Грехи полуночи - Синтия Иден

— Да она была в нашем долбаном участке!

— Кто?

Колин вскочил на ноги.

— Суккуб. Жизнью клянусь. Я чувствовал ее запах… проклятье, одного его было достаточно, чтобы… — он прервался, чтобы не сболтнуть лишнего. Во всяком случае, именно так подумала Эмили.

Но она должна была уточнить:

— Достаточно чтобы… что?

— Чтобы я драпал от нее со скоростью света. Потому что она не ты.

О, замечательный ответ. Эмили встала, вцепилась в его футболку и притянула Гита ближе, чтобы вознаградить жарким быстрым поцелуем.

Вот что хорошо в оборотнях-волках — вопросы верности для них священны.

А плохое? Ну, некоторые из них были психопатами. К счастью для Эмили, Колин был абсолютно вменяем. А благодаря присущей ему агрессивности, он стал превосходным полицейским.

— Надо позвонить Бруксу и сказать ему…

А вот тут-то и начинались проблемы.

— Что именно? Что ты нашел подозреваемую, и она демон? — Эмили запнулась на секунду. — Он так и не знает всю правду о тебе?

Колин резко покачал головой.

— Ну и как, по твоему мнению, он воспримет новость о демонах, затаившихся на улицах города?

Не очень хорошо.

Колин выдохнул:

— Я поговорю с капитаном. Посмотрим, передаст ли он это дело лично мне.

Эта мысль совершенно не нравилась Эмили.

— Напарники должны прикрывать спины друг друга. Ты не должен преследовать убийц в гордом одиночестве.

У нее засосало под ложечкой. Эмили знала, что Колин был одним из самых сильных — в физическом плане — Иных в округе, но и он не был неуязвимым. Насколько она знала, таких существ вообще не существовало.

Так что ей было бы намного спокойнее, если бы рядом с ним охотился кто-то еще.

— Ты не можешь вечно скрывать от него правду. — Они уже не раз спорили на эту тему. — Я знаю, что твой предыдущий напарник облажался…

— Нет, детка, он попытался меня убить, когда узнал, кто я такой.

— Брукс — не Майк, понятно? Ты не знаешь, как он отреагирует.

— Дело не только во мне, Эм. Как только Брукс узнает истинное положение вещей, начнется такое… И это затронет всех.

Да, скорее всего, так и будет.

— Я поговорю с капитаном, — повторил Гит, — и посмотрим, что он думает по этому поводу. Кстати, надо провести еще одну беседу с этой демоницей-суккубом.

— Может, она с этим никак не связана? — Эмили старалась говорить спокойно. — Тебе надо дождаться результатов токсикологической экспертизы…

— О, я их подожду, но мне кажется, что она сразу узнала, кто я такой…

— Как только ты отшатнулся, она все поняла. — Это Эмили могла утверждать с уверенностью.

— Проклятье. — В голосе Колина сквозило отвращение.

Эмили откашлялась.

— У оборотней слишком хорошо развито обоняние, поэтому феромоны суккубов для вас слишком слащавы. Так что твой жест она поняла единственно возможным образом. — Люди и демоны всегда тянулись к суккубам, их привлекал этот экзотический, полный чувственных обещаний запах.

Но не ее оборотень… Он отреагировал именно так, как и любой другой вер.

— Похоже, ты действительно много знаешь о демонах секса. — Гит склонил голову вправо. — Насколько ты уверена, что располагаешь верной информацией?

Поскольку знания она почерпнула из непосредственного общения с суккубом, Эмили была чертовски уверена.

— Ты должен понять еще кое-что, — произнесла док, тщательно подбирая слова. — Демоны секса… они очень ревностно охраняют собственную территорию. Я не удивлюсь, если в городе их совсем мало.

— В таком случае, я, мать его так, должен как можно быстрее поговорить с Карой.

Кара.

­Имя эхом отдалось в голове Эмили.

Ох ты черт…

Лучи восходящего солнца рассекали небо розовыми и фиолетовыми стрелами, пронзая облака и заливая светом горизонт.

Кара расслабившись лежала на поверхности воды в своем бассейне. Это было ее любимое время суток, ведь именно сейчас тени отступали перед светом.

Она легко развернулась и, нырнув, поплыла ко дну бассейна. Вода была теплой — Кара никогда не выключала подогрев — и обволакивала ее, словно руки любовника.

Тодд.

Когда она уходила, он все еще спал. На его лице была улыбка. Кара нежно поцеловала его перед тем, как покинуть.

В глубине души она боялась, что это был их последний поцелуй. Легко притвориться, что забыла о реальности, когда тебя охватила страсть. Сразу после того, как схлынуло удовольствие, можно думать только о текущем моменте. Проклятье, именно так она всегда и поступала.

Но Брукс — полицейский. Он не сможет игнорировать… некоторые особенности предыдущей ночи.

Конечно, рядом с ним она сдерживалась. Все могло зайти слишком далеко, и бедняга умолял бы ее о продлении удовольствия.

Или кричал от страсти.

Хотя… они оба были на грани этого.

Коснувшись дна, Кара развернулась и двинулась к поверхности. Она плыла с открытыми глазами, поэтому увидела силуэт мужчины, стоявшего на бортике.

Тодд. Сердце забилось с удвоенной силой. Кара вынырнула и сделала жадный вдох. Над поверхностью воды вился легкий туман.

Брукс надел свою помявшуюся одежду, его волосы были растрепаны, а губы плотно сжаты.

— Ты всегда бросаешь любовников на рассвете? — тихо поинтересовался он.

Кара подплыла к краю бассейна. Медленно, неторопливо. Коснулась бортика, ухватилась за него и подняла глаза на Тодда.

— А ты всегда шепчешь мое имя во сне? — Он действительно сделал это за секунду до того, как она его поцеловала. И эти звуки пронзили ее сердце.

«Дура. Он и думать о тебе забудет, когда узнает правду. Люди никогда не любили демонов».

Сказать по правде, обычно смертные приходили в ужас, когда узнавали, кто она на самом деле.

Ограниченные уроды. Ну вот, она начала думать совсем как Камерон, но Кара не могла изменить того факта, что она — демон. Она же не винила людей за то, что у них слишком нежная кожа или…

— В последнее время? Да, видимо шепчу. — Брукс присел, мышцы его мощных бедер напряглись. — Мне тебя не хватало, когда я проснулся.

Парень явно знал, что именно нужно сказать.

Кара сглотнула:

— Я.. хм… обычно плаваю на рассвете. — О, Боже, она бормотала, словно заикающаяся дурочка, а не уверенная в себе крутая демонесса.