Сквозь годы - Кей Мортинсен

Однако внутренний голос подсказывал ей, что не стоит заходить в своих мечтах слишком далеко.

— Я слушаю тебя, Коул, — еле слышно прошептала она.

Грудь его бурно вздымалась, словно он готовил себя к чему-то ужасному. Глэдис сочувственно улыбнулась. Неужели так трудно признаться в своих чувствах?

— Я хочу, чтобы ты стала моей женой, — выпалил Коул и поднял на нее глаза.

Она ответила полным изумления взглядом. Он явно говорил серьезно.

— Скажи хоть что-нибудь, — буркнул он.

— Я… я не ожидала… не думала, что ты… — Тут Глэдис заметила, что Коул опустил взгляд, словно ему стало неловко, и это помешало ей продолжать.

Дурной знак! — подумала она. К тому же он не произнес ни слова о любви… напротив, незаметно убрал руку и откинулся на спинку стула, испытующе глядя на нее.

— О чем задумалась? — нарушая затянувшуюся паузу, тихо спросил Коул.

Глэдис вздрогнула.

— Зачем? — спросила она непослушными губами, страшась услышать ответ. Он тяжело вздохнул.

— Мы ведь оба хотим жить в усадьбе?

Глэдис еле заметно кивнула и с трудом выдавила:

— Но для этого вовсе не обязательно жениться.

— Ты не права, — спокойно возразил он. — В противном случае в поселке начнутся пересуды…

— Мне все равно! — выдохнула она.

— А как же Шон? Ты о нем подумала?

Она задумалась. Разговоры действительно пойдут. В этой глухомани, где все на виду, людей шокируют вещи, на которые в большом городе никто не обратил бы внимания. Шон подрастет и будет страдать, когда услышит, о чем судачат дети и взрослые.

— Мы могли бы разделить дом так, чтобы из одной половины нельзя было попасть в другую, — неуверенно предложила она.

— Полагаешь, мы сможем избегать друг друга после вчерашнего? — тихо спросил Коул.

— Придется, — опустила голову она.

— А ты сможешь? — Он перегнулся через стол и ожег Глэдис таким недвусмысленным взглядом, что ее по телу мгновенно разлилась сладкая истома желания. — Неужели ты не хочешь вновь испытать то, что было между нами ночью?

— Прекрати! — шепотом приказала она, ужаснувшись своей реакции.

— Ты хочешь меня! — удовлетворенно воскликнул он, догадавшись о том, что с ней происходит.

Глаза Глэдис потемнели от возбуждения. Коул понимающе улыбнулся.

Однако его предложение и особенно то, чем оно было вызвано, оскорбило ее. Придется прямо сказать об этом, решила она.

— Коул, я…

— Послушай меня, — прервал ее он. — Если мы поженимся, ты автоматически получишь права на усадьбу. Она становится нашим общим домом, а все расходы я беру на себя. Вы с Шоном ни в чем не будете нуждаться.

— Итак, ты предлагаешь мне сделку, — произнесла упавшим голосом Глэдис.

В основе которой лежит только секс, мысленно добавила она. Что он, за сумасшедшую ее принимает?

— Не совсем. Есть кое-что еще.

Вот и он о том же, решила Глэдис, и голова ее поникла.

— Продолжай, — сухо сказала она.

Коул, медля, повертел в руках нож, и наконец снова заговорил слегка осипшим голосом:

— Мне всегда хотелось иметь детей. Никого, кроме тебя, в качестве их матери я и представить себе не могу.

Он не мог бы уязвить ее больнее.

Лицо Глэдис окаменело, в огромных глазах застыло выражение боли. В этих словах не было ни намека на любовь. Брак по расчету, секс и желание иметь детей. Точно такую же сделку предложил ей в свое время Джерри — за исключением секса. Взамен она должна была обрести материальное благополучие.

Голоса в ресторане слились в громкое жужжание. У Глэдис разболелась голова, ей стало трудно дышать.

Ты ошиблась в Коуле, как и во всех мужчинах, с которыми тебя сталкивала жизнь, с горечью признала она. Он добивался тебя только потому, что хотел с тобой переспать, а потом решил использовать в качестве инкубатора для продолжения исчезающей династии Лиммериксов. Но неужели ты способна принять брак без любви?!

— Глэдис, — окликнул ее Коул.

Она медленно подняла на него безжизненный взгляд. Сердце ее было разбито. Она любила этого мужчину, а ему, оказывается, и дела нет до ее чувств.

— Нет, — твердо ответила она.

Он побледнел.

— Я все испортил. Наверное, ты считаешь, что сейчас не время и не место…

— Я хочу уйти, — еле слышно сказала Глэдис, испугавшись, что вот-вот потеряет самообладание.

— Конечно.

Глэдис не помнила, как они доехали до усадьбы.

— Я сама! — отрезала она, оттолкнув Коула, когда он подошел к передней дверце, чтобы помочь ей выйти, и, прижав ладонь ко лбу, резко скомандовала: — Отпусти Карен. Скажи ей, что у меня разболелась голова. — И ушла, чтобы не попасться на глаза подруге, в гостиную.

Лишь услышав звук захлопнувшейся за Карен двери, она поплелась в свою комнату, где спал Шон, и, опустившись на колени, нежно погладила темноволосую головку сына.

Я никогда не выйду замуж без любви, обещаю тебе, мой малыш, мысленно поклялась Глэдис. Ты не должен расти в такой атмосфере.

Наверное, Коул обиделся, получив ее отказ. Ну и пусть!

На сердце у нее лежал тяжелый камень. Она снова оказалась в тупике.

Раздался тихий стук, и, даже не оборачиваясь, Глэдис почувствовала, что Коул вошел в комнату. Устало поднявшись с колен и не глядя ему в лицо, она сказала:

— Нам нужно поговорить.

Он открыл перед ней дверь, и они направились в гостиную. Глэдис встала у догоравшего камина. Лицо Коула было непроницаемым, челюсти сжаты, в глазах застыл холод.

Она собралась с силами и медленно произнесла:

— Твое предложение неприемлемо для меня. Я не могу согласиться на брак без любви.

Коул вздрогнул, и его губы сложились в жесткую линию.

— А как же твой союз с Джерри?

Глэдис пошатнулась, как от удара.

— Это была страшная ошибка, о которой я буду сожалеть всю оставшуюся жизнь. Единственное оправдание для меня — это Шон, — ответила она. — Но я не могу еще раз пойти на это.

— А мне показалось, что я тебе не безразличен, — заметил Коул.

— Мне не нужны деловые предложения! — сделав вид, что не слышала этой реплики, выкрикнула Глэдис. — Видимо, ты считаешь, что я должна поблагодарить тебя? Как же, дочери экономки предлагают место жены! Да как ты смеешь так обращаться со мной?!

— Лучше быть женой, чем любовницей! — Его слова прозвучали как щелчок хлыста.