ты еще красивее, чет тогда, когда впервые надела это платье.

Глаза Дайаны расширились.

– Так ты помнишь?

– Еще бы! – У Криса скривились губы. – Хорошего дурака я свалял в тот вечер! Вывернул перед тобой душу, умолял тебя стать моей женой… Конечно, ты не в первый раз слышала объяснения в любви и, должно быть, немало позабавилась…

– Крис, нет!

– Нет? Я вообще сомневаюсь, собиралась ли ты за меня замуж.

– Конечно, собиралась.

– Но папочке не составило большого труда отговорить тебя.

Дайана опустила глаза, сознавая свою вину.

– Ты же знаешь, как это случилось, – тихо произнесла она. – Отец не давал мне проходу, твердя, что я погублю свою жизнь, если уеду с тобой, что ты ни за что не женишься на мне, что тебе нужны только мои деньги…

– И ты верила ему?

– Нет! Тогда я вообще ничему не верила. Я так привыкла подчиняться, что не сумела устоять. Но я знала тебя и понимала, что деньги не имели для тебя значения.

– Думаешь, ты знала меня? Разве мы по-настоящему знали друг друга?

Дайана вздрогнула и испуганно посмотрела ему в глаза.

– Что ты имеешь в виду? Мы оба любили…

– Это не то же самое, – сухо отрезал он. – Ты говоришь, что деньги не имели для меня значения. Неправда. Я боялся, что когда-нибудь ты уйдешь от меня, устав от бедности.

– Ты думал, что я такая корыстная? – чуть не заплакала Дайана.

– Тогда ты была совсем другой. Ты понятия не имела, что значит жить на грани прожиточного минимума. Конечно, сейчас все изменилось, и я достаточно обеспечен. Как ты считаешь, это может поссорить нас?

– Нет. Мы постараемся не ссориться. Крис…

Но в эту минуту официант принес очередное блюдо, и им пришлось прервать беседу. Когда он подал им эскалопы из телятины, наполнил бокалы и наконец ушел, момент был упущен. Дайана не могла вспомнить, что хотела сказать.

Они молча принялись за еду. Дайана чувствовала, что между ними снова разверзлась пропасть, и с грустью гадала, удастся ли им когда-нибудь преодолеть ее.

Когда подали десерт, Крис внезапно произнес:

– Эндрю скучал по тебе.

Нежная улыбка тронула губы Дайаны.

– Да. Жаль, что мне пришлось уехать как раз тогда, когда мы начали узнавать друг друга.

Крис помрачнел.

– Боюсь, малыш привык к тому, что отец постоянно исчезает на несколько дней, а то и недель. Удовольствия мне это не доставляет, но у меня нет выбора. Я надеялся, что ты сумеешь заменить меня.

– И заменю! – Оскорбленная прозвучавшим в его голосе обвинением, Дайана ответила резче, чем ей хотелось.

– Как же ты это сделаешь, если сразу после свадьбы собираешься снова сбежать в Эдинбург?

Дайана удивленно захлопала глазами.

– Кто тебе сказал такую чушь?

– Дрю. – Лицо Криса помрачнело. – Кажется, он думает, что ты возьмешь его с собой.

– Ох! – Теперь Дайана поняла, почему он так зол и обижен. В пересказе Эндрю это прозвучало так, словно она собиралась тайком увезти сына. Она поторопилась все объяснить и с облегчением увидела, что выражение его лица смягчилось.

– Так ты окончательно ушла с работы?

– С прежней – да. Может быть, со временем найду что-нибудь похожее в Бате.

– Зачем? Это совершенно ни к чему.

– Знаю. Но я получаю от работы удовольствие. Она позволяет мне чувствовать себя независимой.

– Что это значит, Дайана? Когда у меня появились деньги, ты стала слишком гордой, чтобы жить на моем иждивении?

– Нет. – Ее охватило раздражение. – Почему ты каждый раз неправильно толкуешь мои слова?

– Наверное потому, что ты меня к этому приучила. – Он не сводил с нее мрачных недоверчивых глаз. – Кстати говоря, я забочусь об интересах Эндрю. Хочу быть уверен, что за ним будет хороший присмотр.

– Можешь не беспокоиться. Ничто не помешает мне стать Эндрю хорошей матерью, – ледяным тоном отрезала она. – Ведь именно из-за этого ты и женишься на мне, правда?

Крис ответил не сразу, и в сердце Дайаны вспыхнула слабая надежда, что она вот-вот услышит про другие, более важные причины, которые заставили его сделать это предложение.

– Да, конечно, – уронил Крис.

Дайана поглядела на замечательный клубничный мусс и тихонько вздохнула. У нее снова исчез аппетит.

– Ты уже сказал Эндрю, что я его настоящая мать? – спросила она, взяв ложечку и неохотно подцепив лежавшую сверху ягоду.

– Нет.

– Почему?

– Времени не нашлось, – уклончиво осветил Крис.