Самая долгая ночь - Андрия Уильямс

– Шампанское среди пива, – пошутил Кинни.

– Тост, – поднимая стакан, провозгласил Ричардс. – Пьем за Слокума, сукина сына, ставшего начальником смены. Давно пора.

– Да уж, – поддакнул Вебб.

Слокум, теперь официально признанный сукиным сыном, усмехнулся и выпил залпом. Среди мужчин он был одним из старших. Кажется, ему стукнуло тридцать пять. Грузный, с потухшим взглядом и рыхловатой кожей, усыпанной мелкими оспинами.

Полу было с ним скучно. Мужик не проявлял ни особого дружелюбия, ни враждебности. Просто увалень, затесавшийся в их компанию.

– И за Кольера! – объявил Вебб.

На него устремились удивленные взгляды присутствующих.

– У него сегодня день рождения.

– Точно! – поддержал напарника Фрэнкс. – За Кольера…

Он сделал паузу, подбирая подходящие слова для тоста. Лицо покраснело, он нахмурился и теперь был похож на участника передачи «Тик-так денежки».

– Я знаю, – поспешил на помощь Вебб. – За тебя, за меня…

– О боже! – вырвалось у Фрэнкса.

– За девчонок, которые нам лижут.

– Спасибо, – сказал Пол.

– Ну, ты прям Китс^[33], – пошутил Фрэнкс и повернулся к Полу: – С днем рождения.

И вдруг с неожиданной искренностью приобнял именинника за плечи.

Слокум стал пересказывать какую-то длинную сугубо мужскую историю, поэтому Пол принялся разглядывать мертвые головы копытных животных, взирающих на него со стены: американский лось, олень вапити, белохвостый олень…

– Я могу устроить тебе свидание с одной из них, Кольер, – кивнул в сторону чучел Ричардс. – Ты, я вижу, не на шутку заинтересовался.

Пол рассмеялся, хотя ему не было смешно.

– Как насчет карибу? Достаточно горяч? – съязвил Кинни.

Он отхлебнул пива, взглядом ища одобрения со стороны Ричардса.

– Кольер! – вдруг резко сказал сержант. – Мы уже устали от твоего молчаливого превосходства.

– Да я ничем не лучше других, – возразил Пол.

– Это точно. Я за него ручаюсь, – вмешался в разговор Фрэнкс.

Все, включая Пола, рассмеялись. Чего бы ни добивался Ричардс, но Фрэнкс спутал ему все карты.

– Хочу, чтобы вы все пришли на мою свадьбу, – внезапно объявил Вебб.

– А ты женишься? – засомневался Кинни.

– Надеюсь. Ее зовут Ванна. Я повстречал ее здесь, в городе. Она самая лучшая.

– И что в ней такого замечательного? – поинтересовался Ричардс.

– Все.

– А она совершеннолетняя?

– Конечно, – ответил Вебб. – Заканчивает школу в следующем году. Она даже не из мормонов.

– В таком случае поздравляю, – снова поднимая стакан, сказал Ричардс и привстал.

– За нас, – произнес Фрэнкс.

– За порох и кисок! – воскликнул Ричардс. – Живи с одним, умирай от другого и научись любить то и другое.

Фрэнкс присвистнул. Кинни негромко захлопал в ладоши, как зритель на игре в гольф.

«Что за подхалим», – подумал Пол.

Они сидели, пили и разговаривали, пока за окнами не стемнело. Пол почувствовал, что захмелел. Ну и хорошо, так гораздо проще терпеть эту бессмысленную пьянку.

– И куда ушел Слок? – услышал он голос Ричардса.

Пол огляделся. Он не обратил внимания, куда подевался Слокум, но его пустой стакан стоял в лужице на грязном столе.

– Хоть убей, не знаю, – признался Вебб.

– В комнату для мальчиков, – предположил Фрэнкс.

– А вот и он! Герой дня! – провозгласил Ричардс.

Слокум вошел в прокуренный бар под руку с высокой брюнеткой. Мужчины примолкли и повернули головы в ее сторону. Издалека она казалась красоткой, но, когда приблизилась, Пол увидел, что несколько переоценил ее привлекательность. Впрочем, как бы там ни было, это была единственная женщина в зале, полном мужчин. Слокум вошел в бар с таким самодовольным видом, будто убил одним выстрелом стаю куропаток, пока приятели просиживали штаны, осушая пинту за пинтой.

– Ну-у-у… Добрый вечер, – вкрадчиво сказал Ричардс.

Девушка не ответила. Она уселась Слокуму на колени и закурила. Пол обратил внимание на ее длинные пальцы и необыкновенно мягкую кожу цвета шоколадного масла. Черты лица заострены, макияж слегка потек, маленькие, близко посаженные глазки не выражали никаких эмоций. На ногах у нее были облегающие голубые штаны и ковбойские сапоги. Несколько верхних пуговиц красной рубахи с бахромой были расстегнуты. Пол в какой-то момент даже засмотрелся на нее. Да, лицо не идеальное, но фигурка хороша.

– Ну, – глядя в стакан, изрек Фрэнкс. – Разве он не похож на кота, только что съевшего канарейку?

– А никто на него и не смотрит, – пробурчал Ричардс. – Как тебя зовут, дорогуша?

– Ри, – отрекомендовал пассию Слокум. – Я встретил ее на стоянке.

– Откуда ты, Ри?

Девушка замешкалась, ожидая, что Слокум и на этот раз ответит вместо нее.

– Из Блэкфута, – бесцветным голосом сообщила она.

Ри поднесла свою сигарету к губам Слокума. Тот всосал в себя дым, как голодный младенец грудь матери. Пола чуть не стошнило.

Ричардс заказал еще по пинте каждому.

– И чем ты любишь заниматься? – спросил он, явно не в состоянии думать сейчас о чем-то другом.

– Этим, – не глядя на него, ответила девушка.

– У тебя есть подружки?

Рука Слокума заползла ей под рубашку. Девушка шлепнула по ней ладонью.

– Я и Роза берем по десять баксов, – заявила она. – Торг не уместен.

– Десять баксов! – присвистнул Вебб.

– А где Роза? – не унимался Ричардс.

– Я позвоню ей.

Ри змеей соскользнула с колен Слокума. Девушка была довольно высокой, вровень с мужчиной среднего роста. Слокум устремился за ней.

– Мы поедем ко мне, – бросил он на ходу. – Езжайте за нами.

Ричардс поставил стакан.

– Вечеринка не закончена. – Поднявшись, он сунул Полу ключи от машины. – Поведешь ты.

– Я? – переспросил Пол. – Но я приехал с Веббом на тачке Фрэнкса.

В душе росло тупое отвращение ко всему происходящему. Ему очень хотелось домой.

– Я не могу сесть за руль, – капризничал Ричардс. – Мне надо беречь себя.

– С чего бы это?