Часовые любви - Людмила Леонидова

— Когда я посмотрел на ее походку, именно в тот момент она ковыляла впереди меня по коридору, так выпили они бутылки три, — вмешался охранник.

— Неправда, всего одну, а за второй Леху послали, — поправила его Маша.

— Где же эта вторая бутылка? — взяв за горлышко со стола первую, понюхал страж порядка.

— Мы сами удивились, куда она пропала. — Маша развела руками. — Я точно помню, что только-только ее начали, и все, я отключилась.

— И он тоже? — показывая на немца, поинтересовался милиционер.

— Ну да.

— Я-я, — по-немецки, поняв по жестам, о чем речь, подтвердил немец.

— Что было потом?

— Потом меня кто-то раздел… догола и…

— Вот-вот, — вновь вмешался охранник, — ее кто-то раздел, ты же понимаешь, лейтенант.

— И уложил рядом с ним в постель, — закончила, не обращая внимания на охранника, Маша.

— Его тоже святой дух раздел? — глядя на немца в нижней майке и брюках, добавил охранник.

— Он тоже был очень удивлен.

— Я-я! — вновь закричал немец на своем языке.

— Что это у вас пролито на скатерть? — принюхиваясь к пятну, как настоящий детектив, поинтересовался лейтенант. — От водки следов не остается.

— Надо у официанта спросить, — сообразила Маша.

— А-а, значит, тут еще и официант побывал?

— Да кто же, вы думаете, на стол накрывал?

— Почем я знаю, черт побери, — милиционер стукнул кулаком по столу, так что зазвенела грязная посуда, оставленная с вечера, — что тут побывал пятый человек!

— Так это же и так ясно, — не выдержал охранник. — Столько грязной посуды из ресторана!

— Вот ты, умный, собери всю посуду, заверни скатерть в чистый пакет.

— Сейчас распоряжусь, — не желая заниматься грязной работой, сказал охранник.

— Сам сделай, мне посторонних не нужно! — запретил лейтенант.

Охранник нехотя принялся выполнять приказ.

— Я тебя задерживать не буду, — обращаясь к поникшей Маше, смилостивился милиционер, — но ты под подозрением! Поэтому предупреждаю, чтобы никуда не выезжала.

— Я и не собиралась.

— Разберемся, кто есть кто, а потом можешь на все четыре.

— Это ты зря, лейтенант, — укоризненно покачал головой охранник. — Она же облапошила нашего уважаемого клиента.

— Какой мне резон? — выкрикнула Маша. — Зачем мне его бумаги?

— Ну, тогда с ее помощью украли те, кому выгодно, — поправился охранник.

— Ты чего, будешь меня учить? — рассердился милиционер. — Смотри, договоришься! Ты ведь тоже под подозрением.

— С какой радости? — возмутился охранник.

— Сам сказал, встретил ее в коридоре. Так?

— Ну ты, лейтенант, даешь, хочешь сказать, что она мне могла передать эту бумагу?

— Я ничего тебе говорить не обязан. Просто больно ты ее утопить хочешь. Так ведут себя только заинтересованные лица.

— Это я заинтересованное лицо? Весь мой интерес, чтобы такие, как эта, в мой отель не таскались.

— Какие такие? — Маша, почувствовав слабую защиту со стороны стража порядка, воспрянула духом. — Если хотите знать, я жена Берцева. Помните такого?

— Владимира, что ли?

— Да! — с гордостью сообщила Маша и, помрачнев, уточнила: — Бывшая жена.

— Ну, а твой муж, бывший, знает о том, чем ты занимаешься? — поинтересовался охранник.

— Все! Надоели ваши разборки, я пошел, — захлопнув папку, заявил лейтенант. — Придется во всем этом в отделении разбираться. — И, обращаясь напоследок только к Маше, предупредил: — Жди, я тебя скоро вызову.