Счастье рядом - Кэролайн Фэншоу

— Иди сюда, сядь, отдохни, хватит уже, наработалась сегодня, — вмешалась миссис Клевдон. — Ты и так крутишься весь день как белка в колесе, Миранда. Небось с ног валишься.

Миранда мысленно умоляла Гранта не слушать мать и пойти с ней, и что-то в ее голосе и выражении лица насторожило молодого человека. Он поднялся и без лишних слов вышел из гостиной.

— В чем дело? — спросил он ее. — Ты же не чашки меня позвала доставать, так ведь?

— Ну, это не совсем так. Мне и в самом деле нужно кое-что с самой верхней полки, а дотянуться я и вправду не могу, — затараторила Миранда. — Но на самом деле я вызвала тебя совсем для другого. Кто-то бродит в саду вокруг нашего дома, Грант. Я вышла немного подышать свежим воздухом, а в кустах раздался шорох. Потом я увидела тень, мужскую фигуру.

— Мужскую? — удивленно поднял брови Грант, доставая из шкафа фонарик.

— Мне так кажется. Кто-то убежал через кусты, но я обошла всю лужайку и никого не нашла.

— Да ты что! Ни в коем случае нельзя этого делать! Надо было сразу же идти за мной. Можешь показать мне место?

Молодые люди вышли в сад, и Миранда привела его к кустам. На первый взгляд все было в полном порядке, но Грант, посветив фонариком, обнаружил поломанные ветки.

— Это вполне мог оказаться большой пес, — высказал он предположение, но Миранда покачала головой:

— Нет же, похоже, что это что-то более крупное, я уверена.

Грант безрезультатно обшарил каждый уголок сада и вернулся в кухню, где Миранда ждала его с замиранием сердца.

— Был ли там кто-то или нет, но теперь его и след простыл, — доложил он.

Миранда с тревогой поглядела на Гранта:

— Что будем делать? Мне бы не хотелось пугать твою мать, но, с другой стороны, как мы можем уехать и оставить ее в полном неведении? Вдруг что случится.

— Конечно. Завтра я схожу к миссис Пендерел и попрошу ее переночевать с мамой. Я и раньше собирался это сделать, но она начала возражать, так что я могу просто настоять на своем, скрыв истинную причину. Просто скажу, что так мне будет спокойнее, а она решит, что это из-за ее болезни. А еще поставлю в известность местного констебля, но попрошу маме ничего не говорить.

— Нет никакой нужды напрягать миссис Пендерел, я и сама вполне могу остаться, — провозгласила Миранда.

— И ты думаешь, что мама ничего не заподозрит? Плохо ты ее знаешь, она сразу почует, что что-то тут не так.

— Да, тут ты абсолютно прав, — признала Миранда.

Миранда долго лежала без сна, прислушиваясь к звукам в саду. Любой скрип ветки и шуршание настораживали девушку, и каждый раз ей казалось, что непрошеный гость снова вернулся. Грант постарался успокоить ее, сказал, что это, должно быть, простой бродяга, выискивающий местечко на ночь и понадеявшийся найти незапертый сарай. Если так, то волноваться действительно было не о чем, украсть там все равно нечего, а если он и унесет с собой несколько яблок — ради бога! Миранда глубоко вздохнула и с этой мыслью провалилась в беспокойный сон. Всю ночь девушку терзали кошмары. Ей снилось, что Дэн преследует ее и она кидается к Гранту за помощью, но тот не обращает на ее мольбы никакого внимания и со смехом толкает девушку в объятия кузена.

Утром Грант направился к миссис Пендерел и привел ее домой. Миссис Клевдон начала было возмущаться, кинулась убеждать сына, что за одну ночь ничего особенного с ней не случится, но тот просто-напросто отказался слушать причитания матери, и в конце концов она сдалась. Во время спора Миранда тихонько сидела у себя и терпеливо ожидала, чем все это закончится, а потом спустилась вниз с сумкой в руках, которую Грант незамедлительно взял у нее и уложил в багажник.

Вскоре они уже сидели в машине, и терзаемая мрачными предчувствиями Миранда усердно махала миссис Клевдон из окошка. Понравится ли ей вечер или она всю оставшуюся жизнь будет с содроганием вспоминать о нем? Девушка была так погружена в свои мысли, что даже не заметила стройного темноволосого юнца, прохаживающегося вдоль кустов с выражением едва скрываемой ярости, исказившей его лицо при виде отъезжающего автомобиля и его пассажиров.

Дорога до Лондона прошла без приключений, а потом молодые люди решили остановиться и выпить по чашке кофе. На обратном пути Миранда увидела антикварную лавку и спросила:

— У нас есть время? Мне бы хотелось зайти поглядеть.

— Почему бы и нет, — ответил Грант, и они отправились в магазинчик.

Витрина антикварной лавки была забита всевозможным барахлом, и Миранда заявила, что она ни за что на свете не согласилась бы держать это у себя дома, даже если вещи действительно оказались бы уникальными.

— Китайские вазы — просто чудовищны, и я даже представить себе не могу, кем надо быть, чтобы чувствовать себя комфортно вон в том дубовом кресле.

— Полностью с тобой согласен. Тебе здесь хоть что-нибудь нравится?

— Пока не вижу ничего такого. Черепаший панцирь вроде бы ничего, и короб для рукоделия тоже, только вот углы все ободраны. Ой, смотри, вон фарфоровая рука. Я обязательно должна купить ее для тети Джессики, если, конечно, цена разумная.

— Фарфоровую руку? Зачем она ей?

— Что ты! У нее целая коллекция рук всех фасонов, а такой нету.

Они оба уставились на женскую руку с розочкой из белоснежного фарфора. Не то чтобы она слишком сильно нравилась Миранде, но она точно знала, что крестная будет в восторге. Они зашли внутрь, и Миранда поинтересовалась ценой. Старик продавец долго разглядывал ценник и провозгласил, что стоит вещица четыре фунта.

Миранда совсем пала духом и округлила глаза. «Как дорого!» — разочарованно выдохнула она, но старик тут же начал нести какую-то чушь по поводу того, что в наши дни изделий таких днем с огнем не сыщешь, ужасная редкость и все в том же духе. Девушка в полном замешательстве топталась на месте, но потом все же решила, что радость крестной стоит большего, и только раскрыла рот, чтобы сказать «Я беру», как Грант схватил ее за руку и поволок из лавки.

— Да, цена действительно запредельная, — бросил он на ходу. — Извините, что побеспокоили вас.

Миранда хотела было возмутиться, но Грант многозначительно сжал ее ладонь, девушка промолчала и была незамедлительно вознаграждена за свою понятливость.

Как только Грант взялся за ручку двери, старик пробормотал:

— А сколько бы вы дали?

— Тридцать шиллингов, и ни одним пенни больше! — заявил Грант.

— Да за такие деньги я лучше выброшу ее на помойку! — пропищал он.

— Это моя окончательная цена, — провозгласил Грант и пошире распахнул дверь.

— Ладно уж, ладно, только ради вас! — Старикан поспешно снял фарфоровую вещицу с витрины, завернул ее в бумажку и протянул Гранту в обмен на тридцать шиллингов мелочью.

На улице Миранда запрыгала от восторга: