Этим летом я стала красивой - Дженни Хан

– Вы с Кэмом много времени проводите вместе, – произнесла мама, глядя на меня поверх газеты.

– Не так уж и много, – сказала я, хотя на самом деле так оно и было. В доме на пляже дни просто перетекают из одного в другой, и ты даже не замечаешь, как бежит время. Мы с Кэмом встречались уже целых две недели, когда я это поняла. Он незаметно стал моим парнем. Практически каждый день мы проводили вместе. Не знаю, что я раньше без него делала. Должно быть, моя жизнь в то время была слишком скучна.

Мама вдруг сказала:

– Нам тебя не хватает.

Если бы это сказала Сюзанна, я была бы польщена, но сказанные мамой эти слова только раздражали. Она произносила их так, будто обвиняла меня в том, что меня часто не бывает дома. Но на самом деле они и сами редко бывали дома. Они постоянно куда-нибудь уезжали и никого с собой не брали.

– Белли, может, пригласишь своего парня завтра на обед? – мягко спросила Сюзанна.

Мне хотелось сказать нет, но я не могла отказать Сюзанне. Особенно теперь, когда она разводится. Поэтому я ответила:

– Ну, возможно…

– Пожалуйста, зайчик, мне так хочется с ним познакомиться.

Я сдалась.

– Хорошо, я спрошу его, если, конечно, у него нет на завтра своих планов.

Сюзанна спокойно кивнула:

– Жду с нетерпением.

К моему сожалению, планов у Кэма не было.

Сюзанна приготовила жареный тофу, потому что Кэм вегетарианец. Это мне в нем нравилось, но взгляд Джереми заставил меня поежиться. Джереми готовил гамбургеры, как и его отец; он использовал предлог, чтобы гриль не простаивал. Он спросил у меня, не хочу ли я гамбургер, но мне пришлось отказаться (хотя я очень хотела).

Конрад уже поел и сейчас играл на гитаре у себя наверху. Он не стал утруждать себя, чтобы пообедать с нами, и спустился только для того, чтобы взять бутылку воды, и даже не поздоровался с Кэмом.

– Кэм, так почему ты не ешь мясо? – поинтересовался Джереми, запихивая полгамбургера в рот.

Кэм сделал глоток воды.

– Просто я против убийства животных.

Джереми кивнул с серьезным видом.

– Но Белли ест мясо, как же ты тогда с ней целуешься? – И он рассмеялся. Мама с Сюзанной обменялись улыбками. Я почувствовала, что краснею, а Кэм напрягся.

– Джереми, заткнись, – сказала я.

Кэм посмотрел на маму и нервно улыбнулся:

– Я не осуждаю людей, которые едят мясо. Это личное дело каждого.

Джереми продолжил:

– Значит, тебя не беспокоит то, что ее губы сначала касаются мертвого животного, а потом твоих губ?

Сюзанна хихикнула:

– Джер, оставь парня в покое.

– Да, Джер, отвали от него, – сказала я и пнула его под столом так, что он даже вздрогнул.

– Нет, все в порядке, – сказал Кэм, – и вообще… – Он притянул меня к себе и поцеловал прямо у всех на виду. Это было очень быстро, но я все же смутилась.

– О, пожалуйста, только не целуйся с Белли за столом, – сказал Джереми, делая вид, что ему дурно. – Меня тошнит от этого.

Мама покачала головой:

– Белли, конечно, можно целоваться, но на сейчас, пожалуй, достаточно.

И расхохоталась, будто это была ее самая смешная шутка. Сюзанна старалась сдержать улыбку и попросила маму быть потише. Мне захотелось убить сначала маму, а потом себя.

– Мам, ну пожалуйста, это совсем не смешно, – протянула я. Мне уже не хотелось смотреть ни на Джереми, ни на Кэма.

По правде говоря, мы с Кэмом не так далеко продвинулись в плане поцелуев. Он не очень-то спешил. Он был со мной осторожен, нежен и даже немного нервничал. Другие парни ведут себя с девушками совершенно иначе. Прошлым летом я случайно увидела Джереми с девушкой на пляже недалеко от дома. Они просто обезумели и вели себя так, будто на них уже не было одежды и они занимались любовью. Я потом все лето ему это припоминала, но ему было наплевать. Сейчас я надеялась, что Кэму не все равно, что о нас говорят.

– Белли, я шучу. Ты же знаешь, я рада, что ты открываешь для себя новые грани чувственности, – сказала мама, делая глоток шардоне.

Джереми запрокинул голову и расхохотался. Я встала.

– Хватит. Мы с Кэмом поедим на крыльце. – Я схватила тарелку и подождала, когда Кэм тоже встанет.

Но он не вставал.